Наследница старой башни (СИ)
-- Ить чегой-то вы, светлая госпожа, спужались? Солдатиков мы с Норой чаем напоили и хлеба с ветчиной дали. Да и послали одного в деревню. Пока вы тама беседы вели, Прон от мне двух помощниц прислал. И велел солдатикам передать: не мерзнуть, караул оставить, а остальным по избам идти. Чай морозец-то сегодня кусачий, что же их, сердешных, выстужать на улице?! Сейчас мы с бабоньками обед вам спроворим. Нора с маленькой госпожой у себя покушают. Вам с гостем в столовой накроем, как ить положено. А лакея с кучером, да солдатиков у дверей здеся и пристроим. Бабоньки-то мне и помогут, так что ступайте, госпожа Любава и гостя беседой развлекайте. Ить негоже баронессе на кухне отираться.
В который раз Леста поразила меня своими способностями, и я с благодарностью подумала о том, насколько мне повезло, что она всем сердцем любила свою госпожу и машинально перекинула эту любовь на меня, терпеливо не обращая внимания на “забывчивость” и странности.
Все же приезд герцога был немалым потрясением, потому еще на минуту я забежала в спальню и глянула в зеркало. Выглядела я совершенно обычно: симпатичная молодая женщина, давно уже не такая истощенная, как раньше, а вполне себе здоровая и цветущая. Вот только излишне розовые щеки все же выдавали волнение. Протерла лицо одним из настоев, что без конца изготовляла мне Леста, и, чуть успокоенная, вернулась к владыке местных земель.
Я не представляла, о чем с ним можно разговаривать. Когда он вновь завел эту глупую тему про охотничий костюм, сопротивляться не стала. Как ни странно, его это действительно заинтересовало. И до того, как нам подали обед, мы договорились практически обо всем. О том, что договор подпишем в присутствии свидетелей, что герцог обязуется прислать мне все материалы, которые я потребую, один из своих старых костюмов для снятия размеров, а также составит полный список всех вещей которые берет с собой на охоту. Этот пункт герцога удивил. Он даже счел нужным спросить:
-- Госпожа Розер, а это-то вам зачем?!
– Сошью костюм: узнаете, ваша светлость. Кстати, а кто будет судьями в нашем споре?
Глава 36
Смотреть в окно было бесполезно: ранние зимние сумерки съедали видимость. Правда, когда охранники начали зажигать факелы, появились резкие световые пятна, которые выхватывали из темноты то прядающего ушами коня, то угол кареты с распахнутой дверцей, то лакея, устраивающегося на запятках.
Странный сегодня получился день, он оставил больше загадок, чем ответов. Даже во время обеда, поддерживая вежливую беседу с герцогом и периодически ловя на себе его заинтересованный взгляд, я не смогла добиться ответа на простой вопрос: зачем ему понадобились мои земли? Зачем он настоял на этом нелепом пари? Зачем согласия на двух судей: своего ставленника, которого обещал привезти на составление договора и мэтра Игнасио Бульдора, законника и единственного моего знакомого в Энкерте?
Вечером, рассказывая Элли сказку, я говорила совершенно машинально, не особо задумываясь о сюжете. Мысли постоянно соскальзывали к этому странному визиту, и чувство неуверенности все больше давило: что ему нужно?!
Правильно это было или нет, не знаю, но перед сном, когда Леста расчесывала мне волосы, я спросила:
-- Как думаешь, зачем он приезжал?
В зеркале я достаточно отчетливо видела, как Леста улыбнулась и покачала головой, как будто сожалея о моей бестолковости:
-- Да ить, госпожа Любава, откель мне знать этакое? А только ить не зря тогда солдатик от самых дверей законника шел. Ежли умишком-то раскинуть, да и вспомнить карету малую, что мимо проезжала… Ить мне еще тогда помстилось, что оттель, из кареты-то, ктось на вас любуется. Этакой-то нарядной вы уж года два на людях не показывались. А туточки плыли себе, как лебедь белая! А герцог что…? Герцог – мужчина!
Я повернулась на табуретке и с сомнением глянула на Лесту:
-- Ты думаешь, что я ему понравилась?!
-- Да ить тут и думать нечего! – Леста нетерпеливо подтолкнула меня в плечо, заставляя принять ту же позу и снова принимаясь за волосы. – Прон сказывал, что герцог нынешний вдовец, почему бы ему и не заглядеться на вас?
Некоторая наивность Лесты меня даже умиляла. При всей ее практичности она, похоже, не понимала, какая социальная пропасть стоит между владельцем герцогства и нищей баронессой. Но все же кое-что дельное из этого разговора я взяла: вспомнила, что Прон, староста вроде как действительно что-то говорил о герцоге. Так что возражать горничной я не стала, зато попросила:
-- Леста, будь добра, утром, как молоко принесут, передай в деревню, чтобы староста пришел ко мне.
Леста послушно закивала:
-- От и ладненько! Прон мужик смышленый, худого не посоветовает. А герцога-то теперь когда обратно ожидать?
Подивившись ее проницательности я спросила:
-- Почему ты решила, что он снова приедет?
Леста даже фыркнула, возмущаясь нелепым вопросом:
-- Сам же он говорил, что как только бумагу составит, так беспременно сразу же к вам. Ить ни в жисть не поверю, что он ту бумагу через месяц повезет. Так когда ждать-то? Завтрева аль когда?
-- Не знаю, Леста. Но на всякий случай завтра с утра курочку помоложе ощипай и на морозе ее оставь. Хоть вон в сарае к балке подвяжи, чтобы мыши не попортили.
-- От и ладно. Ить запас, он завсегда надобен, а я вам завтра волосы еще краше уложу! – довольно добавила она.
Я только улыбнулась про себя, не желая разочаровывать свою наперсницу. Похоже, для нее вся эта история выглядит как «лав стори» моего мира. Книг здесь нет, гостей у меня не бывает, новостей почти никаких мы не слышим. Конечно, работа занимает у нас значительную часть времени, но всегда хочется чего-то интересненького. Вот Леста и придумывала себе небольшую сказку. Да и пускай. От меня не убудет, а ей хоть какое-то развлечение.
Разговор с Проном состоялся на следующий день, но дал мне не так и много новый сведений. Я узнала, что герцог вдовец, что у него есть взрослый сын, двадцати пяти лет от роду. Наследник герцогства и завидный жених. И дочка двадцати лет, которую в прошлом году высватал ловернский князь.
Так что, сын сейчас служит в столице при дворе, дочь после свадьбы укатила в Ловернию, а герцог со старой матушкой живет в замке холостяком. Старая герцогиня - дама нрава строгого и богобоязненного, но на добрые дела не скупится: за свой счет держит дом на окраине Энкерта. Там целый день три лекаря народ принимают. И за все она сама платит.
В конце беседы Прон слегка замялся, как бы не понимая, нужно ли говорить еще кое-что, но я отмела его сомнения очень легко:
-- Знаешь, зачем герцог к нам приезжал?
-- Откуда бы мне этакое знать, – он заинтересованно смотрел на меня из-под лохматых бровей, явно желая узнать новость.
-- Герцог хочет выкупить мои земли.
Сперва брови Прона удивленно прыгнули вверх, а потом он глубоко задумался и медленно, почти нараспев сказал:
-- Э-э-эвона чо-о-о…- он помолчал и так же бессмысленно добавил: -- Вона оно как, значицца… -- через некоторое время взгляд его стал более осмысленным и он с легкой тревогой спросил: -- Это значицца, чтобы под герцогскую руку нас отдать?