Я Димасик? Но я же дроу! (СИ)
В итоге парень набрал множество стальных изделий, а также медных, алюминиевых и бронзовых. Насчёт алюминия он не был уверен, поскольку этот металл был ему незнаком. Но почему бы не попробовать?
Все эти покупки обошлись ему всего в тысячу рублей, что он счёл дешёвым.
Камни же он набрал в куче щебня, которая располагалась на верху их жилого комплекса. Щебень привезли строители для отсыпки дороги. Это был добротный известняк, с которым удобно работать, в отличие от других камней. В известняке хотя бы можно без сильного напряжения вырезать руны. Пакет камней обошёлся ему бесплатно.
А вот где взять животных для жертвоприношений? А главное — где эти самые ритуалы проводить? Ведь он не замечал, чтобы горожане убивали животных. Вот вообще ни разу.
Любой городской житель мог пойти в магазин и купить готовое мясо. Это означало, что где-то животных всё же убивали, чтобы они попадали на прилавки. Но убивать их на улицах или в домах не было принято. Как минимум в городской черте.
Кайн опасался того, что если неправильно выберет место, то может заслужить наказание. Чтобы развеять или подтвердить своим сомнения он снова обратился к силе интернета, перед которой испытывал благоговейный трепет.
Что ж, коллективный сетевой разум подтвердил его опасения. Убивать животных в городе считается неприемлемым, но… Это прощается людям, которые придерживаются определённого религиозного течения. Но они режут лишь баранов. Это хоть и вызывает народное осуждение, но законом не карается. А вот стоит обычному человеку иной религии прилюдно убить какое-то другое животное или того же барана, как он почти наверняка получит наказание за жестокое обращение с животными.
Логики в этом Кайн не видел. Какое вообще жестокое обращение с едой? О чём пишут эти люди? Если побить мясо перед обжаркой, то это рецепт отбивной, который нахваливают. Если побить это же мясо, но в живом виде, то это жестокое обращение с животными.
Но, несмотря на то, что он не понимал этого, закон есть закон. Он сомневался в том, что ему получится удачно изобразить представителя религии, которой прощается прилюдное убийство животных. В первую очередь для этого он не вышел внешностью. Бороду отращивать долго, как и изучать религиозные нюансы.
Следовательно, нужно было найти безлюдное место, в котором его никто не увидит. Нет свидетелей — не будет и наказания.
С местом можно было что-то придумать. В городской черте хватало пустырей, пустынных из-за труднодоступности участков на берегу реки Волги. В крайнем случае, можно арендовать гараж.
А что делать с животными?
Ответ на этот вопрос быстро нашёлся в полюбившейся Кайном сети. Он отправился на птичий рынок. И там его настигло жестокое разочарование. По будням там животных не продавали. Их привозили лишь в выходные, а их наступления ещё долго ждать. При этом до первого занятия осталось всего ничего.
После этого он снова воспользовался Хламито. И этот сайт оказался кладезем всего, что можно продать или купить. Он предложил ему домашних птиц по разной цене.
Животные стоили слишком дорого: чем крупнее, тем дороже. Кайну по бюджету подходили лишь куры. Их продавали от трёхсот до шестисот пятидесяти рублей. Это вполне укладывалось в его финансовые возможности.
В итоге он остановился на аренде гаража в одном из ближайших гаражных кооперативов. Он специально выбрал гараж подальше от сторожки, чтобы не привлекать к себе внимания.
Затем он купил десяток живых кур — самых дешёвых, поскольку его не волновала их порода, количество яиц, которые те несли и прочее. Их жизни — вот что ему было важно.
А дальше оставалось лишь покрыть рунами камни и кусочки металла, после чего в гараже устроить аналог бойни в миниатюре. Естественно, всё это под гномские песнопения на исчерченном геометрическими узорами полу.
Если бы кто-то в этот момент оказался в гараже, он бы подумал, что тут происходит обряд сатанизма. Но благо, что в запертые ворота заглядывать было некому. А если бы свидетелями этого абсурда стали тёмные эльфы, они бы всю жизнь ржали бы над ним.
