"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Да, еще одна странность. На месте происшествия побывали и биологи, и телепаты. Когда обследовали окрестности, обнаружилось, что пси-деформация ввергла в безумие не всех ари. По грубой оценке — процентов двадцать стаи устояло. У кого-то порог чувствительности был пониже, кто-то облюбовал местечко вдали от эпицентра. Так вот, из этих двадцати процентов почти стотысячной стаи уцелело лишь несколько сотен особей. Остальных разорвали сошедшие с ума собратья — крошками весь лес усыпан. И это при том, что ари неагрессивны и к самоедству не склонны. А тут повальное убийство… И как безумцы отличали нормальных особей от себе подобных — непонятно. Пси-структуры по предварительному заключению специалистов у них практически идентичны.
  
По окончанию рассказа Айя словно в ступор впала. Долго, не меньше такта, смотрела на меня, потом еще раз пролистала стереозаписи.
— Не знаю. Ничего не смогу подсказать. Странно это, Итени. Кусочки похожи на отдельные феномены, но вместе… Не понимаю, как свести их вместе. И чем вызвана так называемая, — легкая насмешка, — деформация пси-поля? Странно. Но, — она отставила сенсорную панель аналитмодуля и повернулась ко мне, — оставим это. Я пришла проинформировать, что ты включен в состав исследовательской группы планеты Аури. С вводной, — на стол легла пластинка информ-носителя, — ознакомься как можно быстрее. Когда закончишь, подходи в мой кабинет, обсудим детали. Тогда же получишь полный пакет данных.
И еще — подумай, кого взять с собой. Нужно четыре-пять звеньев оперативников — больше не дадут. Категория не ниже седьмой, обязательно сработавшихся. Выбирай из внешней разведки и местных силовиков. Из наших в самом крайнем случае: мне не хочется ослаблять Контроль. Особенно сейчас. Все. Буду ждать резюме. — Айя поднялась и, послав на прощание совсем уж малопонятную эмоциональную волну, вышла из кабинета.
Обзорные экраны заполнила ночь. Сигнальные огни комплекса и подсветка посадочного поля космодрома окончательно растаяли несколько тактов назад. Казалось, флаер застыл, безнадежно завяз в бескрайней топи тьмы. Время тоже застыло, превратилось в пустые цифры на экранчике иллулиара.
Я сгорбился в узком противоперегрузочном кресле и разглядывал тонкую сухую веточку, втиснувшуюся между магнитными пластинками подошвы и теперь робко выглядывающую из-под пыльного темно-зеленого ботинка. В отсеке царила тишина. Судя по вялому течению психосфер, члены команды занимались самоанализом. Лишь изредка то по одной, то по другой пси-оболочке пробегали искорки — попытка бегло оценить состояние остальных. Убедившись, что безмолвное тягостное ожидание наложило печать на всех, энтузиаст затихал и вновь погружался в собственные мысли. Бесконечный круг, который при желании можно разорвать одной-единственной фразой.
Однако желания не было. Обсуждать грядущую операцию не хотелось. Потому я молча разглядывал сухую веточку, безуспешно пытаясь понять, зачем Айе понадобилась эта экспедиция.
О цели меня уведомили за три десятка тактов до взлета. После чего два из них я потратил на решение поставленной задачи: составить оперативно-тактическую триаду для оказания силовой поддержки в случае необходимости. Кроме оперативников, в состав группы вошли трое ученых, триада телепатов и Айя — «для осуществления общего руководства». И ни одного аналитика.
Возможно, стороннему наблюдателю состав показался бы сбалансированным (хотя как объяснить отсутствие аналитгруппы?). Но на практике подобный баланс означал либо отсутствие четких задач, либо полную неопределенность, незнание того, с чем предстоит столкнуться.
По-видимому, в этот раз имели место оба обстоятельства. Правда, вполне объяснимые, учитывая, куда мы направлялись.
