Из пепла (ЛП)

— Могу я воспользоваться твоим телефоном, чтобы позвонить ей? Или Итану — спросила я сквозь стиснутые зубы.
— Кэссиди, почему ты уходишь?
— Потому что мне не следовало приходить сюда с самого начала! Очевидно, это была плохая идея.
— Я не хочу, чтобы ты уходила. — Его голос резко смягчился, и он потянул меня за руку, чтобы притянуть обратно к кровати, и закашлялся от смеха, когда я споткнулась о его спортивные штаны. — Прости, это самая теплая одежда, которая у меня была для тебя прошлой ночью.
Я просто кивнула и отвернулась, чтобы он не увидел, как я покраснела.
— Эй. Он взял меня за подбородок и повернул мою голову так, чтобы я смотрела в его темно-зеленые глаза. — Прости меня. Я не злюсь на тебя, просто ты до смерти напугала меня прошлой ночью. Я был в нескольких секундах от того, чтобы вызвать скорую. Наверное, мне следовало бы, но я был слишком сосредоточен на том, чтобы согреть тебя.
Это заставило меня покраснеть еще сильнее. Боже мой, не могу поверить, что я была в душе с Гейджем. Не то чтобы я могла насладиться хоть секундой этого или даже осознать, что происходит на самом деле.
— Гейдж, — начала я после нескольких молчаливых мгновений, — она все еще была там, когда ты пришел прошлой ночью?
Я почти попросила его не отвечать на этот вопрос, но потом его лицо превратилось в жалостливое, и мне уже не нужно было этого делать.
— Я немного устала, — сказала я, быстро сменив тему, — ничего, если я немного посплю, прежде чем позвоню Джеки?
— Ты можешь лечь спать, тебе нужно как можно больше отдыхать после прошлой ночи. Но я хочу, чтобы ты осталась здесь, Кэсс. Мы с Адамом привезли большую часть твоих вещей прошлой ночью. Тебе не обязательно, но ты можешь жить здесь. Столько, сколько захочешь.
Снова жить с Гейджем? Но ведь в прошлом он терпеть не мог то, что я жила с ним.
— Я ценю то, что ты делаешь, Гейдж, но ты мне ничего не должен. И я не хочу, чтобы ты предлагал мне пожить у тебя, потому что тебе меня жалко.
— Дело совсем не в этом. Я хочу, чтобы ты была здесь — честно говоря, я бы предпочел, чтобы здесь была ты, а не кто-либо другой.
Я сомневалась в этом. Но от одной мысли о том, что я снова буду так близко к Гейджу, у меня затрепетало в животе. Я поняла, что все еще ничего не сказала, когда он встал и подошел ко мне.
— Просто подумай об этом, — его хрипловатый голос стал еще глубже. — Но сначала поспи, дорогая. Я собираюсь пойти на пробежку. Я проверю тебя, когда вернусь. Его рука провела по моему лбу, когда я оказалась под одеялом, и он нахмурился. — Тебе жарко?
— Нет, вообще-то мне все еще немного холодно. Можешь подать мне свои спортивные штаны?
Гейдж выругался под нос и направился к выходу, по пути бросив мне свои штаны. Не успела я попытаться натянуть их обратно, как он вернулся с одеялом из своей кровати.
— Вот, держи. Он снова провел рукой по моему лбу и левой щеке. — Я скоро вернусь, хорошо?
— Развлекайся, — пробормотала я, сворачиваясь калачиком.
У меня не было сил даже на то, чтобы снова попытаться надеть штаны обратно.
Гейдж
Я даже не ушел с подъездной дорожки, как вбежал обратно в дом и схватил ключи. Я не мог бегать. Не сейчас, когда я так сильно волновался за нее. Как только я оказался в машине, я позвонил маме. Да… Я знаю. Я был в таком отчаянии.
— Почему меня не удивляет, что ты уже проснулся? Это твой последний день перед началом занятий, ты должен как следует выспаться.
— И тебе привет, мама.
— Как дела у моего мальчика?
— Хорошо. Эй, мам, мне нужна твоя помощь. Кэссиди вся горит, и я не знаю, что мне делать. Я еду за градусником, но может быть, мне нужно купить что-нибудь… еду, напитки или лекарства?
— Кэссиди? — Она не смогла скрыть своего удивления при этом слове. — Разве Тайлер не должен помогать ей, если она плохо себя чувствует?
— Ну… можно коротко?
— Конечно.
Она вздохнула, давая мне понять, что полную версию мне придется выложить позже.
— Прошлой ночью он привел домой другую девушку и выгнал Кэссиди.
