Я Димасик? Но я же дроу! (СИ)

Кайн морщился от капель холодной воды, которые попадали на него. При этом он не переставал восторгаться ими.
«Вода с неба! — не сходила с его лица глупая улыбка, из-за которой он больше был похож на прежнего Димасика. — У нас вода с потолка капала лишь в пещерах с горными реками. Но она так делала там всегда. А тут внезапно».
Природу дождя он постигал в салоне трамвая, пока ехал смотреть квартиру по объявлению на Хламито. Ранее концепция круговорота воды на планете ему не была знакома. Да что там вода? Он в процессе узнал, что Земля круглая и вращается вокруг Солнца. Что Солнечная система всего лишь микроскопическая песчинка в галактике Млечный путь. Что этих галактик настолько много, что они образуют скопления галактик. И вселенная одного лишь этого мира почти бескрайняя. Вернее, конец у неё есть, но он невероятно далёк.
  
А ведь как маг он знал о том, что миров много. Ведь демоны к ним приходили из других миров. И если каждый мир настолько же огромен, то уму не поддается, насколько же гигантской может быть мультивселенная.
«А что если этих мультивселенных тоже много? — промелькнула у него мысль. — Что если они подобно галактикам образуют скопления мультивселенных, которые формируют мегамультивселенную?»
Эта мысль заставила его застыть в ступоре от осознания бесконечных масштабов мира в целом. А также от перспектив, которые это открывает. Значит, что возможно путешествовать по этому вееру миров, узнавать новое, становиться сильнее. Конечно же, после того, как он выздоровеет и вернет себе волшебную силу.
Он настолько глубоко задумался, что пропустил свою остановку. И обратно вернулся пешком, чтобы лишний раз не тратиться на проезд.
Первая же квартира его не устроила. В ней жили неприятные с виду коричневые насекомые, вид которых заставлял поморщиться и передёрнуть плечами.
Второе жилище, к которому снова пришлось ехать на трамвае, тоже ему не понравилось. Вернее, квартира выглядела уютной и ухоженной, но вот хозяйка подкачала. Это была пожилая женщина с нравом жрицы-дроу. А это для Кайна сразу являлось знаком «стоп». Резкий и властный тон, необоснованные претензии сразу вместо приветствия. Мол, баб не водить, спиртное не пить, не курить.
Кайн и так не собирался всего этого делать. Но какой Ллос он должен терпеть столь нелепые ограничения? Он же не бесплатно собирался там жить, и тем более ему за это не собирались доплачивать. Он сам должен был платить за аренду с глупыми ограничениями.
В третьем месте его даже в квартиру не пустили. Среднего возраста женщина лишь посмотрела на его лицо, с презрением скривилась и выдала отказ. Ей попросту не понравилась его внешность и бедная одежда, из-за чего она решила, что он не сможет осилить арендную плату.
Это хоть и было обидно, но Кайн не привык спорить с женщинами и тем более им грубить. Когда он ругался с матерью, у него сердце леденело от ужаса. Вот был бы на месте хозяйки квартиры мужик, он бы мог запросто огрызнуться и осмеять его. Но отчего-то в большинстве случаев квартиры сдавали дамы.
Следующее жилище он решил осмотреть как можно ближе к офису. Квартира располагалась в пятиэтажном здании из рыжеватого кирпича, стоявшем через дорогу от торгового центра. Окна у неё выходили на оживлённую улицу, то есть прямо на торгушку с его офисом. Идеальное расположение для скрытного наблюдения и быстрого перемещения.
На этот раз Кайну повезло. Дверь открыла не женщина, а пожилой мужчина лет семидесяти, в стёганой жилетке и с умными, добрыми глазами. От него пахло табаком и старой книжной пылью — запах, который почему-то напомнил Кайну о его первом наставнике-маге.
— Здравствуйте, молодой человек. Приехали посмотреть квартиру? — его голос был хрипловатым, но приветливым.
— Здравствуйте, господин… — Кайн замялся, не зная, как обращаться к собеседнику.
— Степаныч. Можно просто Степаныч. Проходи, не стесняйся.
