Семь лет одиночества. Принцесса Малейн (СИ)

Он не сразу ее заметил и вздрогнул, когда повернулся.
— Принцесса Малейн, — учтиво поклонился ей он. — А ты разве не должна лечиться?
Малейн закатила глаза.
— Меня исцелила могущественная королева, я уже достаточно здорова.
Роберт несколько раз удивленно моргнул.
— Эм… прекрасная новость. Могу я чем-нибудь помочь?
Малейн замялась. Ей вдруг стало ужасно неловко, и от смущения скрутило живот. Она посмотрела Роберту в глаза, потом в пол, потом снова в глаза, и не знала, с чего начать. Захотелось сию секунду развернуться на пятках и маршировать обратно в свои покои.
Но нет. Что за глупости? Вокруг нее нет воды, ее не трясет от холода… Реке она не поддалась, и страху тоже поддаваться не будет. Или что, Роберт зря ее спасал?
— Я… эм… А ты любишь змей? — спросила Малейн у принца.
Его глаза расшились от изумления, а потом он тихо рассмеялся.
— Не знаю, если честно. Никогда об этом не думал. А почему ты спрашиваешь?
— Да так… Нет причины.
Роберт взглянул на небольшой холщовый мешочек, свисавший с ее запястья.
— А может, причина там? — он расплылся в улыбке. — Поэтому оно шевелится?
Малейн затаила дыхание. Ее руки похолодели от ужаса. Она медленно опустила взгляд на мешочек. Внутри него действительно что-то корчилось и извивалось.
Принцесса взвизгнула. Мешочек упал. Шнурок ослаб и наружу выползла небольшая змея, зеленая и противная. Она мгновенно скользнула под стол, покрытый дамасской тканью, и тут же стала гостьей бала.
Малейн глотала ртом воздух, вне себя от ужаса и возмущения.
— Тэдди… — яростно прошептала она. — Он не сказал, что будет так!
С ее губ почти сорвались первые в жизни ругательства, но она услышала смех.
Роберт хохотал так сильно, что сложился пополам, обхватив живот одной рукой. Второй он пытался утереть слезы.
У Малейн тоже защипало в глазах, но вовсе не от смеха. Ее захлестнули неловкость и обида. Никогда еще она не чувствовала себя настолько глупой. Принцесса сделала два шага назад, готовясь нестись к двери, но принц вытянул руку и покачал головой.
— Стой, — выдавил Роберт сквозь смех. — Не уходи.
Он выпрямился, глубоко вздохнул и достал из камзола платок, чтобы вытереть лицо. Больше не бледное — теперь его щеки пылали.
— Не обижайся, — сказал он, — я не над тобой смеюсь. Просто всё это… — он махнул рукой в ту сторону, в которую уползла змея и хохотнул. — Ты мне нравишься.
Малейн нахмурилась.
— Как-то не похоже на повод для веселья.
— Ты забавная. Не похожая на остальных девчонок.
Принцесса не была уверена, что это комплимент, но решила не уточнять.
— Я только… — пробормотала Малейн. — Я хотела поблагодарить тебя. За то, что спас мне жизнь.
Она уставилась на носки своих сатиновых туфель.
— Спасибо тебе большое, — прошептала она.
— Я рад, что спас тебя. Кажется, в будущем нам с тобой будет весело.
— В будущем? — ахнула Малейн. — Так значит мы… Мы можем быть друзьями?
Принц поднял с пола холщовый мешочек и вложил его ей в руку. А потом улыбнулся. И Малейн стало так тепло от этой улыбки, что все страхи вмиг улетучились, а неловкость прошла. «Ему стоит почаще улыбаться», — подумала принцесса. Улыбка сделала Роберта красивее.
— Думаю, что да, — сказал он. — Мы можем быть друзьями.
— Ваше Высочество, — прервал их мужской голос. Они одновременно обернулись и увидели слугу, который обращался к принцу. — Его Величество вас ждет. Мы скоро отъезжаем.
— Спасибо, Грегори, сейчас приду, — кивнул Роберт.
Затем он снова повернулся к Малейн.
— В Эшленде бал через два месяца, устраивает старшая кузина Николаса. Увидимся там?
Увы, Малейн не знала, отправит ли Брион в Эшленд представительство. Дядя не любил балы, а собственные летние фестивали устраивал лишь ради соблюдения вековых традиций.
— Надеюсь, что увидимся, — застенчиво ответила Малейн.
