1924 год. Старовер

– Не за что. Вам куда? – спросил я.
Она назвала адрес.
– Ты слышал? – извозчик нервно кивнул головой. – Поехали!
– Развлекать пустым разговором не умею, Дарья Александровна, да и вам сейчас не до этого, так что помолчим дорогой, – обратился я к девушке.
– Помолчим, – согласилась она со мной.
Вот только молчать нам долго не пришлось. Вскоре нас догнала знакомая пролетка с бандитами, вынырнувшая из какого-то переулка. Не успели они поравняться с нами, как у меня в руке появился кольт. Бандиты не заметили моего движения, а все внимание девушки в этот момент было направлено на них.
– Стой, борода! – крикнул один из них.
Испуганный извозчик так резко натянул вожжи, что задрал голову лошади, которая негодующе заржала. Бандитская пролетка остановилась в нескольких метрах от нас.
– Боже, спаси и сохрани. Боже, спаси и сохрани, – негромко забормотал возчик, при этом было видно, что он крестится.
– Что, граждане и гражданки, не ждали? – усмехнулся один из бандитов.
Сразу отметил, что оружия в руках у них не было, а это значило, что они не видят в нас опасности.
«Теперь осталось дождаться их первого хода и действовать по обстановке», – подумал я, сжимая рукоять кольта.
– Не дрожите, граждане, ничего плохого вам не будет. Так, Бур? Мы чего к вам подъехали? Глядим, дамочка у вас скучает, вот мы и решили ее повеселить! Правда, парни?! – и бандиты все втроем весело засмеялись.
– У этой лярвы ничего так буфера! – неожиданно пробасил Брага.
– Хороши маркоташки, – подтвердил его слова Бур.
– Она не скучает, – сказал я примирительно. – А вы, господа хорошие, как ехали, так и езжайте дальше.
– Слышь, Бур, этот сморкач решил в благородного сыграть.
– Это он сейчас такой храбрый, а если его перышком пощекотать да квас клюквенный пустить…
С этими словами бандит засунул руку под пиджак, доставая револьвер. Я прекрасно понимал: если он его достанет, мои шансы на победу упадут до нуля, а этого нельзя было допустить.
– Ша! Хорош на понт брать, фраера! – с этими словами я направил на них кольт. Воровской жаргон и внезапно появившееся у меня в руке оружие заставило бандитов замереть на мгновение и удивленно вытаращить глаза. – Мне вас уделать вглухую что высморкаться!
– Залетный? – недоверчиво спросил Сыч. – Какой масти? Обзовись!
Тут я заметил шевеление Бура за его спиной и резко скомандовал:
– Какая падла дернется, валить буду сразу!
Стоило прозвучать этим словам в наступившей тишине, как следом щелкнул предохранитель моего кольта. Этот звук услышали все. Наступил момент, когда обратного хода нет, и теперь только от тебя зависит, будешь ты жить или умрешь. Наш извозчик вжал голову в плечи и пригнулся как можно ниже. Время словно замедлило ход. Бандиты еще только тянулись за оружием, я уже был готов нажать на спусковой крючок, как Сыч крикнул:
– Замерли все!
Бандит понял, что ситуация сложилась не в их пользу, а скорее всего, сообразил, что первый получит маслину в лоб, а жить ему, как и любому человеку, очень сильно хотелось.
– Не дергайся, Бур! Брага, трогай! – снова крикнул-приказал Сыч. – А с тобой, сука рваная, мы еще встретимся!
Стук копыт уже затих вдали, а мы все еще сидели – тихо, не шевелясь. Наконец нервное напряжение ослабило свою хватку, и меня внутри начало немного потряхивать.
– Слава тебе, боженька, – тихо заблажил извозчик, приходя в себя. – Не бросил своего раба божьего Михаила, заступился, спас, милосердный.
Дарья молчала, только сильно побледнела и тяжело дышала. Секунду поколебавшись, я спрятал кольт. Наезд (или как его можно было считать) бандитов выглядел, по крайней мере для меня, странным.
«Хотели попугать? Вряд ли, они же не дворовые хулиганы. Тогда что это было? Впрочем, сейчас не время гадать».
– Миша, хватит причитать, трогай давай, – поторопил я «водителя кобылы».
– Едем, господин, уже едем, – извозчик тронул вожжи.
