Физрук на своей волне. Трилогия (СИ)

Вернула взгляд на меня.
– Знаешь, Вова… тебе же так не нравился ремонт у меня… – она пожала плечиками едва заметно. – Теперь ты сможешь сделать, как хочешь. Всё равно эта комната теперь твоя и только твоя.
Аня говорила без злости и привычных уколов. Как будто просто констатировала факт, подводя итог нашего совместного проживания.
– И спасибо тебе, – добавила она чуть тише. – За то, что тогда помог деньгами с ремонтом… я ведь не забыла. Может, ты и грубиян, но тогда ты сделал меня хоть чуть‑чуть счастливее. Чем чёрт не шутит, разбогатею – и всё тебе отдам!
  
Она захихикала.
– Подожди, – сказал я. – Какие ещё деньги?
– Ах да, – усмехнулась Аня. – Я же забыла, ты теперь всё забыл!
Она отложила тряпку, прислонилась к стене и пояснила:
– Когда ты устроился в школу, тебе выплатили подъёмные по программе «Сельский учитель». Типа поддержка молодых специалистов. Ты половину этих денег потратил на машину, а вторую – на ремонт моей комнаты, – она невинно захлопала ресничками.
Я молча перевёл взгляд с Ани на её комнату. Розовые стены, шторы с цветами, люстра в форме лепестков. Всё это было настолько не в моём вкусе, что даже и близко не напоминало логичное вложение.
Вот ведь дела… половину денег вбухал в машину, а вторую – в девчачий интерьер. И всё ради чего? Чтобы через год выслушивать, как меня благодарят за то, что сделал «чуточку счастливее».
Я на секунду представил, как бывший хозяин этого тела выбирает обои, таскает вёдра с краской, и меня передёрнуло.
Вова, Вова, нашёл куда тратить деньги. Больше ведь некуда, да? Кроме как делать ремонт комнаты в розовый цвет.
– Ясно, понятно, – сказал я, кивнув. – Как говорится, если уж решила – то попутного ветра.
Аня, к моему удивлению, улыбнулась в ответ.
– Я ещё приготовлю ужин, – заверила она. – Всё как мы договаривались. Уже заказала доставку, через полтора часа курьер привезёт продукты. Только у меня к тебе просьба, Вов… ты, пожалуйста, его не бей.
– Смотря как он себя вести будет, – хмыкнул я, подмигнув.
Она фыркнула, но спорить не стала. Взялась за телефон, собираясь снова включить музыку, но вдруг замерла.
– А где Рекс? – спросила она, нахмурившись. – Я ему постирала его любимую розовую кофточку, хотела надеть, пока не ушла. Мне же на работу…
Девчонка вышла в коридор, заглянула в комнаты.
– Рекс, Рекс, Рекс! – позвала она уже громче.
Я молчал. Конечно, объяснить, что пёс сейчас проходит курс молодого бойца под руководством тренера и двух питбулей, звучало бы… мягко говоря, странно. Особенно учитывая, что Аня считает песеля милым декоративным комком шерсти.
– Где он? – снова спросила Аня, уже тревожнее.
Я кашлянул, отвёл взгляд, изображая спокойствие.
– Гуляет, – сказал я. – Дал ему свободу передвижения. Пускай пробежится по району, воздухом подышит.
Аня подозрительно прищурилась.
– По району? Без поводка? Ты что такое говоришь…
– Ну, – пожал я плечами, пытаясь для начала сбить её грустный настрой. – Собака должна ощущать ответственность.
– Вова, где моя собака? – спросила Аня, уже без тени улыбки. – Перестань шутить! Я серьёзно! Где он?
Аня подошла почти вплотную, её глаза блестели от тревоги.
– Говори, что ты сделал. Я же видела, что вы с ним последнее время не ладили. Он тебя боялся! И ты… ты же заставлял его есть овсянку!
– Ну допустим, это не издевательство, это диетическое питание.
– Вова! – выкрикнула она. – Что ты сделал с моей собакой⁈
Я вздохнул, глядя, как на её глазах появляются слёзы.
– Да ладно тебе, не убивал я твоего пса, – ответил я, смягчив тон. – Внизу он, попросил дворовых старух присмотреть.
– Зачем?
– Ну, чтобы вам было проще с переездом, не? Да и песеля твоего туда‑сюда не таскать по этажам. Бабульки с ним пошли погулять.
Аня хмурилась, по глазам было видно, что она не знает, верить или нет.
