Правильный ход (ЛП)

Скользя рукой по ее пояснице, я кладу ее на ее задницу. — Могу я чем-нибудь помочь?
— Я думаю, нам можно идти.
Притягивая ее к себе, я целую ее в висок. — Ему повезло, что у него есть ты, и мне тоже
Она поднимает на меня нефритово-зеленые глаза, полные счастья. — Я думаю, нам всем повезло.
Как раз в этот момент Монти сворачивает за угол, входя через боковые ворота с огромным подарочным пакетом в одной руке и ящиком пива в другой. Потому что, несмотря на то, что сегодня день рождения двухлетнего ребенка, всем самым близким людям моего сына намного больше двадцати одного.
— Монни! — Макс ликует, когда видит его.
— Вот и мой именинник!
— Позволь мне пойти помочь твоему отцу.
Подбегая, я забираю пиво у него из рук.
— Спасибо, Эйс. В машине есть еще кое-что.
— Я могу сходить.
— Я пойду с тобой, — говорит он, бросая на меня взгляд, который точно говорит мне, почему ему нужно вернуться со мной в машину.
Мы ставим подарок на стол для подарков и пиво в холодильник, прежде чем вернуться к его машине.
— Оно у тебя?
— Нетерпеливый, — смеется он. — Да, оно у меня.
Монти лезет в карман и вытаскивает маленькую, оранжевую бархатную коробочку.
Через несколько недель после того, как Миллер переехал в Чикаго, я пришел в квартиру Монти и спросил, как он относится к тому, что я прошу руки его дочери.
Он немного поплакал, в основном от радости, прежде чем вытащить кольцо, которое хранил при себе более двадцати лет. Это было кольцо, с помощью которого он собирался сделать предложение маме Миллер, но так и не получил возможности.
Когда он спросил, не хочу ли я им воспользоваться, я без малейших колебаний ответила "да". Это кольцо не только красиво и уникально, но и будет значить для нее больше, чем любое кольцо, которое я мог бы купить у ювелира.
Мои руки немного дрожат от нервов, когда я беру его у него, но когда я открываю крышку, меня охватывает ошеломляющее спокойствие от осознания того, насколько это правильно, от осознания того, насколько наша семья принадлежит друг другу.
Меня так и подмывало сделать предложение, как только она вернется, но из-за того, что в ее жизни сразу произошло так много перемен, я решил подождать. До сегодняшнего дня.
— Это прекрасно, Монти.
— Это будет прекрасно смотреться на ней. Ее мама так гордилась бы ею.
Поднимая взгляд, я вижу Монти с блестящими карими глазами, уставившегося на коробочку с кольцом в моих руках.
— Ты уверен, что не против, если я воспользуюсь этим?
— Я уверен. Для меня будет гораздо важнее увидеть его у нее на пальце, а не хранить в этой коробке.
Обхватив его рукой, я заключаю его в объятия. — Спасибо тебе. Не только из-за кольца, но и… из-за всего.
Он обнимает меня в ответ. — Я люблю тебя, Кай, ты это знаешь. И я люблю твоего сына.
— Ты имеешь в виду твоего внука? — Спрашиваю я дразнящим тоном.
— Клянусь Богом, если ты начнешь называть меня дедушкой на работе, я надеру тебе задницу. Но да, я тоже люблю своего внука, и я счастлив, что ты наконец-то делаешь все это официальным.
На заднем дворе полно наших друзей, включая персонал команды и сотрудников Miller's из пекарни. Единственные, кого не хватает, — это ребята из команды, в первую очередь мой брат.
Каждый год перед началом сезона команда отправляется в совместное путешествие. Им нравится говорить, что это для сближения, хотя на самом деле это повод провести несколько дней пьяными у бассейна. В этом году они выбрали Вегас, и, хотя Исайя умолял меня приехать, я принял очень простое решение остаться дома со своей семьей.
Поскольку сезон начинается через пару недель, я хочу проводить дома как можно больше времени. Макс и Миллер не поедут с нами в этом году. Поскольку бизнес Миллер развивается, а Макс становится старше, пришло время отстранить его от моего напряженного графика.
