Выбор (СИ)

Больше всего меня шокировало другое. У отца был счёт в банке, где были тысячи и тысячи долларов. Глен сказал, что всё его счета проверят и, если там найдутся чистые деньги, то нам их вернут. Ну а если это всё деньги с подпольного бизнеса, то их конфискуют. Поэтому моему отцу грозил реальный срок. Нас ждут ещё походы в полицейский участок и суд. Но начало положено. Отцу можно выйти под залог, но денег-то нет. А даже если и были бы, его никто не собирался спасать из клетки.
Если честно, то я испытывала по этому поводу вполне конкретное чувство — облегчение. Я реально выдохнула и расслабилась. Всё закончилось. Благодаря тому, что я начала драться и кусаться, всё прекратилось. Благодаря Трэвису я вовремя сообразила, что так дальше не могло продолжаться.
Кстати, Глен нашел того врача и взял у неё показания. Она подтвердила, что видела синяки на моём теле и в этом году и полтора года назад.
Помимо этого Трэвис, кажется, ещё раз напал на моего отца… На следующий день после наших признаний, он отлучился на час, а вернулся с вновь сбитыми костяшками. Поскольку отца я больше пока не видела, то оставалось только догадываться, что случилось. На мои вопросы он ответил: «Есть мудаки, выбор которых мне не по душе. Есть ублюдки, которые не заслуживают снисхождения и понимания. Есть звери, которые просто должны сидеть в клетке». А потом он отвёз меня в больницу, где мне выписали кучу всяких лекарств и витаминов, поэтому я стремительно приходила в себя и восстанавливалась. Синяки постепенно проходили, во всяком случае целоваться я уже могла. Чаще смеялась или просто улыбалась.
Сейчас я училась жить по-новому. Училась общаться и открываться. Заводить друзей и не бояться людей. А когда рядом такой уверенный в себе парень с широкой спиной, то тревожиться было не о чем. Я была под надёжным крылом.
Единственное, что во мне осталось неизменным — это моя капля гордости, которая толкала меня к независимости и решительности. Трэвис хотел, чтобы я всё лето провела с ним безвылазно. Но я настояла, что пойду работать с детьми, как и хотела. Тогда он заявил, что жить я буду с ним. Тут я не перечила.
Было жутко непривычно теперь засыпать в крепких объятиях этого синеглазого совершенно неопасного для меня парня. Мы отлипали друг от друга только для сдачи экзаменов. Ну и ещё Трэвис давал мне поспать, говоря, что я должна полностью восстановиться и вот тогда… он не даст мне спать.
Ещё он очень любил кормить меня, а мне нравилось подкармливать его. Мы с ним вдвоём упоенно принялись изучать мир отношений. Пока полёт нормальный. Хотя что можно было сказать за неделю?! Но определённо мне всё нравилось. Вчера мы вместе ездили на гонку, где, разумеется, Трэвис выиграл. Кстати, там мы встретили Марка. Увидев, как Трэвис целует меня на глазах у изумленной публики, он ушел. Пешком.
— Волчонок, ты меня вообще слушаешь? — вырвал из моих мыслей низкий голос Трэвиса. Моргнув, подняла на него голову. — Опять что-то пишешь, да? — улыбнулся он, вытираясь полотенцем. На его бёдрах висело ещё одно полотенце, под которым я видела, что он явно хотел продолжения. Мы полдня уже не вылезали из постели. Кивнула ему. — Ты же знаешь, что со мной можешь обсудить всё на свете? — подошёл ко мне и, нагнувшись и уперев руки по бокам от моих ног, потянулся к моим губам.
— Знаю. Просто привычка — вторая натура. Я половину жизни вела дневник. Даже до смерти Джуди. Тебя это смущает? — улыбнулась в его губы.
— М-м-м… Нет… Меня смущает только то, что мы сейчас должны выйти отсюда, а я безумно хочу тебя, — прошептал, задевая мои губы. — Кстати, ты спрашивала, что за сюрприз тебя ждёт. Так вот, помнишь я обставил этого ушлёпка и забрал его тачку? — стрельнул в меня своими пронзительно синими глазами. Я кивнула. — Я продал её. А деньги перечислил на твой счёт. Распоряжайся ими, как посчитаешь нужным. И пока ты не начала возмущаться, показывая мне свою гордость, скажу: назад их не возьму. Вариант «отдать тем, кому они нужнее» тоже не рассматриваю. Это скромный подарок от меня. Помимо того, что лежит в тумбочке. И пока ты словно под гипнозом от моих глаз, скажу, что на работу ты выйдешь на пару недель позже, — поцеловал меня в губы, что я даже не успела и слова сказать.
 
