"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– И что тебе поможет покинуть станцию без нашего на то согласия?
Инопланетник снова посмотрел на меня. Вспышка раздражения, издевка.
– А вы сами не догадываетесь? Мне казалось, пилить сук, на котором сидишь, не очень разумно. Особенно ради моей скромной персоны. – Несмотря на психосканирование, я опять уловил лишь общий смысл сказанного.
– О ком ты говоришь? Радориане не знают, где мы. Да и если бы знали, никогда бы не выступили против нас открыто. Даже ради тебя. – В конце концов, не одному чужаку вкраплять шутки в речь.
– Да пошел ты. – Инопланетник закрыл глаза.
Я некоторое время смотрел на чужака, размышляя, стоит ли продолжать разговор. С одной стороны, что-то вытянуть из него было можно. С другой – я все-таки не был ни специалистом по допросам, ни ксенопсихологом, а сотрудничать пленник очевидно не желал. Более того, я не мог избавиться от ощущения, что за словами инопланентника стоит нечто, чего я не понимаю.
Касание психосферы не выстроило точной картины чужого пси-поля. Столь быстро прощупать незнакомца, особенно инопланетника, – привилегия сильнейших сенсов. Однако у меня создалось впечатление, что чужак говорил искренне. И несмотря на всю внешнюю неадекватность произнесенного… Не понимаю! Не мог оперативник его уровня не осознавать ситуацию, в которой оказался!
Как бы то ни было, надо привлекать спецов. В сочетании с телепатами шанс разобраться в мотивах чужака и навязать ему сотрудничество довольно велик.
И потом, я был почти уверен, что попытайся мы силой подключиться к его психосфере, инопланетник действительно закапсулирует сознание. Подобная техника существует давно, и даже радорианам удалось разработать некий, пусть и более примитивный, аналог.
Пси-капусляция – крайняя мера. Процесс частично разрушал сознание капсулируемого. Кроме того, при глубоком внутреннем погружении многие оставались в коме навсегда.
Тем не менее этот прием радорианскими агентами использовался, и если инопланетника обучали они…
В любом случае в нашей команде не было телепатов, способных при экстренных обстоятельствах противостоять чужаку или пробиться через корку замороженного сознания.
Да и большой спешки не намечалось. Корабли с Элии должны появиться в течение нескольких дней, а дальше чужаком займется разведка с их традиционно сильным отделом телепатов и Контроль.
– Я ухожу. Если решишь поговорить со мной, скажи это вслух – мне сообщат. Комната постоянно сканируется. Рост пси-активности с твоей стороны будет расценен как попытка агрессии – получишь разряд подавителя. Любые попытки освободиться будут расценены так же. Подумай.
Инопланетник не ответил, да этого и не требовалось. Крышка капсулы скользнула на место, замигал огонек блокировки. Еще несколько мгновений я смотрел на неподвижное тело чужака, а затем вышел из медблока.
Часть третья
ПРАВО НА ВМЕШАТЕЛЬСТВО
Глава 1
Кэлеон Рат Канги
– Время до выхода из тени… Выход… Нас засекли.
Дорт – координатор крейсера, на борту которого мы находились, – являл собой нелепое сочетание полной сосредоточенности и отсутствия всякой озабоченности. Другого я бы одернул, но в случае Дорта это выглядело бы глупо. Он был старше меня, звание координатора получил раньше. На общем тестировании два арка назад выдал седьмой показатель среди всего активного состава радорианского флота. В своей категории я не входил и во вторую десятку. То, что мне не нравилась манера его поведения, становилось моей проблемой…
Операция на Эроне вышла из-под контроля слишком быстро. Затянувшийся штурм главного исследовательского комплекса, потеря четырех телепатов поддержки, непредвиденные трудности, попытка забрать образцы… Оказалось, это было лишь началом.
Сообщение с оранжевым кодом сети информподдержки: «На Эроне действует элианское спецподразделение внешней разведки. Предположительная цель – перехват группы один-один. Последние сведения о дислокации…»
Землянин! Откуда они узнали о его присутствии на Эроне? Почему решились на перехват?!