– Спасибо вам, – повернулась ко мне девушка. – Я… Мы… Поверьте, мы не знали, что так получится. Это какое-то ужасное совпадение. Вы не должны были…
 
– Не надо лишних слов. Кстати, надо признать, что бандиты умело развели вашего приятеля Кочетова. Через вас хотели напугать его, если я все правильно понял.
– Володю трудно напугать. Он не за себя боялся, а за меня, – девушка нервно передернула плечами. – Как бы то ни было, я вам очень благодарна. Вы спасли…
– Не надо об этом. Договорились?
– Хорошо. А спросить вас можно?
– Вы кто по профессии?
– Всего понемногу. Редактор, корректор, пишбарышня.
– Но не репортер?
– Нет, – через секунду ее лицо осветилось слабой улыбкой. – Ах это! Я поняла! Нет-нет, не для газеты, мне просто самой интересно, что вы за человек.
– Начну с самого начала. У меня было голодное детство и пара старых деревянных игрушек…
– Не хотите говорить и не надо!
– Вы правы. Не хочу.
Какое-то время мы ехали молча, потом девушка не выдержала, спросила:
– Вы, случайно, не агент уголовного розыска?
– Откуда вы узнали? Да, я специальный агент под номером 007, выполняю специальные задания партии и правительства по уничтожению всяких разных врагов. Сейчас я на боевом задании…
– Все, хватит! Вы не агент, вы просто болтун!
– Ну, вот так сразу и болтун. Я, может…
– Мы приехали, барышня, – неожиданно раздался голос извозчика, и пролетка остановилась.
Быстро огляделся. Время было уже позднее, поэтому народа на улице не было, да и обстановка в городе, как я успел убедиться, не располагала гулять по ночам. Соскочил с пролетки, потом помог сойти Дарье Александровне, после чего, повернувшись к извозчику, протянул тому рубль.
– Держи, раб божий Михаил. Сдачи не надо.
– Премного благодарен, господин, – при этом в его голосе чувствовалась не просто формальная вежливость, но и нотка уважения. Возчик поклонился, после чего причмокнул и тронул вожжи. По брусчатке застучали лошадиные копыта.
– Вы почему не поехали дальше, Егор? Или вы рассчитывали на мою благодарность иного рода? Если так, то здесь вы ошиблись, – глаза девушки сердито сверкнули.
– Вот как не повезло! А я так рассчитывал, что вы меня домой пригласите, напоите чаем с домашними пирогами, – сказал я насмешливо. – Что, даже страстно не поцелуете меня за совершенный подвиг?!
– Вы невероятный человек! – девушка теперь уже с изумлением смотрела на меня. – Десять минут тому назад вы вступили в схватку с ворами и убийцами, а теперь насмешничаете. Как такое возможно?
– Если у меня получается так, значит, возможно.
– Вы там говорили на воровском языке…
– Кстати, эти неотесанные парни очень хорошо высказались о вашей груди, – я как бы невзначай скосил глаза на ее грудь.
Девушка вспыхнула, глаза ее гневно блеснули. Быстро сообразив, что перегнул палку, я решил закрыть тему.
– Не надо меня бить, я все понял. Чая не будет, страстных лобызаний не будет, – я скорчил грустную физиономию. – Давайте прощаться, а то мне завтра надо рано вставать, чтобы дать двойную выработку, иначе мне не дадут почетное звание «передовик производства».
– Как вы можете быть таким…
Несколько секунд она не могла найти подходящих слов, чем я воспользовался и спросил ее:
– Извините, а где тут можно найти извозчика?
Секунд десять она растерянно смотрела на меня, потом рукой указала направление:
– Пройдете до конца улицы, завернете направо, а там увидите бульвар. Они там часто попадаются.
– Благодарю, и всего вам хорошего.
– До свидания, – в голосе девушки чувствовалась растерянность видно, не так она представляла наше расставание.
Девушка была видная, в моем вкусе, но продлевать знакомство – значит влезать в непонятный мне конфликт с бандитами. Насколько я мог понять, Резаный стоит на уровне Терентия, а урки такого ранга очень не любят, когда кто-то подрывает их авторитет. С другой стороны, они могли действовать по своей инициативе, но на это слишком мало надежды. Конечно, можно прикрыться Терентием, но тогда мне придется отрабатывать долг. Это я сейчас птица вольная, а после этого придется стать ручным соколом, который бьет добычу по приказу хозяина. Не, мне такого не надо.