Отшельники. Клан Заката
А уж подумать, что такое способен провернуть обычный мальчишка двенадцати лет, благородных кровей, но без малейших намеков на обладание даром…
В общем, так и не найдя ответов, сыскари уехали, пострадавший получил страховку, а Глеб… Глеб больше не воровал. Никогда. Нет, конечно трофеями в бою не брезговал. Что с бою взято – свято. А вот так воровать, больше никогда…
Глеб Георгиевич, потянулся, пытаясь размять затекшие от долгой дороги в тесном возке мышцы и наклонился к небольшому окну в дверке, глянуть, где они едут…
Правда за тонким стеклом ничего так и не удалось разглядеть… Вьюга все сильнее расходилась, портя и так плохое настроение… Глеб Георгиевич поежился от прохлады и поплотнее закутался в теплую медвежью шубу. Все же надо было остановиться в гостинице, переждать непогоду, а потом уже и ехать…
Или нанять самоходную повозку. Тоже из новинок… Говорят, какие-то маги сумели создать двигатель, который работал от какого-то там огня внутри железного корпуса. Глеб Георгиевич не особо интересовался новинками. Хотя в последние годы, их становилось все больше…
Говорят, это из-за того, что магов стало рождаться все меньше, и силы их уже были не те… Впрочем, с этим утверждением князь готов был согласиться… Магов и правда стало гораздо меньше. Какими бы они не были долгожителями, а умирали… Только вот новых взамен практически не рождалось… Почему и от чего, в этом отставной полковник не разбирался… Но слухи ходили, что из-за кровосмешения… Мол, после того, как магам разрешили брать в жены кого понравиться, а не только из своих таких же одаренных, и начали они слабеть с каждым поколением.
Так или не так, Глеб Георгиевич даже не желал разбираться. Он не был магом. Единственное – он знал способ, как нейтрализовать воздействие магической силы. Тот самый, который помог ему вскрыть злополучную лавку ростовщика.
Секрет прост – глина из Серебрянного ручья, что течет уже по ту сторону границы, на западных отрогах Рифейских гор в пяти верстах от поместья. Как-то раз, Глеб убежал из спроса из дома в леса и умудрился напороться на огневика. Природный элементаль, обычно не обращающий внимания на людей, почему-то решил погоняться за маленьким сорванцом.
И загнал в итоге в верховья Серебряного ручья… Какого же было удивления мальчика, когда выпущенный элементалем огненный шар, исчез, едва коснулся перемазанной спины. Чтобы материализоваться со стороны груди, не причинив никакого вреда… В науку Глеб не вдавался, но запомнил такое свойство грязи из верховьев ручья…
К сожалению, вернувшись после службы, Глеб Георгиевич обнаружил, что место, где он тогда нашел эту глину, завалило скальными обломками во время землетрясения…
Поерзав, устраиваясь поудобнее на жесткой скамье, помещик откинулся на твердую стенку возка и прикрыл глаза, погружаясь в мысли о прошлом… А, что ему еще остается, если вся его жизнь оказалась бессмысленной…
Мама, к большому сожалению, так и не дождалась возвращения сына со службы… Умерла, когда Глеб был далеко на востоке, гоняя по болотам дружины литвинов, в очередной раз решивших поиграть на нервах у своих западных сродственников…
Вот же народец… Вроде братский, и по крови, и по языку, а хуже германцев… Особенно, как в Княжестве Литовском первую скрипку стали играть поляки. Тоже ведь родственный народ, но вот ненависть такая, что и чужаки удивляются… Причем причин вражды вам не назовет никто из ныне живущих. Слишком далеко в века уходят корни распри…
Даже и на похороны мамы не смог выбраться… В госпитале оказался. Лишь после излечения сумел выпросить отпуск и съездить в родные пенаты, где его никто уже не ждал, кроме пустых, разом ставших холодными, стен усадьбы…
Хлопок кнута, раздавшийся по ощущениям над самым ухом, выдергивает Глеба Георгиевича из воспоминаний.