– Господи, – прошептала она, – ну почему ты всё время всё делаешь по‑своему… Рекс правда остался с бабушками?
– Конечно, не переживай, сейчас схожу, заберу. Ну раз ты никуда пока не переезжаешь.
– Ладно… – шепнула Аня, было видно, что она всё ещё сомневалась. – Только забери его поскорее, Вов.
– Без проблем, – согласился я. – Заметано!
– Всё, я побежала, – Аня схватила сумку и пошла на выход.
– Чао‑какао, – усмехнулся я.
Девчонка выскочила в коридор, хлопнув дверью.
Я выдохнул. Тяжело, но с облегчением.
Вот ведь задачка… рассказывать Ане, что её любимый «зайчик» сейчас бегает между двумя питбулями и учится рвать тряпку, – это значит гарантированно получить истерику. В её глазах собака должна носить розовую кофточку и кушать кошачий корм.
Значит, надо время. Надо подготовить её к такой информации.
Я сел на диван, достал телефон и задумался. Так… если Рекс проходит курс молодого бойца, значит, нужно обеспечить его всем, что нужно для тренировочного лагеря, как и сказал тренер.
Я открыл браузер и минут пять сидел, пялясь в экран телефона. Все эти «добавить в корзину», «оформить заказ», «выберите метод доставки» были как будто специально придуманы, чтобы бесить. Нажал одно – и тут же выкинуло на другое. Вернулся обратно – и страница зависла.
– Да ну его к чёрту, – выдохнул я и отложил телефон.
Лучше поручить это тому, кто в этом шарит. Я пролистал контакты, нашёл нужный номер и набрал.
– Кирюха, здорово. Слушай, мне нужно одно дельце провернуть, – начал я, когда он ответил.
– Здрасьте, Владимир Петрович, – зевнул пацан, явно только проснувшись.
– Короче, нужен килограмм сырой говядины. Без жил, чтобы было нормальное мясо. И подстилка из соломы.
На том конце повисла пауза.
– Из соломы? – переспросил Кирилл. – Вы чё, коня завели, Владимир Петрович?
– Почти, – ответил я сухо. – Но не коня.
– А кого? – пацан засмеялся.
– Много будешь знать – быстро состаришься, – отрезал я. – Просто закажи, и чтобы к вечеру всё было.
– Понял, сделаем, – ответил Кирилл. – Только киньте адрес, куда везти. Я как всё оформлю – скину ссылку на оплату.
– Без ссылки – сам заплати, а я при встрече бабки отдам. Адрес в сообщении вышлю.
Сбросив звонок, я набрал короткое сообщение с моим адресом.
Пока я объяснял Кириллу, что мясо должно быть свежее и без жил, по второй линии пыталась пробиться Аня. Сейчас она звонила опять.
– Вова! Его нет!
– Кого нет? – сделал я вид, будто не понимаю.
– Пончика! – почти крикнула она. – Я обошла весь двор!
Я выдохнул.
– Так я же его забрал, – спокойно сказал я.
– Что значит забрал? Где он⁈
– Всё нормально, – заверил я. – Он со мной, отдыхаем.
– Тогда включи видео, – потребовала она.
– Не вариант, – ответил я. – Сейчас не в том виде, чтобы камеру включать.
– В каком смысле «не в том виде»? – недоверчиво спросила девчонка.
Я усмехнулся.
– В прямом. Я голый сейчас. Но если хочешь, могу включить. Правда, когда опущу камеру вниз, помимо Рекса можешь увидеть кое‑что другое.
В трубке повисла тишина. Потом послышался возмущённый выдох.
– Вова! Ты как всегда! Просто пришли фотографию моей собаки, – сказала она и повесила трубку.
Вот тебе и нагадали козе смерть… похоже, теперь мне был нужен снимок Рекса. Только где его взять?
Я задумался, потом снова набрал Кирилла. Кирилл снял трубку почти сразу, на втором гудке, будто сидел с телефоном в руках и ждал.
– Владимир Петрович, всё уже заказал! – затараторил он, не давая вставить слово. – Говядина приедет к вечеру, подстилку тоже привезут. Всё под контролем, я максимально быстро, как договаривались!
– Кирюха, стой, не об этом, – перебил я. – Послушай внимательно. Мне нужно срочно фото собаки.
  
– Фото собаки? – удивился он. – Это ещё зачем?
– Не спрашивай, просто надо. Скажем так – жизненно необходимо. И желательно, чтобы девчонка, которой я его пришлю, не заметила подвоха.
– Понял, Владимир Петрович, – хмыкнул Кирилл. – А какая собака‑то?