Туман и морок (СИ)
Солнце ещё не успело скрыться за горизонтом — его рыжеватый диск ярко пылал, точно вспыхнувшее пламя, разгоняя грузные клубы подступавших всё ближе туч. Однако времени до наступления темноты оставалось совсем немного. Колдунья с отчаянием понимала, что ей следовало поторопиться. Не хватало ещё заплутать в горах и сорваться вниз с охваченного мраком выступа. Оглянувшись и убедившись, что спутники по экспедиции ещё не успели вернуться, Роксана поспешно обогнула дом и двинулась через заросший и порядком одичавший сад. Беспорядочно раскачивающееся от порывистого ветра ветви то и дело угрожали задеть девушку по лицу, а колючие сорняки, обступившие скрывшуюся за травой тропу, цеплялись за подол платья колдуньи, так и норовя оторвать хотя бы крошечный лоскуток. Но Роксана и не думала поворачивать назад — меньше всего ей хотелось случайно столкнуться с Лироном или Витарром, возвращавшимися к хижине по главной улице. Они бы сразу остановили её, а узнав о намерениях — и вовсе бы подняли её насмех, но в горы уж точно бы не отпустили. Нет уж, пусть её неожиданный визит к Эвану останется для всех тайной, хотя бы до поры до времени.
Колдунья не без труда миновала разросшиеся кусты смородины в самом конце участка и уже готовилась перелезть через невысокий покосившийся забор, когда позади неё вдруг послышались чьи-то шаги и громкий звонкий смех. От неожиданности девушка едва не споткнулась на ровном месте, а сердце её вздрогнуло в предчувствии опасности. Голоса быстро приближались, так что у Роксаны не было шанса даже подумать о том, кому понадобилось забираться в сад Лирона. Страх оказаться застигнутой врасплох вытеснил из головы все остальные мысли, и чародейка в спешке скрылась за стеной обветшалого сарая, даже прежде, чем сама успела это сообразить. Разгоряченная волнением кровь стучала в ушах, и Роксана даже зажала себе рот ладонью, боясь, как бы сбившееся вдруг дыхание не выдало её. Девушка не должна была попасться, ни в коем случае.
Она до последнего надеялась, что шум в саду ей всего лишь померещился, однако звук голосов постепенно приближался, а через мгновение и вовсе прервался громким стуком — кто-то со всей силы, совсем близко, распахнул дверь сарайчика, отчего та с глухим треском врезалась в ветхую стену. Колдунья вздрогнула, вжимая голову в плечи. По коже её в волнении забегали мурашки. Куда, куда спрятаться, чтобы её никто не увидел здесь, среди зарослей буйствующих растений и в опасной близости от ограды, отделявшей участок Лирона от подхода к горному перевалу? Как выйти, чтобы её точно никто не заметил? Звук шагов прекратился, сменился вознёй и тихими шорохами, и Роксана, набравшись смелости, осторожно выглянула из-за угла, готовясь в любой момент юркнуть назад в укрытие. Однако, едва увидев, что творилось посреди сада Лирона, девушка на мгновение даже забыла о том, что собиралась бежать. Пальцы её дрогнули, болезненно вцепившись в ремень сумки, а рот распахнулся от волнения.
Совсем рядом, всего в каких-то нескольких метрах, Роксана увидела Витарра. Она сразу узнала его спину в кожаной куртке и чёрные волосы, сейчас распущенные и спускающиеся по плечам растрёпанными прядями. А вот девушку, едва выглядывающую из-за его фигуры, колдунья никак не могла узнать. И не мудрено — Витарр так настойчиво вжимал её в стену сарая, так рьяно терзал поцелуями шею… Чародейка судорожно вздохнула, будучи не в силах отвернуться и чувствуя, как кровь прилила к её лицу. Она не ожидала, что наследник герцога приведёт в дом Лирона кого-то для развлечений. Тем более посреди дня. Он ведь казался таким серьезным, таким ответственным, а сам… От обиды в глазах Роксаны вдруг защипало. Вся эта его сдержанность оказалась напускной, мнимой. Иначе бы сжимал он так стройную талию незнакомки, задирал бы её белый передник? А она сама? Разве она не отвечала на его поцелуи и не прикрывала глаза в томной истоме?
