Наследница старой башни (СИ)

Герцог, стараясь сохранить равновесие, подхватил на руки баронессу, пошатнулся, выравнивая свою ношу, и неуклюже шлепнулся на стоящий сзади стул. Груз свой, тем не менее, он так и не выпустил из рук…
  
Глава 56
 
Я по-прежнему жила в герцогском замке и волей-неволей общалась с его светлостью как минимум за ужином. Документы о покупке особнячка были подписаны, и там уже начали делать ремонт. Сенешаль, господин фон Роше, оказывал мне всю возможную помощь: дал контакты хороших мастеров и даже прислал плотников из замка, чтобы те проверили окна и двери и заменили все, что требует ремонта.
Попутно мы обсуждали с бароном, что необходимо для мастерской. В замке нашлись подходящие помещения, и сенешаль лично водил меня, показывая, где конкретно можно устроить мастеров. Я выбрала большой и светлый зал на втором этаже в одной из башен. Фон Роше взял на себя также обязанность заказать инструменты в нужном количестве и снабдить мастерскую необходимыми кожей и материалами.
-- Главное, господин фон Роше, объясните кожевникам, что окраска должна производиться в одном чане. Чем однотоннее будет окраска, тем меньше будут наши отходы. Кроме того, было бы правильным сразу же позаботиться об отходах.
-- Об отходах? Простите, госпожа фон Розер, но я не слишком понял…
-- При пошиве костюмов у нас неизбежно останутся неиспользованные куски, они будут слишком маленькие, чтобы шить из них костюмы. Но это все равно, кожа хорошего качества. Из маленьких лоскутов можно изготавливать другие мелкие вещички. Например, мешочки для драгоценностей или кошельки, чехлы для кремня и огнива и разные другие мелочи. На такую работе вполне можно посадить учеников. Заодно они будут набивать руку и учиться делать ровные швы.
Сенешаль минуту подумал и заявил, что должен доложить об этом его светлости. Я недовольно поморщилась: видеться лишний раз с его светлостью мне не хотелось. Наши отношения с герцогом стали последнее время весьма напряженными. Мне было безумно неловко за свой панический страх, за то истерическое состояние, в котором я кинулась ему на шею. Тем более что у него мой испуг вызвал только улыбку.
Пропала легкость в отношениях, которая успела появиться у нас после дороги в герцогство, совместных ужинов и бесед. С того самого дня, с момента нападения мыши я тщательно возводила между ним и мной плотный барьер. Его светлость честно пытался сломать этот барьер:
-- Госпожа фон Розер, не стоит так переживать. Нет ничего удивительного в том, что вы испугались мыши: все женщины боятся мышей.
Почему-то его слова еще больше меня разозлили. Тоже мне, знаток женщин нашелся! Тем более, что не так уж я и боюсь грызунов. У детей в той моей земной жизни несколько раз жили домашние хомяки и крысы. Я спокойно брала их в руки и не испытывала неприязни.
В тот раз я испугалась скорее от внезапности “нападения”. Мне показалось, что мышь набросилась на меня. Хотя потом я поняла, что она просто бежала по моему платью, а вовсе не нападала. Так что никакой это не страх, а просто неожиданность! Я не могла избавиться от раздражения, вспоминая его снисходительную улыбку. Мне она казалась оскорбительной! А ведь до этого герцог был мне весьма симпатичен, я даже думала о чем-то таком отвлеченном…
Мечтала как дура! Этот случай просто открыл мне глаза и заставил серьезно задуматься о наших отношениях.
Может быть, это просто дурацкая игра гормонов в молодом теле, но не могла же я влюбиться в него?! Я прекрасно осознавала, что мы стоим на разных социальных ступенях. Такой брак невозможен, а стать его любовницей слишком унизительно. На такое я не пойду никогда в жизни.
 
Больше всего бесило, что, кажется, герцог догадывался о том, что я к нему неравнодушна. Все чаще в беседах он старался смотреть мне в глаза и даже слегка склонялся ко мне, пытаясь показать, как внимательно он меня слушает.
Я же, в свою очередь, старалась загружать свой день делами так, чтобы у нас не было возможности для встреч и разговоров. К сожалению, это не всегда получалось: пришло время поговорить о распределении доходов.
Леста, как всегда, уселась в углу кабинета, а герцог протянул мне бумагу, в которую я и углубилась. Поскольку все расходы полностью брало на себя герцогство, а от меня требовалось только наладить процесс и обучить мастеров, то я рассчитывала на двадцать-двадцать пять процентов. Ведь, объяснив мастерам, что именно от них требуется, я становлюсь не слишком то и нужна. Обучение, конечно, стоит дорого. Я привнесу в этот мир новинку, которой не было до сих пор. Но и жадничать я не собиралась: в конце концов, шить двумя иглами и пробивать швы гребенкой додумаются и здесь, рано или поздно.
Документ был достаточно краток и описывал наши договоренности максимально точно: герцогство предоставляет место, материалы и людей. Я показываю, что и как делается. Готовые изделия продаются, из полученной прибыли вычитают расход на материалы и содержание мастерской, оставшиеся деньги делятся пятьдесят на пятьдесят.
Я перечитала договор дважды и с подозрением глянула на герцога: то, что я не вижу подвоха, не означает, что его тут нет. Слишком уж хороши эти условия были для меня.
-- Вас что-то смущает, госпожа Розер? – сейчас взгляд герцога был достаточно равнодушным, даже чуть сонным.
-- Я хотела бы показать этот документ мэтру Игнасио Бульдору.
Герцог слегка пожал плечами и ответил:
-- Вы можете взять бумагу с собой, а через два дня я жду вас и мэтра Бульдора для подписания. Он выступит свидетелем с вашей стороны.
***
Я очень скучала по Элли и потому, решив отложить на сегодня часть дел, занялась самой неотложной проблемой: экипажем. Успею я еще налюбоваться на побеленные комнаты и выбрать мебель. Даже к мэтру Игнасио успею заехать. А вот карету нужно заказать срочно. Делают ее не в один день, и пока я разъезжаю в любезно предоставленном герцогом экипаже, я не буду чувствовать себя достаточно свободно.
По совету сенешаля я отправилась на подворье мастера Мерча. К моему удивлению, мастер как будто ждал меня. Выслушал пожелания и равнодушно буркнул:
-- Через два дня, светлая госпожа.
-- Что через два дня? – я искренне не понимала, что этими словами хочет сказать мастер.
-- Через два дня готово будет, светлая госпожа.
Я с удивлением уставилась на мужчину. Мои представления о ручном производстве не давали мне поверить в то, что срок два дня обозначен вполне серьезно. Заметив мое недоумение, мастер поманил меня за собой к распахнутым дверям большого сарая. Там стояла вполне себе готовая карета именно такого размера, который нужен был мне.
Полностью готовый экипаж, выкрашенный практичной серой краской. Один из работников тонкой кистью наносил на дверцу кареты золотистую линию. Я присмотрелась и поняла, что он прокрашивает некое подобие герба: в верхней части дверцы уже подсыхала баронская корона, а маляр выводил большие, украшенные листиками и вензелями буквы «Л» и «Р».
-- Любава фон Розер… – машинально пробормотала я.
-- Так ить что заказывали… – с некоторым недоумением ответил мастер Мерч.