По закону гор (СИ)

Она имела право на злость. Кто ж тут спорит!
Но все же…
– Нет.
– Нет? – Касьян как-то потерял нить разговора. Его внимание прилипло к ее тонким пальчикам. И к бокалу, который она прижимала к груди.
Горло свело… А в паху потяжелело. Он гребаный озабоченный придурок. О чем бы ни думал, все сводилось к похоти.
Он до ломоты в яйцах хотел Янинку.
– Мы не будем разговаривать. Я не хочу.
  
– Янин, что за детский сад?
– Я уже сказала – отстань.
Касьян сдержал раздражение, вцепившись пальцами в собственные колени.
– Я не знал, понимаешь? Не знал о планах моих парней. Меня просто поставили перед фактом. Я открыл дверь, а там... вы. Ты, точнее.
Ее пальцы сильнее сжали бокал. Костяшки побелели.
И она по-прежнему отказывалась смотреть на него, бунтовала.
Тоже имела право.
– Про ураган я не шутил. Не было бы его, отвез бы сразу же домой.
Янина отвернулась и быстро заморгала.
Не шла она на контакт с ним! Ни в какую.
– Слышишь ветер? Посмотри в окно. Метель там…
За окном бушевала тьма, погода разъярилась не на шутку.
И можно десятки раз вслух сожалеть и сетовать на непогоду, но в душе Касьян ликовал. Потому что, как бы он ни хотел, но второе его «я», то, что провалилось в Янину с первого взгляда, быстро свело пазлы.
Они одни…
На несколько дней.
Даже если ураган будет не таким сильным, как прогнозировали, дороги занесет основательно. А впереди что? А впереди выходные.
Нет, понятное дело, технику выгонят на работу. Но когда она доберется до отдельно стоящих частных домов?
Два дня у него точно есть.
Может, и три.
Дарий должен сообщить его родакам. Не полный же дебил.
Блядь… Додумались же! Украли Янинку!
Сейчас он уже иначе реагировал. Но о той радости, что клубилась в грудине, лучше не говорить вслух.
Касьян достал телефон. Провел по экрану и развернул его к Янине.
– Пустая сетка. На нас идет сильная метель. Точнее, она уже здесь.
Янина закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья.
Трудно его девочке…
Но ничего, ничего… Сейчас придет в себя. А он поможет. Все сделает…
Он вообще все для нее сделает!
– Мы не сможем молчать все это время, – произнес Касьян. Прямо напротив его лица находились колени Янины. И они не давали ему покоя.
– Сколько? – спросила она, не открывая глаз.
Он нахмурился.
– Что сколько?
– Сколько будет длиться ураган?
– По прогнозам – ночь, – ответил он, следя за ее реакцией.
Она была прогнозируемой. Янина облегченно вздохнула. А его закорежило.
– Мы взрослые люди. Давай мыслить адекватно.
– Не могу. – По ее лицу пробежала судорога. – Не получается…
Касьян выругался.
– Я виноват. Вины не снимаю. Что мне еще сделать или сказать, чтобы ты отмерла?
Наверное, что-то цепануло ее в его словах, потому что она резко распахнула глаза и даже подалась вперед.
– Ты говоришь мыслить адекватно… Меня привезли сюда против моей воли. Связанную. Ты... – Янина запнулась, губы ее задрожали, но она собралась и выпалила дальше: – Ты набросился на меня! Это нормально? Я спрашиваю, это нормально?
– Я успокоить тебя хотел! – Касьян не заметил, как повысил голос.
Янина порывисто огляделась. Ее взгляд остановился на куртке, которую он, идиот, не додумался убрать.
Касьян мгновенно насторожился. Провел пятерней по коротким волосам и приготовился в случае чего блокировать порыв девчонки.
– Успокоить?..
Девчонка начала бесноваться.
Тоже вроде бы неплохо…
Касьян напрягся. Второй раз он по морде не даст врезать.
– Да, успокоить, – процедил он.
– Ты набросился на меня с поцелуем!
– И что?! Я говорил, что ты мне нравишься!
Янина не додумалась ни до чего лучшего, как вскочить на ноги.
Теперь она была выше него. Ненамного, но выше.
Это ей давало моральное преимущество?
Да похер… Пусть…
– Не приближайся ко мне! – зашипела она кошкой.