Кайн переступил порог, чувствуя облегчение. Никаких пронзительных женских взглядов, оценивающих его дешёвую одежду и простоватое лицо. Общение со Степанычем было подобно глотку чистого воздуха.
Квартира встретила его запахом свежей выпечки и старого паркета. Это была «однушка» в доме советской постройки, но Степаныч, судя по всему, содержал её в идеальном порядке. В прихожей стоял вместительный платяной шкаф из тёмного «дерева» (ДСП). Маленькая, но уютная гостиная с окном и балконной дверью почти во всю стену, которые выходили в сторону торгового центра. Кайн мысленно отметил это как стратегический плюс — он мог видеть свой офис, не выходя из дома, и наоборот. Диван, два кресла, телевизор на тумбе, книжные полки, ломящиеся от классики и технической литературы — всё дышало спокойствием и обжитостью.
— Кухня вот здесь, — Степаныч провёл его в смежное помещение.
Кухня была маленькой, но сверкала чистотой. Бежевый гарнитур, холодильник с небольшой морозильной камерой, белоснежная газовая плита. И главное — электрический чайник и микроволновая печь, два «артефакта», к возможностям которых Кайн уже успел пристраститься.
— А это совмещённый санузел, — Степаныч распахнул следующую дверь в прихожей.
Кайн застыл на пороге. У них с матерью санузел выглядел новее, но и это помещение показалось ему дворцом. Чистая белая плитка, просторная душевая кабина со стеклянной дверцей вместо занавески, стиральная машина и даже маленькое окошко под потолком, ведущее на кухню. Ни паутины, ни ржавчины, ни запаха сырости.
— Балкон застеклён, — Степаныч показал на застеклённую лоджию, заставленную ящиками из-под рассады. — Я там весной помидорки да перцы ращу. Если снимешь хату, то я балкон освобожу, место будет.
Главным достоянием стала спальня – она же единственная комната в квартире, в которой стояла кровать. Кайн вернулся туда и осторожно присел на край спального места. Кровать не скрипнула. Матрас был упругим, но не жёстким. Он провёл рукой по белоснежной простыне — ткань была прохладной и приятной на ощупь. Напротив стоял письменный стол с настольной лампой — идеальное место для его ноутбука. И тут его взгляд упал на розетку с торчащим из неё кабелем. Интернет.
— Интернет… проведён? — не удержался он.
— Конечно, — кивнул Степаныч. — Я сам без него как без рук. Новости читаю, кино смотрю, в шахматы онлайн играю. Скорость хорошая, всё работает.
Кайн почувствовал, как в его груди что-то сжимается. Это было именно то, что он искал. Его личная, безопасная пещера. Без истеричных матрон, без подозрительных взглядов. С водой, теплом и доступом к величайшему достижению человечества.
— Сколько? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
— Восемнадцать тысяч в месяц, плюс коммуналка. По нынешним временам дёшево. Но я, видишь ли, абы кому не сдаю, — Степаныч внимательно посмотрел на Кайна. — Скажи-ка, парень, а ты чем занимаешься? Сколько тебе лет? Работаешь где?
Кайн глубоко вдохнул и посмотрел собеседнику прямо в глаза, отбросив маску «Димасика».
— Мне двадцать. У меня свой бизнес. Небольшой образовательный центр. Офис как раз там, — он кивнул в сторону окна, за которым виднелся торговый центр. — Поэтому и искал квартиру поближе к работе.
Лицо Степаныча озарилось уважительной улыбкой.
— Бизнес? В двадцать лет? Да ты, я смотрю, парень с головой! Это другое дело. Молодёжь нынче по подъездам бухает или от смартфонов не отлипает, а ты дело делаешь. Уважаю.
Он протянул руку, и Кайн, после секундной паузы, пожал её. Мужское рукопожатие. Простое, честное. Никаких унизительных сюсюканий, никакой жалости или унижений и пренебрежения.
  
— Договор у меня есть, — Степаныч достал из папки на столе несколько листов. — Всё официально. Посмотри, если что не ясно — спрашивай.
Кайн пробежался глазами по тексту. Всё было чётко и прозрачно. Никаких скрытых пунктов мелким шрифтом, в отличие от договора с МФО.
— Меня всё устраивает, — сказал он, доставая паспорт и деньги. — Я готов внести задаток. Пятнадцать тысяч наличными, остальное переводом или придётся подождать, пока я схожу до банкомата и назад.