«– Сколько еще ехать-то?» – мелькает в его голове усталая мысль, чтобы через мгновение раствориться без следа. Высматривать местность, где они сейчас проезжают, князю было ни к чему, да и толку особого нет – вьюга расходилась все сильнее, перекрывая обзор…
До темноты добраться до поместья все равно не удастся. Но для помещика это не имело особого значения… Последний год торопиться ему стало просто некуда…
Поплотнее укутавшись в медвежий тулуп, которую заботливый конюх захватил для своего хозяина, Глеб Георгиевич прикрыл глаза, мечтая провалиться в сон. Возок ехал ровно и плавно, поэтому в любой другой ситуации, уснуть отставной офицер смог бы без проблем…
Если бы не бессонница, мучившая князя уже не первый день. Мысли… Тягучие, как горячая магма, льющая из жерла вулкана, они не давали покоя уставшему разуму князя.
Да, мама так и не дождалась своего единственного сына со службы… И это было не слабым ударом. Но жизнь не заканчивается. Круговорот. Однажды, умрут все, на смену придут другие, которые так же будут жить, воевать, любить и мечтать…
Сын стал той отдушиной, куда, не знавший отцовского наставления князь, вложил весь свой нерастраченный запас любви и заботы… Князь всего себя вложил в семью и их благополучие. Надежда, что он сможет вернуть былую силу и славу рода, а если даже и не он сам, то наследник непременно сделает это… Главное, создать базу… Ту опору, которой не было у Глеба Георгиевича…
Все рухнуло в одночасье…
Глеб Георгиевич, как раз отбыл по делам в Белецк. Нужно было договориться со скупщиками о поставках меда с пасеки и прикупить необходимого инвентаря и материалов. Задумывалось очередное расширение и так немаленькой пасеки.
Холоп из усадьбы, с трудом сумевший разыскать хозяина в городе, принес черные вести… Пасека, дело, которому он посвятил всего себя и которое должно было стать тем трамплин, который даст шанс Роду на выживание… Сгорела… Вместе с сыном, как раз приехавшим погостить на выходные и первым бросившимся тушить пожар… и десятком холопов…
Закрутило в огненном вихре, без малейших шансов на спасение… Потом, даже тела не нашли… Лишь медальон, одетый жрецом в храме Дажьбога… Его и похоронили… А от работных людей и этого не нашлось на пепелище…
Почему и отчего загорелись ровные ряды ульев, выяснить так и не удалось. Никого из посторонних в окрестностях в тот день не видели. Приехавшие маги, которых подавленный Глеб Георгиевич вызвал аж с губернской столицы, пару недель перерывавшие пепелище, ответ так же не нашли…
Никаких следов… Случайность. Стихия. Загорелся лес по ту сторону границы. А погоды стояли сухие, да еще и ветра… неудачное стечение обстоятельств и для князя все закончилось в один момент… Надежда умерла…
Нет, не из-за потерянного дохода он грустил. Денег заработать можно снова… И пасеку восстановить, пусть и не такую огромную, но все же… Пару пчелиных семей удалось уберечь от пожара…Только вот ради чего? В могилу их с собой не заберешь…
Жену, впавшая в какое-то странное апатичное состояние после смерти ребенка, в котором она души не чаяла, несмотря на попытки Глеба Георгиевича вернуть ей интерес к жизни, тоже недолго протянула… Через пару месяцев ушла вслед за сыном, бросившись со скалы…
Вся жизнь… Вся жизнь князя, сгорела за несколько часов… Не старый еще, только-только перешагнувший через пятый десяток лет мужчина, остался один… Ни семьи, ни Рода, ни желания…
Была мысль продать поместье, переехать в столицу, и доживать свои дни там, где ничто не напомнит о надежде… Вспыхнувшей, подобно падающей звезде и так же скоротечно погасшей…
Но… Могилы жены и сына, не отпускают… Князь, чуть было не последовавший вслед за родными, стоя в родовом склепе, вдруг осознал – пока он жив, его любимые тоже будут жить… Пусть лишь в его воспоминаниях…
– Но, волчья сыть! Пошли! – зычный голос Акима, единственного из слуг, кто наотрез отказался покидать князя, когда тот дал остальным холопам вольную и отпустил на все четыре стороны, в очередной раз разорвал тишину лесной дороги.
Глеб Георгиевич пропустил момент, когда возок свернул с тракта в сторону поместья, витая мыслями где-то там, в бесшабашной молодости и счастливой зрелости… До дома осталось всего ничего. Пара верст до Рыхляевки, да потом еще версты три до усадьбы.