Попытка экстренной эвакуации провалилась: элиане начали первыми, не побоялись устроить бой в городе на территории Дзорта.
Землянина пленили. Тарр погиб. По предварительной оценке – фрагментарное разрушение сознания, следствие прямой пси-атаки.
Воссоздавать картину сражения в деталях не было времени. Единственное, что было понятно сразу: бой шел на большой площади, и быстро взять землянина не удалось.
Почему элианская команда пси-подавления просто не выбила его сознание – не ясно: у группы захвата была сильная психоподдержка.
И снова наша местная информационная сеть сумела зацепиться за элиан. Вычислить временную базу – институт биотехнологий.
К операции удалось привлечь службу безопасности Дзорта. Не знаю, каких усилий и жертв это потребовало. Мы следовали за дзортианским флаерами, собираясь, если потребуется, вмешаться на последнем этапе – физическом уничтожении противника. И вновь опоздали.
Элианский институт оказал сопротивление. Непредвиденное, самоубийственное с тактической точки зрения и фактически официально ставящее Элию в положение агрессора.
Нам пришлось вмешаться.
Четыре боевых флаера – более чем достаточная ударная сила. Автоматическую защиту элианского центра смяли за десятую такта. Высадка. Зачистка. Найти беглецов не удалось. Опять агентура: «Орбитальная активность – элианский крейсер корректирует траекторию». Вынужденный рывок к ближайшему элианскому космопорту как наиболее вероятной точке старта.
Где-то на середине пути сканеры засекли противника. Но, несмотря на преимущество в скорости, мы не успевали. Единственной возможностью не дать элианам уйти оставалась атака орбитального транспортника на взлете. Меня не беспокоила гибель землянина: враг понес бы куда более ощутимые потери. Но нам запретили.
Вновь оранжевый код. На этот раз прямая директива координационного центра и… Корректоров. Приоритетной задачей обозначено спасение захваченных членов команды. Землянина.
Старт следом за элианами. Стыковка с крейсером «Стер», ранее доставившим нас на Эрон. Еще один прямой приказ: атаковать элианский корабль. Вывести из строя, но не уничтожить…
– Сейчас оценим, на что ты способен. – Дорт говорил в пустоту и скорее по привычке. Вряд ли даже отдавал себе отчет. Руки расслабленно лежат на коленях. Глаза закрыты. Слияние с кораблем полностью блокировало внешние ощущения.
Я находился в соседнем отсеке вместе с координаторами звеньев. Стереограмма транслировала изображение из главной рубки.
Дорт снова пробормотал что-то неразборчивое. Когда ему сообщили, что корабль противника надо обездвижить, не ставя под угрозу жизнь находящихся на нем существ, он долго молчал, массируя светлую, почти красную кожу на затылке. Потом сказал, что рассчитывать на успех можно лишь в случае, если координатор чужого крейсера – дурак, считающий элианскую школу подготовки лучшей. Пояснять мысль Дорт не стал.
Расстояние между кораблями сокращалось. «Стер» продолжал разгон, используя гравитационное поле Эрона как ледяную горку.
– Вот как? – отчетливо, с ноткой удивления проговорил Дорт. – Куда уходишь? Не хватит скорости. Спешишь… В прыжок?!
Сидящий позади меня Реттор выругался:
– Они все рассчитали. Всю операцию. Наверняка этот крейсер уже настроился на точку выхода. Уйдут.
– Нет. Не так просто. – Терк, координатор одного из звеньев, указал на темную малиновую линию. Высвеченная на стереограмме траектория элианского крейсера гнулась, искривлялась все сильнее. – Если бы они могли переместиться – переместились бы сразу, а они пытаются выиграть время. Для нас не все потеряно.
Спустя несколько тактов ситуация окончательно определилась: элиане решили принять бой.
Корабли ткали сложную паутину. Иную, далекую от той, что приходится плести оперативнику во время схватки, но не менее завораживающую. В какой-то момент показалось, что я прочитал на лице Дорта довольство, затем его исказила гримаса. Координатор «Стера» пробурчал что-то себе под нос, а буквально через четверть такта элианский крейсер исчез с экрана радара.