Мятежники (СИ)

— Рагнар, ты ведь делаешь ей только хуже. Она дракон, поверь мне. Это даже проверять не нужно, потому что… Ну, потому что она девочка. Здесь трудно не почувствовать. Довольно!
Капитан спрыгнул с коня, снял наплечник и начал расстёгивать дублет.
— Сверр, прекрати, не до полётов.
Капитан только покровительственно поднял бровь и хмыкнул:
— Так боишься, что нас увидят или что она одна из нас? Как ты сказал перед Думхолмом? Рыцарем больше, рыцарем меньше, а дракона не укроешь? Хочешь рисковать своей шкурой ради…
— Замолчи.
Рагнар вспылил. Он вытащил меч, подхватил щит, стремительно подошёл к Сверру и ткнул его кончиком лезвия в грудь.
Капитан отодвинул клинок рукой:
— Ты серьёзно? Рагнар, не дури. Кажется, в прошлый раз я надрал…
Рыцарь опять перебил его:
— Я научу тебя хорошим манерам.
— Сам напросился, — Сверр ухмыльнулся и вытащил свой меч, даже не удосуживаясь подтянуть обратно пряжки на дублете.
Глаза Рагнара зажглись. Он успел повернуться к Агнее и отвесить галантный поклон, как на турнире перед схваткой, прежде чем Сверр обрушил на него первый удар. Капитан начал гонять его с такой молчаливой яростью, что Рагнар насмешливо поинтересовался, уж не надеется ли тот получить турнирный выигрыш и поцелуй леди.
Меч гулко звякнул о щит Рагнара, и Агнея решила прервать этот бой, который грозил дойти до кровопролития. Рагнар не желал сдаваться и заставил Сверра на момент отступить под градом ударов.
— Сверр, в самом деле, — он тяжело дышал и крутился вокруг капитана, прикрывшись щитом, — откуда вдруг такое рвение? Хочешь тягаться с Рагнаром, лордом Аквалона?
Сверр, прищурившись, следил за соперником и всё так же молча нападал. Один удар Рагнар пропустил. Длинный меч скользнул по руке. Агнея вскрикнула и подбежала к рыцарю. Сверр едва успел отвести клинок в сторону, чтобы не задеть её.
Лезвие лишь смахнуло бархатную обшивку камзола и срезало несколько бляшек, не причинив вреда.
Рагнар вытянул руку и показал мечом на противника.
— Всё хочу спросить тебя, что же ты делал в таверне, мерзавец?
— Я?! — Сверр взвился. — Я делал?
Он отодвинул рукой лезвие, наклонился почти к самому лицу Рагнара и едва слышно спросил:
— Может, мне рассказать твоей леди, что ты там делал?
Щёки Рагнара вспыхнули, он перебросил меч в левую руку и вдруг с размаху ударил Сверра кулаком.
— Довольно. Забываешься, капитан.
Сердце Агнеи ухнуло. Лицо Сверра дёрнулось, он скрипнул зубами и злобно процедил без тени почтения:
— Да, милорд, — пригнул голову, тяжело дыша и пытаясь справиться с поднимающейся бурей. Потом холодно произнёс: — Прикажете проиграть вам, милорд?
Рагнар с новой силой рванулся вперёд. Агнее пришлось закричать и встать между ними так, чтобы они не могли больше драться.
— Прекратите! Оба! Немедленно! Прошу вас. Требую.
Её трясла лихорадка, жаркий огонь разливался в груди. Она сжала ладонями виски и едва не упала. Перед глазами всё поплыло, в груди стала просыпаться тихая клокочущая ярость, разбуженная страхом и болью. Рагнар поджал губы, потом всё-таки с шумом вогнал меч в ножны.
Сверр подступил к Агнее, не глядя в глаза, и протянул фляжку с водой. Агнея сделал глоток. Мир становился на место. Сверр хотел что-то сказать, она сама шагнула навстречу и опередила, спокойно произнеся с холодной резкостью:
— Капитан, оставьте меня. Я не хочу вас ни видеть, ни слышать. Вы мне противны! Это так глупо, что я не подберу слов. Сами говорите, что нам нужно ехать, а делаете… Вы ведёте себя отвратительно!
Она едва не добавила: «Оба». Никогда ещё Агнея не чувствовала себя настолько беспомощной, больной и раздражённой. Неистовое безумие рвалось наружу. Она не собиралась разбираться, почему вдруг эти двое сцепились, и была уверена, что оба петуха заслуживают хорошей трёпки.
Сверр шагнул назад. Агнея поняла, что её слова задели капитана, но была слишком зла, чтобы сочувствовать.
