"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Одновременно я ощутил давление — хаотичные пси-разряды, подобные стене молний, сквозь которую пришлось прорываться. Иногда слабые, гаснущие в невидимой броне, иногда обжигающие, способные в доли такта раздробить психосферу. К счастью, последние цепляли лишь вскользь.
Несколько раз на какие-то мгновения я терял сознание — от обезумевшей, искаженной реальности не спасала даже серебристая сеть, — но все-таки находил силы двигаться дальше. Главное — не останавливаться. Не думать — делать. Поднять левую ногу, пронести вперед, опустить. Поднять правую…
  
И вдруг все закончилось. Туннель оборвался, и я оказался на краю мертвого черного кольца, окаймляющего неглубокий котлован. Скинул с плеча плазмер, перебросил найденный разрядник в левую руку.
Мысли обрели кристальную чистоту. Боль отступила. Белые струны были поблизости — я слышал хрустальное звучание, — но ни одна из них не проходила сквозь меня. Давление на психосферу тоже исчезло. Меня переполняла необычайная легкость, которую портил лишь едкий гнилостный запах-вибрация, источаемый отравленной землей.
Пять широких шагов. Прижатые к бедрам разрядники. Лежащие на спусковых клавишах пальцы. Я замер, не в силах сдвинуться с места. Странный паралич сковал тело, не давал сократиться ни одному мускулу.
Озеро. Стеклянное озеро. Одинокая фигура в неуклюжем красном скафандре. Руки сложены на груди. За спиной бьются огромные крылья, вырезанные из слепящей тьмы. Прозрачная маска не способна скрыть даже капелек пота, скользящих по испещренной морщинками коже.
— Аннигилятор тебя выдает, — весело проговорил элиноид. — В отличие от твоего плазмера на нем нет маскслоя.
— Наверное, мне следует восхититься твоим упорством. Несмотря на то что по-настоящему
 твоего,
 — элиноид выделил слово как ключевое, — в этом упорстве клиг наплакал. И все же ты здесь. Сомневаюсь, что даже Наблюдатели предполагали такое развитие событий. А умудриться обмануть Наблюдателей… достойно восхищения. И все-таки я не понимаю. Если эта штука под нами, — он топнул по застывшей тусклой глади, — действительно разумна, на кой бес она гнала тебя сюда? Неужели не понимала, что ни ты, ни весь ваш десант вместе взятые не способны меня остановить? Или дело в другом?
Элиноид замолчал. К мышцам понемногу возвращалась эластичность. Пока недостаточная, чтобы сбросить окаменение, но по крайней мере я вновь почувствовал тело.
— Я не понимаю, элианин. — Черные крылья поникли, потеряв форму, превратились в трепещущий кусок пустоты. — Твое появление здесь нельзя объяснить удачей или невероятным стечением обстоятельств. Оно было предопределено. Поэтому мы не пересеклись на Кие и Гарте. Поэтому ты ускользнул на Аури. Но в предопределенности должен быть смысл. Однако я по-прежнему его не вижу. Даже сейчас, достигнув предела… Зачем ты пришел, Итени Рин?
Элиноид опустил руки, чуть склонил голову набок, словно его вопрос предполагал ответ. Я пошевелил кончиками пальцев. Нажать на клавиши разрядников смогу, но надо скорректировать прицел. Совсем чуть-чуть…
По спине прошла теплая покалывающая волна, и я снова обрел способность двигаться. Непроизвольно качнулся, восстанавливая равновесие… и стиснутые пальцы поймали лишь пустоту. Между мной и элиноидом из ниоткуда возникла широкая черная ферия. Описала короткую дугу, едва не чиркнув по иллулиару, и тут же отпрянула, втянулась в пятно мрака. Я непроизвольно посмотрел на руки.
От разрядников остались огрызки. Рукояти обрублены до основания. Внешнее напыление перчаток также было сорвано, хотя разгерметизации не произошло.
— Ты не представляешь, как трудно удержаться от того, чтобы не смахнуть здорового мерзкого таракана из этой реальности… — Элиноид оскалился. — Ты убил Кэлеона. Ты столько раз пытался убить меня. Ты стал слугой этой твари. Ты даже не представляешь, насколько отвратительно выглядишь со стороны… — Он криво усмехнулся. За спиной во всю ширь распахнулись крылья. Сейчас они могли накрыть озеро целиком.
