"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Да, я уже этим занимаюсь, — кивнул генерал, — только боюсь, что зима слишком близко. Поэтому многие бароны на востоке узнают новость слишком поздно, чтобы успеть что-либо сделать.
— Оставьте это нам, — произнес Лашан.
Орел парил. Затаив дыхание, друзья наблюдали за птицей, превратившейся в небольшую точку в небе. Хотя этот орел и был волшебным, он обладал теми же повадками, что и настоящий. И сейчас он парил, высматривая добычу.
  
Птица сделала несколько взмахов и, поймав восходящий поток воздуха, поднялась выше. Круги, которые делал орел, ясно обозначали ту область, где воздух поднимался от разогретой за день земли.
— Что ты видишь? — тихо спросил Мугра у Даниэля, который вместе со всеми наблюдал за своим тотемом. Но делал он это как-то отстраненно, как будто находясь одновременно где-то в другом месте.
— Только ради этого стоило испортить себе руку, — зачарованно произнес рейнджер. — С высоты открывается такой вид! Надо будет попросить богов судьбы, чтобы дали мне тело птицы в моей следующей жизни. Я даже не знаю, как это описать. У него зрение, отличающееся от нашего. Даже с такой высоты я могу разглядеть мельчайшие детали на мили вокруг, если захочу. Лашан у меня за спиной опять чешет татуировку.
Рейнджер обернулся, успев заметить, как мечник одергивает руку от щиколотки, вокруг которой недавно обернулась рысь.
— Больше не буду, — хмуро заметил Лашан, — второй день уже, но все зудит и зудит.
Он был пятым, получившим тотем. Мышь у Кима, волк у Мугры, медведь у Грега, орел у Даниэля. Теперь к ним добавилась рысь, которую Лашан не раздумывая выбрал из предложенных ему зверей. Выбрал, вспомнив погибшего товарища и желая увековечить память о нем в своем тотеме.
— Исчез, — заметил маг, по-прежнему не отрывающий взгляд от неба, пока остальные смотрели на Лашана. — Около пяти минут. Совсем неплохо. В случае чего, за это время можно успеть осмотреть окрестности.
— Да, — кивнул Даниэль, глядя на свое запястье. — И осмотр показывает, что впереди около дороги отряд. Три мили, разбили лагерь. Думаю, это дозор, оставленный на всякий случай. Вряд ли они всерьез боятся осеннего наступления.
— Сколько? — тут же спросил Лашан.
— Два десятка.
— Пойдем, навестим. — Мечник начал подниматься с места.
— Мечи или магия? — тихо спросил Лашан, подобравшись поближе к Виктору. Тот не сразу осознал, о чем его спрашивает мечник, и недоуменно посмотрел на соратника.
Два десятка разбойников, которые сейчас стали не просто лихими людьми, промышляющими на дорогах, но представителями неизвестной враждебной силы, расположились на отдых неподалеку от того места, где прятался отряд. Впрочем, изменение статуса разбойников мало что меняло. В лесу, без армии позади и обозов прикрытия, которые могли охранять сдававшихся в плен… Судьба врагов была предрешена.
— Лучше мечи, — наконец сообразил маг, — если что, я помогу.
Лашан кивнул и выступил из тени, одновременно давая знак остальным. Большинство из бандитов даже не успело подняться со своих мест. Лишь немногие успели вытащить оружие. Ни один не сумел им воспользоваться.
— Банда, — почти осуждающе произнес Фантом, вырезая застрявшую в трупе стрелу, — Может, они теперь и во вражеской армии, но повадки обычных разбойников. О том, чтобы выставить караул, они даже и не подумали.
— Они не предполагали, что мы окажемся здесь в это время года. — Ким не собирался защищать опытность мертвых врагов, но его слова прозвучали именно как оправдание.
— Если не предполагали, то нечего было здесь топтаться, — парировал рейнджер, — нечего было таскать с собой оружие и изображать из себя воинов. Сидели бы в теплом кабаке и пили бы эль. Но если они вышли в лес, вышли с оружием, то должны были предполагать все что угодно. В том числе и возможное нападение. Я же говорю, разбойники. Умеют только мирных купцов щипать.
