"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

  
Часть пятая
 
Гнездо Феникса IV
   
1
 
– Кратов, – произнес Дилайт ровным голосом. – Как вы тут очутились?
– Осуществляю ксенологическую поддержку, – ответил тот, улыбаясь. – С вами все в порядке?
– Он в своей стихии, – отметил Биссонет. – Даже не похудел.
– Здесь отменное питание, – уверил Дилайт, поднимаясь им навстречу из кресла – грубо сколоченного, обтянутого неряшливо выделанной кожей, но на вид вполне приспособленного к человеческим седалищам. – Меня обуревают противоречивые чувства. С одной стороны я, несомненно, рад вас видеть и даже готов обнять. С другой же, ничто сейчас так не свяжет мне руки, как ваше присутствие. И не столько ваше, сколько…
  
– Послушайте, вы, несчастный прагматик, – высокомерно прервал его Биссонет. – Пока вы прохлаждались под крылышком Осязающих Мрак, мы с коллегой Кратовым раскололи почти все здешние орешки.
– Прохлаждались! – сказал Дилайт негодующе. – Здесь круглосуточно никак не менее трехсот десяти градусов по Кельвину. Прибавьте сюда почти стопроцентную влажность. Чтоб вы в аду так прохлаждались, друг мой!
Командор миссии выглядел весьма необычно. Лохматый, поросший плотной рыжеватой бородой, что значительно усугубляло его сходство с капитаном пиратской шхуны. В мятых и перепачканных сажей серых брюках и тонком черном свитере – «конхобар» по причине духоты был снят и небрежно переброшен через спинку кресла.
– Хлев, – сказал Биссонет, брезгливо поводя носом. – Обезьянник. Как вы могли допустить, чтобы вас, посланцев великой цивилизации, разместили в таких гнусных условиях?!
– Откуда в вас, в профессионале высшей пробы, подобное чистоплюйство? – парировал Дилайт. – По местным понятиям мы пользуемся всеми мыслимыми благами, на какие могут претендовать лишь особы, приближенные к самому Алмазному Жезлу. Между прочим, когда я участвовал в контакте с арахноморфами Аэндора, мне доводилось отдыхать на ложе из специальным образом разжиженного паучьего гуано, что так же свидетельствовало о крайней степени уважения хозяев к высоким гостям…
– Если вам нравится спать в дерьме – ваше дело, – сказал Биссонет. – Но не вдавайтесь в подробности, если не хотите, чтобы меня стошнило на ваших глазах. Где здесь можно лечь ксеноэтологу с мировым именем, чтобы не угодить в гуано?
– Все углы этого номера-люкс к вашим услугам, – произнес Дилайт, делая широкий приглашающий жест.
Биссонет огляделся. Все обозримое пространство пещеры, исключая разве что потолок, было утыкано мягкими, хотя и слегка обтерханными, шкурами.
– Я хочу в кресло, – объявил Биссонет и, бесцеремонно отстранив командора, плюхнулся на кожаное сидение. Судя по негодующему кряхтению, ожидаемого удовольствия ему это не доставило.
Сквозь узкие оконные щели под самыми сводами пробивался слабый пепельный свет. Его лучи падали на грибообразную каменную тумбу, заваленную свитками. Кроме тумбы и кресла, иной мебели не наблюдалось. Кратов подошел к окну, привстал на цыпочки, выглянул. Ему удалось увидеть лишь чьи-то широко расставленные ноги – босые и довольно грязные.
– Охрана, – пояснил Дилайт. – Опасаются, что мы вдруг обратимся в змей и удерем через эти отдушины. Мы не связаны в наших передвижениях по дворцу, но за его пределы нас пока не выпускают.
– Вам сложно было сообщить о своем положении на корабль? – сварливо осведомился Биссонет.
– Первым долгом у нас отобрали браслеты, – сказал командор.
– У нас тоже, – заметил Кратов. – Поразительная неприязнь к средствам связи! Откуда им известно назначение браслетов?
– Только за последние десять лет я принужден буду сменить уже четырнадцатый личный браслет, – промолвил Дилайт. – Партнеры по контактам, особенно гуманоиды, питают к ним особое пристрастие. В данном случае, я лично демонстрировал Осязающим Мрак их действие в позапрошлой миссии. И хотя Аафемт на каждом шагу кичатся своим пренебрежением к накоплению знаний, это они запомнили.
– Где Джед и Хаим? – спросил Биссонет.