— Тогда до следующего раза, — Роберт поклонился и еще раз улыбнулся. — Буду ждать тебя, друг.
Первое письмо
Ее королевскому Высочеству принцессе Малейн Брионской
Надеюсь, ты в добром здравии и прочтешь это письмо в лучшем состоянии, чем было, когда мы попрощались. Жаль, что так и не увиделись на Эшлендском балу.
 
Я не привык писать письма, так что заранее прошу прощения, если это послание покажется тебе глупым. Впрочем, такое оно и есть.
Ты, наверное, задашься вопросом, зачем я вообще тебе пишу, ведь с нашей последней встречи прошло всего четыре месяца. Дело в том, что матушка недавно обнаружила письмо, которое я писал принцу Анри. Она была страшно возмущена тем, какое оно короткое и поручила мне писать больше писем, чтобы оттачивать свои навыки. Она считает, что приличное письмо должно занимать не менее двух страниц, но я так и не понял, зачем так много.
Увы, Анри, Николас и другие мои друзья тоже не любители длинной прозы. И я подумал, вдруг ты будешь не против обмениваться со мной письмами? Ты, кажется, знаешь о развлечениях больше, чем все девочки, с которыми я знаком. Я предположил, что тебе не составит труда сделать свои письма интересными.
Я не хочу говорить плохо обо всех девочках на свете, но, если честно, я не знаю, о чем с ними говорить. Однажды я получил письмо от леди Сибиллы (ты, наверное, плохо ее запомнила — она в основном общалась со старшими. Радуйся, если не запомнила), и она приглашала меня на бал в честь своего дня рождения. К счастью, я не смог приехать. Но потом она написала мне три страницы мелким шрифтом, подробно рассказав о бале и обо всем, что я пропустил.
И хотя я рад, что ей понравился тот вечер, мне совсем не хотелось знать цвет платья каждой гостьи.
Иными словами, я не хочу обмениваться письмами о вечерних платьях.
Если ты разрешишь мне писать тебе, чтобы матушка оставила меня в покое, я обещаю стоять с тобой рядом весь следующий фестиваль, чтобы ты снова не свалилась в воду.
Только, пожалуйста, пусть это будут письма не в стиле леди Сибиллы. Умоляю.
Что ж. Я растянул это письмо на полторы страницы, используя самые размашистые петли. Надеюсь, матушку это удовлетворит.
С благодарностью, принц Роберт из Эльбы
Второе письмо
Его королевскому Высочеству принцу Роберту из Эльбы
Благодарю за беспокойство, мне уже гораздо лучше, чем было, когда мы попрощались. Еще раз спасибо тебе за то, что спас мне жизнь.
К сожалению, дядя Персиваль мной страшно недоволен (не удивительно). Он говорит, что только глупые и бестолковые девчонки падают в ручьи и плавают там до состояния полуутоплениц. Как я и боялась, он запретил мне играть с другими детьми и не позволил посетить Эшлендский бал, хотя я очень туда хотела и ждала нашей с тобой встречи. Надеюсь, тебе там всё понравилось.
Впрочем, дядя обещал на следующем летнем фестивале приковать меня к буфету, а значит, у меня будет шанс пообщаться с теми, кто решит там поесть. Надеюсь, хоть кто-нибудь будет голоден и составит мне компанию, и буду счастлива, если это будешь ты.
И я буду рада обмениваться с тобой письмами! У меня никогда раньше не было друга. Очень сложно найти такого друга, которого одобрил бы дядя. Нет, конечно, есть Тэдди Тейт, который работает у нас на конюшнях, а еще Челси, дочь швеи, но дядя не разрешает мне с ними играть. По крайней мере не там, где он может увидеть наши игры. Он говорит, что они ниже меня, хотя это странно, ведь они оба выше меня почти на полголовы, но когда я на это указала, дядя только разозлился и сказал, что имел в виду не рост.
Я должна у тебя кое-что спросить. Ты правда не возражаешь, что я из Бриона? Моему дяде не нравится твое королевство, и он говорил, что твоему отцу не нравимся мы. Люди из моей страны, я имею в виду. Хотя я не понимаю, почему? Я что-то сделала не так? Ты не мог бы узнать у своего отца, как мне вернуть его расположение и исправить ошибку? Дядя Персиваль толком не объясняет, увы. Он мне только твердит, что однажды я займу трон, но сейчас моя главная задача — остаться в живых и научиться быть леди, а остальное — не моего ума дело.