— Остановись. — Слова были чужими. Они рвались наружу, хотя я и не осознавал в полной мере их смысл. — Землянин, ты должен остановиться. Ты ошибаешься. Вы все ошибаетесь…
— …но знаешь, — элиноид словно не услышал сказанного, — твоя смерть и впрямь поставила бы точку. Подтвердила, что я тот, кем меня хотят видеть. Наверное, мне хочется доказать… Кому угодно! Пусть даже самому себе, что я способен не только разрушать. Что я не стал придатком к собственной Тени… — Он прервался, посмотрел на раскрытые ладони.
Будь у меня шанс, один из миллиона, да что там — один из миллиарда, я бы бросился на него, попытался сбить с ног… Шанса не было. Я знал это, и тягучее бессилие жгло и разъедало изнутри.
— Все-таки глупо получилось, — пробормотал элиноид. — В итоге я остался ни с чем. Без надежды на другой исход, без надежды на будущее. Большая власть предполагает большую ответственность, а абсолютная — предопределяет все твои действия… — Он снова посмотрел на меня. — Но, кажется, я могу сделать еще одну вещь.
Это и пси-атакой нельзя было назвать. Посланный разряд смял защиту, проник сквозь все выстроенные в сознании блоки. Меня вновь сковал паралич. Только на этот раз вместе с окаменением пришла боль.
Затрещали, лопаясь, мышцы. Неведомая сила медленно, хрящ за хрящом, выламывала из тела позвоночник. Вместо воздуха в легкие затек расплавленный металл. Я закричал, если бы мог, но ни горло, ни губы не повиновались.
Не знаю, сколько прошло времени, когда кровавая тьма, занявшая место в пустых глазницах, неожиданно сменилась светом. Я вновь увидел мир с необычайной четкостью. Боль не ушла, но сделалась терпимой. А затем я увидел себя. Вброшенный пси-пакет знания, смешав настоящее и прошлое, заставил за доли такта заново пережить события последнего арка. Заставил понять, что я делал и кем стал.
Я — Итени Рин, рожденный на Элии. Оперативник десятой категории. Сотрудник контроля. Ячейка конгломерата, называемого жизнеформой… Конгломерата… Я почувствовал острую абсурдность происходящего. Стыд, отвращение к самому себе. Я — желавший убить Айю. Я — готовый пожертвовать соотечественниками и даже всей Элией ради… чего? Цель, дорога, единение — белые струны превратились в пустые слова-воспоминания, не имеющие малейшего смысла.
— Что ты сделал? — Губы по-прежнему не шевелились, но необходимости задавать вопрос вслух не было. Элиноид читал мои мысли, хоть я и не чувствовал его прикосновений к психосфере.
— Отсек тебя от единой сети. Прижег проросшего внутри зародыша.
— Уничтожь… его. — Я нашел силы произнести просьбу вслух.
— Не выйдет. — Чужак мотнул головой. — Слияние слишком глубокое. Попытаюсь разделить — погибнете оба.
Он снова оскалился.
— Не переживай. Если мне удастся задуманное и ты каким-то чудом выберешься с планеты, личинка паразита лишится подпитки и со временем растворится в твоей личности. Ну а если не удастся… — Элиноид сделал неловкое движение плечами. — Через пару дней беседа покажется тебе просто дурным сном.
— С Айей ты поступил так же? — Каждый высвобожденный звук высушивал, раздирал горло, но я упрямо отказывался задавать вопросы мысленно.
— Нет, — после вязкой паузы ответил элиноид, и по интонации было понятно, каких усилий стоило признание. — Не ожидал, что она выживет. Но девочка оказался крепче, чем я думал. Второй раз… удивительно. — Он усмехнулся, затем вновь посерьезнел. — Уходи, элианин. Улетай, если успеешь. Пока тварь не поняла, что ты больше не слуга, пока этого не поняли твои подчиненные. Оттиск жизнеформы какое-то время послужит пропуском. Улетай.
  
— И что потом? — Вопрос был лишний, но я не мог его не задать.
— Не знаю. — На меня обрушилась пси-волна бездонной безнадежной тоски. — И Наблюдатели не знают. И Паразит. Так уж сложилось, что мне не дали возможность строить. Только разрушать. А потому все, что я смогу сделать, — расчистить площадку. Что на ней будет возведено, зависит только от вас. Уходи, элианин. Возвращайся в свой мир. — Последняя фраза была усилена пси-приказом, и я не стал, да и не смог бы сопротивляться. Просто повернулся и, до крови сжав губы, побрел по черной тропинке. Назад, к брошенному катеру — тонкой струнке, ведущей в наш мир.