Пунктом назначения была почка. Та самая почка, которая, по словам Айи, устроила землетрясение, разрушившее исследовательский комплекс. Та самая почка, рядом с которой пропала группа ученых. Срочность вылета и малочисленность группы удивляли. Вдвойне странными были выданные инструкции, по сути, сводящиеся к сопровождению телепатов и ученых. Почему-то мне казалось, что у триады схожий приказ. В нашей разнородной компании троица научников выглядела наиболее естественно, но вот какую цель преследовала Айя? И не являлись ли ученые таким же придатком, как и мы? Только с иной ролью: консультантов и по совместительству ходячей библиотеки…
Флаер начал плавно снижаться. Бушевавший несколько дней шторм за прошедшие сутки растерял задор и бессмысленную мощь. Нет, ветер не стих, и беспросветный ливень по-прежнему сек интерметаллидный корпус, но теперь это было лишь эхо, отголосок вчерашнего разрушительного безумства.
Зоны погодных аномалий облепили Аури бесформенными нашлепками. Проще было указать регионы относительной стабильности, нежели перечислить районы непрогнозируемых метеоявлений. Научники исследовали этот феномен с момента основания поселения. Однако ни классические модели, ни неожиданные конструкции вроде попыток связать местоположение аномалий и почек объяснить капризы погоды не смогли.
Флаер прекратил снижение, заложил вираж и замер. Темноту рассекла широкая ферия света. Я уставился в обзорный экран.
Под нами расстилалось выбеленное прожектором мутное неспокойное озеро. Безобразная кривая пасть, попытавшаяся вчера проглотить здание, полностью скрылась под водой. Сам комплекс, вернее, то, что от него осталось, выглядывал жалким истрепанным островком. Тускло поблескивала вывороченная опорная колонна.
Столб света медленно, словно боясь причинить боль неосторожным касанием, заскользил по изломанному телу здания. Затем флаер дернулся и по короткой глиссаде пошел вниз. Завис у самой воды. Осторожно приблизился к искалеченному комплексу и наконец плюхнулся в грязную глинистую жижу.
— С прибытием. — Особой радости в голосе пилота не было. Вчера он в подробностях наблюдал, как стихия равнодушно увечит комплекс, и возвращение на место катастрофы настроения не поднимало.
Изображение на обзорных экранах сменилось. Картинка с внешних камер уступила место серии снимков подводной части здания. Судя по легкой размытости, съемка велась в ультразвуке, пока флаер кружил над разрушенным комплексом. После настал черед модели, выстроенной на основе информации с широкодиапазонных сканеров. Достоверность модели была, очевидно, не стопроцентная, часть реконструкции — сплошные темные пятна, но ключевой фрагмент виден четко.
— Пойдем здесь, — чуть суховато проговорила Айя. На экране появилась светло-зеленая змейка. Заползла в реконструкцию и шустро заскользила, рисуя маршрут. — В надводной части путь чист. В подводной, — змейка сжалась и нырнула в затопленную часть комплекса, — предстоит преодолеть завалы здесь и здесь. — Змейка ткнулась в два черных пятна. — Первый легко обойти справа: прорежем стену и сделаем небольшой крюк, со вторым придется повозиться. Дальше просто. — Змейка двинулась по светлому туннелю и уперлась в большой пузырь. — Вскрываем дверь и попадаем в транспортный отсек. Лифтовая шахта, ведущая к почке, осталась почти неповрежденной. Во всяком случае, спуститься сможем. Дальше по обстоятельствам. Вопросы?
Как ни странно, серьезных затруднений не возникло. Если не считать стотактовую возню со вторым завалом. Но даже там работа была не столько сложная, сколько кропотливая.
Флаер вплотную подплыл к торчащей из воды колонне. Перебраться на нее большого труда не составило: использовали апробированные днем ранее гарпуны. Марш-бросок также не доставил хлопот. Иллулиар обеспечивал хорошее сцепление с мокрой поверхностью, а диаметр колонны был достаточно велик. Так что до широкого проема, обнаруженного еще с флаера, добрались быстро — даже научники продвижение не замедлили. А вот внутри здания скорость упала. Роль пола здесь исполняли стены, идущие под углом градусов в тридцать. Развороченные, с провалами, ведущими в полости, — все, что осталось от смятых комнат.
  
Вскоре вода поднялась до груди, потом накрыла с головой — и стало чуть легче. Риск провалиться сошел на нет, и движение если не ускорилось, то по крайней мере стало размереннее. Правда, зона видимости сократилась до минимума: мешала глинистая взвесь.