– Хаим беседует с Хрустальным Туманом. Это один из приставленных к нам жрецов. Вытянуть из него полезную информацию чрезвычайно трудно, однако Элул не теряет надежды. И кое в чем уже преуспел. Джед как военный атташе не отходит от него ни на шаг. Молча сидит в уголке и время от времени угрожающе зевает во всю розовую пасть. Что производит на жрецов определенное впечатление… Фогратора он лишился одновременно с браслетом, но батареи успел извлечь и даже растоптать. Так что с нами полный порядок… Но как долго вы намерены испытывать мое терпение?
– Я хочу одного, – сказал Биссонет. – Сидеть и ни о чем не думать. А еще лучше – попасть в свой кабинет. На этой… как ее?.. на Земле. За свой стол, в мягкое, черт возьми, кресло. Придвинуть поближе все наличные средства фиксации знаний и освободить мой бедный, беременный информацией мозг. Пусть Константин рассказывает, а я изредка буду вставлять реплики, идет?
Дилайт перевел взгляд с него на Кратова, потом обратно, с легким изумлением покачивая головой.
– Что за диво диковинное стряслось, что могло вас так сблизить, братец Лис и братец Кролик? – спросил он.
– Когда Татор и Вилга улетели… – начал было Кратов.
– Куда? – тут же остановил его Дилайт.
– Я отпустил Юрия, дабы он внес поправки в нашу модель, – сказал Биссонет. – У нас возникли кое-какие новые любопытные соображения. К сожалению, весьма неполные в свете того, что нам с коллегой Кратовым довелось узнать в ходе нашей вергилиады.
– А что же Аксютин?
Кратов и Биссонет переглянулись.
– Он улетел еще раньше, – сказал Кратов. – В тот же день, когда мы с вами расстались. Его обожгло огнем Серебряных Змей. Моя вина, я не сумел его удержать.
– Обожгло, – повторил Дилайт медленно. – Значит, они все же отважились преступить запрет. Ясно… – Он задумчиво поскреб пятерней в бороде, взгляд его на мгновение уплыл. – Так что там с моделью, Берт?
– Очевидно, мы поспешили с ней, – продолжал Биссонет. – Но в противном случае вряд ли Видящие Внутрь осмелились бы выйти на нас. Их отпугивал корабль, между тем как «иглу»…
– Вы что же, вступили в контакт с Видящими Внутрь?!
– Эта ваша «интеллектуальная элита», – произнес Биссонет с великолепным презрением. – Стадо суицидально озабоченных параноиков. Они проели мне всю плешь своим бредом. И если бы не наше желание во что бы то ни было увидеть Мерцальника…
– Так, – сказал командор. – Стало быть, еще и Мерцальник. Прекрасно… Я прошу прервать ваше повествование до прихода Хаима. Поскольку при повторе вы неизбежно упустите что-нибудь существенное.
– Это верно, – согласился Биссонет. – Замкните уста, Константин. А я пока подремлю.
Но подремать ему не удалось. Дверь из черного, пропитанного смолой дерева с жутким скрипом отворилась, и явились Элул и Джед.
– Вот что выясняется, Дин… – с порога провозгласил Элул и осекся.
Джед, страшно заревев, набросился на Кратова. Сгреб его в охапку, оторвал от пола, закружил.
– Я знал! – орал он. – Я сердцем чувствовал, что этот плоддер не угомонится и непременно разыщет нас даже у самого дьявола в заднице!
– Доктор Биссонет, – нежно протянул Хаим. – И вы здесь. Не мираж ли это? Позвольте мне вас потрогать.
– Еще чего! – фыркнул Биссонет. – Сначала вымойте лапы. И снимите эту дурную шерсть с физиономии. В ней вы похожи на Маркса, а я с детства испытывал идиосинкразию к социал-утопистам.
– Посмотрю я на вас через неделю, – сказал Хаим. – Когда привыкнете причесываться собственной пятерней и умываться собственным потом.
  
– Надеюсь, питаетесь вы здесь не собственными выделениями? – уточнил Биссонет.
– Не собственными, – уверил его Элул. – Отнюдь нет. Это я вам гарантирую.
– И я не намерен торчать здесь еще неделю!
– Что же вы намерены предпринять?
– Хаим, – вмешался Дилайт. – Эти двое вступили в контакт с Видящими Внутрь.
– Позвольте, – опешил тот. – Что значит – вступили в контакт?! Как они с ними изъяснялись – на языке мимики и жестов? Или чертили-таки пифагорово исподнее на песочке?