Медленно выдохнув, колдунья отвернулась и вновь побрела к забору, стараясь ступать аккуратно, чтобы не поднять шум. Милующейся парочке, потерявшей голову от чувств, было явно не до неё. Щёки Роксаны пылали, и она резко качнула головой, пытаясь прогнать странное наваждение. Какое ей, в конце концов, было дело до Витарра и его личной жизни? Будто бы он не был свободным и вольным юношей с деньгами и титулом, на которые так падки были красавицы. Однако девушка отчего-то всё равно надеялась, что хоть в чём-то герцогский сын был с ней честен. А теперь как узнать, была ли в их отношениях эта честность? Отчего-то для Роксаны, столько времени посвятившей разговорам о магии с юношей, это было важно. Кулаки её сжимались от накопившихся чувств, а перед глазами стояло лицо Верховной, с легкой ухмылкой глядящей на свою ученицу. Она бы не одобрила все те мысли, что сейчас лихорадочно, точно порхающие бабочки, сменяли одну за другой в голове колдуньи.
Всё это было неважно. Ведь, в конце концов, Роксана, вопреки даже воле своей наставницы, решила сосредоточиться на том, что, так или иначе, тревожило её больше всего. На брошенном в горах Эване, что вынужден был ютиться в холодной темной пещере. И осознание этого придало девушке силу. Она, даже не обернувшись, ухватилась за хлипкие прутья забора и, ловко перекинув ногу через ограду, в считанные мгновения оказалась на свободе. Осталось лишь миновать пару амбаров, пройти через загон для овец и выбраться на тропу, поднимающуюся к самому подножию Туманных Пик. И Роксана, больше не сомневаясь ни секунды, быстро зашагала по дороге, на ходу накидывая объемный капюшон. Подгоняемые ветром свинцовые тучи над головой чародейки смыкались, въедаясь зубами в солнечный круг и заполоняя небо недоброй пугающей чернотой.
Глава 16
— Как думаешь, что вот я делаю не так? — Лирон, рассеянно поигрывая с бронзовой монеткой, то крутя её в пальцах, то подкидывая над столом, поднял голову и грустно посмотрел в сторону стойки, за которой хозяин таверны наполнял кружки крепким пенистым элем. Вечер только начал окрашивать небо в темные сумеречные краски, а в таверне уже было не протолкнуться. — А? Ну, в смысле, я думал, девушкам нравится, когда им оказывают внимание.
— Роксана — далеко не все, — мрачно хмыкнул Витарр, стараясь держаться спокойно, но при этом всё равно то и дело оглядываясь по сторонам. Меньше всего ему хотелось столкнуться с Эллой после случившегося всего пару часов назад. Будь неладен Лирон с его вечной жаждой! — Глупо было даже надеяться, что она тебе ответит.
— Это с чего вдруг? — насупился юноша, недовольно взглянув на собеседника. Думал, что тот пытается нарочно его задеть? Напрасно — Фэйрхоллу не нужно было напрягаться и сочинять небылицы, чтобы отвадить этого простолюдина от колдуньи. Жизнь сама развела их по разные берега, лишив шанса вступить на одну дорогу. — Думаешь, что я такой слабак, не способен очаровать женщину?
— Да какая разница, что там у тебя с личной жизнью, — Витарр ядовито усмехнулся и насмешливо склонил голову, наблюдая за тем, как хмуро вытягивается лицо крестьянина. — Почему тебе вообще это нужно объяснять? Никак не можешь понять, что вы с Роксаной — люди совершенно разных кругов? Усвой это уже.
— Ой, да брось, командир! Кого в наши дни заботят эти формальности?
— А что, положение в обществе для простолюдинов — уже пустой звук? Впрочем, я почему-то не удивлен.
Это было грубо даже для Витарра, который во времена особо бурной юности имел склонность ввязываться в драки с крестьянами, всегда на нетрезвую голову и почти всегда еще около пузатого бочонка, окруженного мутными липкими лужами пива. Все же, вбитое в голову отцовскими учителями воспитание тоже играло роль, да и юноша знал, что Лирон едва ли примет его замечания близко к сердцу, а может даже и не обидится. Хотя, оно, наверное, и к худшему — будь этот парнишка не таким норовистым, наверняка бы утратил свой запал хотя бы ненадолго. Как в тот раз, когда Роксана впервые ответила ему отказом. Так что в этот раз Фэйрхолл предпочел пренебречь вежливостью, не думая о выборе слов и реакции, которую они могли бы вызвать. Да и с чего бы?