– Сейчас шмякнешься через диван, дура! – рявкнул он, инстинктивно подаваясь вперед, чтобы поймать, если она действительно потеряет равновесие.
Но она удержалась, уперевшись руками в спинку. Ее глаза сверкали гневом и предупреждением.
Касьян резко встал, развернулся и отошел к камину, с силой швырнув в огонь несколько поленьев. Искры взметнулись вверх. Он стоял спиной к ней, и вдруг его плечи слегка задрожали. Сначала почти незаметно, потом все сильнее. Его начало трясти — от выброса адреналина, от сдерживаемой ярости на себя, на Дария, на всю эту гребаную ситуацию.
А ведь были еще и родные.
Которые спросят его за произошедшее.
И он ответит.
– Блядь, – прошипел Касьян себе под нос, сжимая и разжимая кулаки.
Что-то сегодня эмоциями крыло конкретно. Надо завязывать с матом. Тем более при Янине.
Он заставил себя сделать глубокий вдох, выдох. Потом еще один. Дрожь понемногу стала утихать. Он провел рукой по лицу, словно стирая с себя все напряжение последних минут.
Не оборачиваясь к Янине, он двинулся в сторону кухни.
– Я пошел готовить, – бросил он через плечо, голос нарочито спокойный, почти обыденный. – Надумаешь – присоединяйся.
Себе он особо ничего не готовил. Но Янину надо покормить.
Он принялся громко греметь посудой, доставая кастрюлю, открывая холодильник. Делать вид, что все в порядке.
Нихера не было в порядке.
***
Янина осталась одна.
Ее колени подкосились, и она снова опустилась на диван. Тишина, нарушаемая лишь завыванием метели и звуками из кухни, давила на уши.
Она начала думать о ситуации. По-настоящему думать, без паники.
Она с Касьяном в одном доме. На неопределенное время. Совсем одна.
Мысли путались, цепляясь за нелепость произошедшего.
Как она будет смотреть в глаза Терлоевым после этого? Точно ей не хватило драки… Нате вот еще интересненького. Получите – распишитесь.
Как она взглянет в глаза тете Соне, которая целовала ее в лоб и называла красивой? Суровому Валиду Адамовичу, который уже отправил сына в ссылку? Из-за нее отправил…
И вот она тоже… У него. С ним.
Пипец просто.
Она поставила бокал с недопитым вином на небольшой деревянный столик. Красивый, между прочим. Из цельного дерева. Наверное, дорогой.
Не о том думаешь, Янина! Не о том…
Нужно что-то делать. Сидеть сложа руки не вариант. Она встала и направилась в сторону кухни.
Но развернулась на полпути. Почти бегом вернулась, схватила бокал, залпом допила вино, ощущая, как теплая волна растекается по телу.
Зря она, конечно…
Или нет?
Касьян стоял спиной к дверному проему, резал лук. Его спина была напряжена, плечи подняты.
– Что мне делать? – спросила Янина первое, что пришло на ум.
Надо было как-то себя обозначить.
Касьян обернулся. И этот его взгляд...
Он пробрал ее до костей.
– Картошку почистишь? – спросил он просто, едва ли не обыденно.
Она кивнула, слишком быстро, почти с облегчением.
– Конечно.
Он молча кивнул на пакет с картофелем. Подал нож. Они погрузились в молчаливую готовку. Скребок в ее руках ровно шкрябал по кожуре, его нож ровно стучал по разделочной доске, шипело масло на сковороде. Пахло луком, грибами и невысказанными словами.
Она против воли следила за Касьяном. Вроде бы и не хотела, а ее глаза снова и снова настырно возвращались к нему.
Красивый… Как хищник.
Почему она именно его так воспринимала?
Почему не могла относиться к нему ровно?
И то, что было у камина.
Это же безумие.
Янина пыталась анализировать произошедшее.
Испугалась ли она, когда Касьян на нее набросился?
Она только сейчас позволила себе задать этот вопрос. И когда…
Когда он рядом. Удивительно-поразительно. Двоякость ситуации била реальность.
  
С одной стороны, что получалось. Парень ее придавил к полу. Целовал. С другой, именно рядом с ним она чувствовала себя защищенной.