— Он что?! Ты уверен?
  
— Ма, да. Уверен. Я даже сам его спросил, но это не самое страшное. Он заперся в квартире, оставив ее без телефона, ключей и прочего, и она пошла ко мне пешком. Шел сильный мокрый снег, а она была в пижаме, у нее не было ни куртки, ни чего-то еще.
— О, бедная девочка. С ней все в порядке? Ты сказал, что она вся горит?
— Да. — Я глубоко вздохнул и яростно постучал большим пальцем по рулю, пока светофор снова не загорелся зеленым. — Она тепло одета, а я вчера включил обогреватель на полную мощность. Она говорит, что ей холодно, но она ярко-красная и очень, очень горячая.
— Пока что возьми градусник и немного «Найквила». Перезвони мне, когда измеришь ей температуру.
— Хорошо, спасибо, мама, люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю. Пока-пока.
Я забежал в аптеку и купил самый дорогой градусник, который смог найти, и несколько бутылочек «Найквила», после чего вернулся домой. Я пробыл вдали от Кэссиди всего двадцать пять минут, но не было никаких сомнений, что ей было хуже, чем когда я уходил. Я чувствовал жар, исходящий от кожи, ее снова трясло.
— Кэсс, проснись, давай измерим температуру.
Она застонала и натянула оба одеяла на лицо.
Я продолжил пытаться разбудить ее, пока вскрывал коробку. Наконец она кивнула, когда я показал ей термометр и сунул его ей в рот. Пока я ждал, я потрогал ее щеки и лоб, и мне приходилось подавлять желание накричать на эту чертову штуку, чтобы она поторопилась. Я уверен, что люди, создавшие это, смеялись над тем, что могут мучить людей ожиданием. Не в силах сидеть без дела, я снова позвонил маме и рассказал ей об изменениях. Если раньше она казалась мне горячей, то теперь она была в огне. Наконец дурацкое адское пыточное устройство подало звуковой сигнал, и я осторожно, но быстро вынул его изо рта Кэссиди.
— Дерьмо, температура очень высокая, — выдохнул я.
— Гейдж Майкл Карсон!
Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что произошло.
— Простите, мэм, но здесь написано один-пять-точка-два. Что мне делать?
— Немедленно отвези ее в больницу. Если такая температура будет держаться у нее слишком долго, то у нее могут начаться судороги или она впадет в кому.
— Что?! Хорошо, поговорим позже.
— Позвони мне, как только доктор скажет тебе что-нибудь, слышишь? Я хочу знать немедленно.
— Да, мэм. Я повесил трубку и взял Кэссиди на руки; она уже снова уснула и не шевелилась до тех пор, пока я не привез ее в отделение неотложной помощи. А потом она начала неудержимо дрожать, и я пожалел, что не догадался взять с собой одно из одеял или хотя бы надеть на нее спортивные штаны. Мне никогда не приходилось заботиться о ком-то, и я чувствовал, что делаю чертовски крутую работу…
***
Я поднял глаза, почувствовав руку на своей спине, и мягко улыбнулся.
— Я действительно ценю, что ты здесь, ма. — Я понятия не имел, что делаю. Провел рукой по волосам и вздохнул, оглянувшись на Кэссиди, которая спала в моей кровати. — Очевидно.
— Тише. Ты сделал все, что мог.
— Если бы я просто забрал ее, как только она приехала…
— У нее в любом случае была бы пневмония, Гейдж. Она была на улице в такую погоду без подходящей одежды и с мокрыми волосами. Ты не можешь винить себя. А вот Тайлеру, бы следовало…
— Боже, я снова хочу его ударить.
— В этот раз, — сказала она со вздохом, — я бы не стала пытаться остановить тебя.
Кэссиди перевернулась, и я на мгновение перестал дышать, чтобы послушать ее мягкое, ритмичное дыхание. Она уже два дня как вернулась ко мне домой после четырех дней наблюдения в больнице, чтобы убедиться, что она идет на поправку. Мама оставила готовку и уборку на ранчо на мою среднюю сестру Никки и поспешила в Остин, как только я сообщил ей, что врач сказал, что у Кэсс пневмония. Она не позволила мне пропускать занятия, и если я не мог сидеть рядом с Кэссиди, то, по крайней мере, чувствовал себя лучше, зная, что рядом с ней мама, а не Тайлер. Который, кстати, появился в больнице, пока я был на занятиях, и, после словесной взбучки от мамы, ушел и пытался наладить контакт исключительно по телефону. К счастью, Кэссиди не захотела с ним разговаривать, хотя я все равно не позволил бы ему с ней общаться.