Однако они вдвоем будут приезжать к нам в турне на ночь или две каждый месяц, и это кажется достаточно хорошим компромиссом, пока я не смогу проводить с ними полный день дома. А кабинет Миллер в пекарне можно использовать как игровую комнату, чтобы Макс мог проводить с ней там время. Учитывая нас двоих и друзей, которые предложили помочь нам заполнить любые пробелы в нашем расписании, я не думаю, что Максу когда-нибудь понадобится еще одна няня на полный рабочий день.
 
Райан оглядывает вечеринку. — Миллер действительно входит в эту совершенно новую роль мамы, да?
Я нахожу ее сидящей на одеяле со Стиви и Инди, малышка Тейлор лежит на спине, а Макс с обожанием смотрит сверху на своего нового друга.
Команда растет, и я рад за Макса, что он больше не будет здесь одиноким ребенком.
— Чувак, ей это нравится. Для меня дико, что всего шесть месяцев назад она думала, что у нее ничего не получится. Она естественна, и каждый раз, когда я вижу ее с Максом, меня охватывает безумная лихорадка счастья. — я качаю головой. — Я так сильно хочу обрюхатить ее.
— Да, — соглашается Зандерс. — Наблюдать за тем, как Стиви становится мамой в течение последних четырех месяцев, действительно одна из самых привлекательных вещей, которые я когда-либо видел.
Мы оба поворачиваемся к Райану, который пытается подавить улыбку. Он очень скоро поймет, что мы чувствуем, потому что они только что узнали, что Инди беременна.
Он подталкивает меня локтем. — Когда вы с Миллер заделаете еще?
— Я готов, но она так занята работой и всем остальным, что мы договорились попробовать, как только я официально уйду на пенсию.
— Папа-домохозяин. — Зандерс одобрительно кивает. — Звучит потрясающе.
— Я не могу дождаться.
Правда в том, что теоретически мы с Миллером собираемся подождать, но и сейчас мы мало что делаем, чтобы предотвратить это. Так что, если мы неожиданно забеременеем, это вообще не будет большим сюрпризом. И на всей планете нет человека, который мог бы переубедить меня. Я уйду на пенсию, как только родится малыш.
Из дома доносится небольшой шум, и я оборачиваюсь, чтобы обнаружить, что вся моя команда наконец-то здесь, чтобы присоединиться к вечеринке.
— Я сейчас вернусь, — говорю я своим друзьям. — Мне нужно пойти проверить, как там мой брат.
Я приветствую своих товарищей по команде, указывая им в сторону еды и напитков, прежде чем направиться к главному входу, где Коди, Трэвис и Исайя, похоже, ведут приватную беседу.
— Что происходит? — Спрашиваю я подозрительным тоном. — И почему вы, ребята, так опаздываете?
Они втроем смотрят друг на друга, молча общаясь.
— Твой брат идиот, — наконец говорит Трэвис.
— Трев, какого черта?
Исайя бросает на него предупреждающий взгляд. — Мы договорились ничего не говорить сегодня.
Трэвис просто пожимает плечами.
— Ну не знаю, — вмешивается Коди. — Я думаю, что все это романтично.
— Это не романтично, — поправляет Трэвис. — Это была ошибка по пьяни. Очень глупая, пьяная ошибка.
Сбитый с толку, я переключаю внимание с одного на другого. — О чем, черт возьми, вы, ребята, говорите?
Трэвис смотрит прямо на моего брата. — Просто скажи ему.
Исайя натягивает такую улыбку, что становится ясно: он пытается убедить меня, что я не должен на него злиться.
Затем он поднимает левую руку, чтобы я могл видеть обручальное кольцо на его безымянном пальце.
— Что это, черт возьми, такое?
— Это обручальное кольцо, потому что… сюрприз! Я женился!
— Ты что?
— Женился. Связал себя узами брака. Сделал решительный шаг.
— Я понимаю, что значит жениться, Исайя, но на ком, черт возьми, ты женился?
— О, мне нравится эта часть больше всего!
Подхватывает Коди.
Улыбка Исайи в равной степени застенчивая и взволнованная. — Кеннеди.
— Кеннеди? — спрашиваю с недоверием. — Кеннеди Кей?
— Кеннеди Роудс по состоянию на прошлую ночь, но да.
–:Но она… — заикаюсь я. — Она тебя ненавидит.
— Ну, ты сам понимаешь. Оказывается, после примерно восьми рюмок текилы она не так уж сильно меня ненавидит.