— Открой ящик и посмотри, что тебя там ждёт, — немного отстранившись, дал мне возможность утолить моё любопытство.
Но взглядом всё-таки дала понять, что ему это так просто с рук не сойдёт.
Открыв его, увидела конверт, внутри которого была брошюра отеля в Майами. Я непонимающе посмотрела на Трэвиса.
— Что скажешь, Волчонок? Мы вдвоём, в нашем теперь уже общем убежище, сбежим ото всех на пару недель? Это конечный пункт нашего путешествия, но маршрут придумываешь ты. Я весь к твоим услугам, — вновь придвинулся, смотря на меня с такой любовью.
Он даже не спросил меня, смогу ли я поехать! У меня работа должна была начаться! Внутри меня вновь разгорался пожар от негодования и… радости. Так странно… Но я не чувствовала себя обязанной сейчас. Я не чувствовала подвоха в его действиях и точно знала, что он всё делал от души и искренне. Он не собирался манипулировать мной. Он просто хотел сделать мне приятно. И хотел сбежать со мной и насладиться свободой.
— Ты… Ты… — пыталась подобрать слова.
— Что я? Опасный? Неотёсанный идиот? Дебил? Кретин? — игриво улыбнулся, не отстраняясь от меня.
Я рассмеялась.
— Ты самый лучший, — быстро поцеловала его. — Но и всё вышеперечисленное тоже.
Он рассмеялся, а его глаза загорелись.
— Это значит: «да»?
— Да, именно это и значит, — расхохоталась от того, как он набросился на меня, повалив на спину и щекоча своей щетиной.
— Чёрт бы меня побрал, но я не хочу выходить отсюда, — схватил меня за попу и аккуратно сжал её. — Но надо. Ты наконец-то отметишь своё День Рождение, а я увижу друзей, — подмигнул мне, и мы… спустя час всё-таки начали собираться на вечеринку.
Подъехав к дому братства, Трэвис взял меня за руку и притянул к себе.
— Волчонок, а ты в курсе, что сегодня мой дебют? — я подняла голову, смотря на него. — Я впервые пришёл на тусовку со своей девушкой, — довольно улыбнулся он.
— У меня с тобой вообще каждый день одни дебюты, — рассмеялась я, когда он открыл дверь и отказался от предложенных нам стаканчиков с непонятно чем.
Зато сразу повёл меня к диванам, где сидели его друзья. Вечеринка уже была в самом разгаре, играла песня Lonely Boy группы The Black Keys. К нам сразу же подлетела Габи, щебеча поздравления и разглядывая нас с нескрываемым восторгом. Она же помогла мне выбрать косметику, чтобы замазать оставшиеся синяки на лице и не пугать окружающих. Всю неделю мы особо ни с кем не общались и не виделись.
— О, да, вы посмотрите на них! Крошка, отлично выглядишь, — подлетел Джастин, бережно обняв меня. — С Днём Рождения, красавица. Вы отличная пара, берегите друг друга — тихо произнёс мне на ухо. — Теперь ты почти в самых надёжных руках. Мои — самые надёжные, но его тоже сойдут, — рассмеялся он, отодвинувшись и рассматривая меня.
Мне очень нравился этот парень. Мне казалось, он был самой настоящей душой компании. Не просто весельчаком, а очень искренним парнем.
— Спасибо, — улыбнулась ему.
— Отстань от моей девушки, у тебя своя есть, — в шутку рыкнул на него Трэвис и увлёк меня на диван.
Джастин скорчил гримасу, но сел рядом с Кайлой.
— Ребята, вы охрененно смотритесь! Милая, его радар сразу показал на тебя! Он в жизни ни на одну девушку так не реагировал, как на тебя в первую вашу встречу, — поднял стаканчик Нэйт, подмигнув мне.
 
— М-да, удивительно, что Трэвис решил остепениться. Сейчас снег пойдёт, наверное, — закатила глаза Кайла. Джастин косо посмотрел на неё, покачав головой.
Трэвис, казалось, ни на кого не обращал внимания, проводя щетиной по моему уху, вызывая этим табун мурашек и дрожь по всему телу.
— Как же ты на всё чутко реагируешь, Волчонок, — прошептал он. — Это так заводит, ты не представляешь, — прижав меня к себе, я буквально почувствовала, что он не врал. Его твёрдый член упёрся мне в попу.