Стая птиц с жалобным криком поднялась из поросли вдали. Невнятный гул прокатился над лугом. В красном зареве последних лучей сверкнули ещё далёкие копья пик и доспехи.
 
Всадники с синей полосой на одеждах ехали в их сторону.
— Доигрались, — мрачно заметил Сверр.
— Скоро начнёт темнеть. Может, мы успеем убежать? — с надеждой спросила Агнея.
— Нет, — покачал головой Рагнар, — это не простой патруль. Они едут за нами. И они нас уже нашли.
В тишине вечера даже здесь было слышны тяжёлые удары копыт рыцарских коней по сухой каменистой почве. Отряд тёк рекой стали и синих полос по долине. Рагнар достал кольчужный ворот и шлем и стал поспешно надевать.
Сверр подошёл к своему коню, постоял, опустив голову, и, наоборот, начал раздеваться. Он вернул свой огромный меч в ножны, прикрепил к седлу. Когда на нем остались только короткие бриджи, он подошёл к Рагнару.
— Забирай коней и леди. Уезжайте.
Рагнар отвёл глаза, потом хлопнул капитана по плечу и отрывисто кивнул. Агнея подошла помочь рыцарю застегнуть ремни наручей. Она с недоумением смотрела на приготовление, как на представление странного и необъяснимого для неё театрального действия.
Сердце предательски бешено стучало, мужчины, казалось, были совершенно спокойны. Рагнар надел шлем. Изумрудный, уже изрядно потрёпанный плюмаж, затрепетал на ветру.
Сверр, кинув: — «Не задерживайтесь», — опустился на землю, лицом в громыхающей лавине.
Рагнар помог Агнее забраться в седло. Она послушно поехала вслед за рыцарем. Усталые лошади подчинялись неохотно. Рагнар пытался заставить своего коня ускорить ход. Агнея обернулась в недоумении и посмотрела на оставшуюся позади одинокую обнажённую фигуру, сидящую на земле. Расстояние между капитаном и драконоборцами стремительно сокращалось. Агнея уже могла разглядеть сюрко с символом Синего Копья и родовые гербы рыцарей. Индиговые и серебряные попоны в узорах, сверкающие пластины на шеях лошадей и латы. Нет, это были не новобранцы-копейщики, не бедные парни из деревень, мечтающие повидать столицу и подзаработать в вольных отрядах. Рыцари знали, за кем едут.
— Рагнар, — позвала Агнея встревоженным голосом, — Рагнар, мы что, бросаем его? Одного?
— Сам виноват. Да он нас нагонит, — отозвался тот и добавил не без грусти: — Он один стоит десятка таких, как я. Он дракон.
Сзади послышался шорох, точно лопнул огромный пузырь над болотом или вздохнул великан. Агнея обернулась снова. На том месте, где сидел Сверр, поднимался чёрный, как смоль, дракон. Огромного роста, десяти или одиннадцати футов, в сверкающей броне обсидиановой чешуи. Он медленно развернул крылья — тёмные, с густой, как сумерки, прозрачностью. Догорающее солнце бросало кровавые блики, которые дробились на сотни огненных всполохов, повторяя движения натянутых мышц.
— Это… — ошеломлённо прошептала Агнея, не в силах отвести глаз.
— Дракон, — подтвердил очевидное Рагнар и подхватил повод Грейпл, уводя их подальше. — Это Сверр.
Дракон обернулся и оскалился. Тонкие треугольные клыки сверкали, в глазах блеснуло отражённое пламя заката. Морда, расчерчена шрамами — кривые полосы на лбу — почти так же как на лице Сверра. Пасть с левой стороны порвана. Дракон рыкнул.
Агнея постоянно оборачивалась. Приближающихся всадников она больше не видела из-за Сверра, раскинувшего крылья.
Дракон заревел. Лошади испуганно присели и Агнея едва удержалась в седле, когда Грейпл стала биться. Если бы Рагнар не держал её лошадь, она бы вылетела из седла.
Сверр несколько раз ударил крыльями, разбрасывая мелкие камни и, поднимая пыль, тяжело спружинил и оторвался от земли. Нападавшие рассыпались тремя полукружиями. Дракон взмахнул крыльями и завернул над ними круг. Первые арбалетные болты гулко хлопнули по перепонкам и отлетели. Одна стрела вонзилась самым кончиком в лапу, но Сверр стряхнул её другой лапой. Он сделал крутой вираж вниз и выдохнул тонкий, короткий огненный язык. Кони заржали, кто-то завопил, один рыцарь слетел с лошади, но удачно укрылся за щитом. Сверр спланировал, вцепился в другого рыцаря лапами и вытряхнул его из седла, отбросил на десяток футов. Повернулся к третьему и с отвратительным скрежетом металла вцепился в латный наплечник. Агнея отвернулась.