После настал самый сложный этап — убрать за собой следы. Ощипать и распотрошить кур. Снова убрать за собой.
— Хм… — задумчиво разглядывал результаты своего колдовства Кайн. — И куда мне девать такое количество мяса? Выкидывать жалко, а тащить домой… Как я объясню матушке внезапное появление горы мяса у нас дома?!
Глава 9
Когда мать пришла домой и добралась до холодильника, она впала в ступор. Держась за распахнутую дверцу белого друга для хранения продуктов, она с изумлением широко распахнутыми глазами смотрела внутрь.
— Ди-и-имочка… — дрогнувшим голосом протянула она.
Кайн оторвался от разглядывания камешков с рунами. Он пытался понять, сработают чары или нет? Нужно было провести испытания, но… Почти все амулеты, за исключением одного, получились одноразовыми и с простейшими эффектами. Терять один из десяти было жалко.
Впрочем, нужно было быть уверенным в том, что магия в этих амулетах работает. Если это так, то ему будет что продемонстрировать ученикам. На что-то более серьёзное эти детские поделки не годились.
И да, у гномов подобную ерунду делали разве что детки рунологов в качестве тренировки. Лет этак в шесть-семь. Отчего Кайну было обидно. Он опустился до уровня гномьих малолеток.
С другой стороны, это был огромный шаг вперёд для того, кто волшебством совсем не владеет.
Панический возглас матери заставил его отложить камень в сторону и подняться.
Он тяжело вздохнул, понимая, что сейчас ему предстоит тяжёлый разговор. Конечно же, он заранее подготовил ложь. Ведь нет ничего хуже, чем сочинять враньё на ходу. В этом случае можно легко запутаться. Если уж врать, то по заранее подготовленной легенде с полной уверенностью в своей правоте. А ещё лучше самого себя убедить в том, что говоришь правду, чтобы не выдать враньё движениями ауры и ментальными волнами. В таком случае можно обмануть даже жрицу. Не одну из верховных, но на ком-то уровня младших жриц это почти наверняка сработает.
Стоило ему появиться на кухне, как взгляд матери медленно переместился от нутра холодильника на него.
— Димочка, откуда у нас в холодильнике столько мяса?! — в её голосе слышалось волнение.
— Пока тебя не было, — невозмутимо начал он, — приходили люди из благотворительного фонда. Они передали нам это мясо. Я не стал им отказывать.
— Что за благотворительный фонд? — настороженная женщина захлопнула дверцу холодильника.
В следующее мгновение она поспешила к шкафу в комнате и принялась там рыться. Откопав заначку, она дрожащими руками пересчитала деньги.
— Все десять тысяч на месте, — с облегчением выдохнула она.
После этого она вернула деньги на место и принялась осматривать комнату.
— Странно, — закрыла она шкаф. — Ничего не пропало. Зачем кому-то отдавать кучу кур?
— Наверное, — решил подкинуть свою версию Кайн, — кто-то пожертвовал в фонд курей. И их решили поскорее раздать, пока не протухли.
— Разве что так… — женщина не находила иного объяснения. Ей даже не могло прийти в голову то, что её сын сам каким-то образом добыл это мясо и принёс домой. По её мнению это было что-то из разряда невозможного, словно падение неба на земную твердь.
Пару секунд она стояла с растерянным видом. Внезапно она дёрнулась, будто от пощёчины. И уставилась на сына большими глазами.
— Димасик, ты говоришь нормально…
— Разве это плохо? — вопросительно приподнял он брови. — Я учился так говорить, смотря сериалы. Мама, тебе это не нравится?
— Нет-нет, — резко мотнула она головой из стороны в сторону. — Нравится, очень даже. Но это странно. Очень странно. Милый, мы с тобой давно не ходили к доктору и на реабилитацию. Я скоро получу зарплату, и мы на следующей неделе сходим в реабилитационный центр.
— Не очень бы хотелось, — скривился Кайн.
Для него в нынешней ситуации отвлекаться на подобные ненужные вещи было мучительно больно. Он всё время посвящал цели по спасению собственного сознания. А тут реабилитация, которая ему ничем не поможет.