— Они мертвы, — коротко откликнулся Шатун, — возможно, что ты прав. Но они мертвы и не стоит порочить их в глазах Лодочника. Плохая примета, он может отказаться взять их с собой, и их души вечно будут скитаться на этом берегу. Думаю, такой участи нельзя желать никому.
Фантом промолчал, не вступая в спор, а затем тихо предложил:
— Давайте погребем их как положено. У нас для этого пока есть время.
Костер уже полыхал, когда Мугра заметил задумчивый взгляд мага, направленный куда-то в сторону леса.
— Ты чего? — толкнул Мугра друга.
Виктор вздрогнул и отвлекся от своих мыслей.
— Опять?! — угрожающе посмотрел он на Волка. — В кого тебя превратить?
— Да ладно тебе, — миролюбиво заметил Мугра, — интересно же. О чем задумался?
— Посмотри вон туда, чуть левее двух берез, растущих рядом. — Виктор указал на какую-то точку среди деревьев.
— Посмотрел, — через мгновение откликнулся Волк, — посмотрел, и что дальше?
— Видишь те кусты? Одна ветка оттопырилась, как будто рука, согнутая в локте, а листья наверху куста начали желтеть и похожи на седую голову.
— Ну-у, — неуверенно произнес Мугра, — очень отдаленно. Немного напоминает человека, спрятавшегося в кустах. Но спутать невозможно. Что тебя в этом так привлекло?
— Первый раз я взглянул на это место мельком. Просто глаза скользнули мимо. Я не вглядывался, поэтому не видел деталей. Но тут же посмотрел туда снова, потому что мне почудилось именно то, о чем ты сказал, — человек, прячущийся в кустах. Я сразу понял свою ошибку. А теперь вот думаю…
Маг замолчал надолго, снова осматривая злополучный куст и как будто что-то прикидывая.
— Эй, волшебник! — Второй раз Мугра толкнуть мага в бок не решился. — Мы вроде разговаривали, нет?
— Да-да, — вновь очнулся Виктор. — Так вот, теперь я думаю, как этим можно воспользоваться.
— «Этим» — это чем? — не понял Мугра.
— Иллюзией, — откликнулся маг. — Это куст как куст. Если внимательно к нему присмотреться, то совершенно обычный куст. Но если поглядеть на него мельком или в сумерках, то некоторые детали заставляют тебя увидеть вместо куста человека. Твое воображение само дорисовывает все остальное. Понимаешь?
— Понимаю, — кивнул Мугра, — понимаю, что иногда можно вот так обознаться. Но не понимаю, как ты можешь это использовать.
— Как же! — Маг возбужденно потер руки и схватился за посох, словно готовясь к заклинанию. — Магия иллюзий! Совершенно иной тип магии, полностью отличающийся от всех остальных. И полностью не доступный мне, потому что требует неимоверного количества знаний. Но при этом очень привлекательный из-за того, что для заклинаний иллюзий почти не нужна энергия.
— И чем тебе помогает этот куст?
— Я начинаю понимать, как можно без особых трудов создавать простые иллюзии. Смотри, природа сделала все за меня, я только добавлю несколько штрихов…
Виктор раскрыл ладонь и протянул ее в сторону куста. Ветка-«рука» слегка зашевелилась, и в ее иллюзорной ладони что-то блеснуло, что Мугра легко мог принять за оружие. Листья, изображавшие волосы, немного прижались друг к другу, делая сходство с покрытой сединой головой более сильным. Мугра сморгнул, и все возвратилось на прежнее место.
— Да-а… — протянул Волк, — если бы было немного темнее… Через полчаса, перед самым наступлением темноты, я бы поднял тревогу, решив, что кто-то готовится на нас напасть.
Виктор кивнул.
— Этим надо будет позаниматься, — сказал он задумчиво, глядя на куст и слегка шевеля пальцами, как будто переделывая его в человеческую фигуру.
Вечнозеленые сосны почти не гнулись под напором недружелюбного южного ветра. Моряки называли этот ветер «харрай», причем это имя южный ветер мог носить только глубокой осенью, когда он приобретал особый, склочный и порывистый норов. В такие дни, как этот, ни один капитан не стал бы выводить судно из южных портов — слишком высок был шанс, что команда не справится с управлением и судно разобьется о прибрежные скалы.