Туман и морок (СИ)

Юноша судорожно вздохнул и мотнул головой. В нём по-прежнему говорил избалованный аристократишка, привыкший получать всё, что ему приглянулось. А ведь он решил покончить с этим, даже не из-за наказания отца, сколько из собственных соображений. Нет, вынужден был напомнить он себе, бездумное веселье в конечном итоге так и не принесло ему ничего, кроме тумана в голове и возможности сбежать от реальности. Рассеянно потерев лоб тыльной стороной ладони, Витарр всё же шагнул вперёд, к стойке, на ходу вынимая из-за пазухи кошель.
— Заверни мне чего-нибудь с собой, — хриплым голосом попросил он у сонного и хмурого хозяина, выложив на столешницу несколько серебряных монет. — И побольше. Хлеба, сыра, что там еще есть…
Трактирщик молча кивнул и, отложив в сторону тряпку, которой он протирал высокие кружки, медленно зашаркал в сторону кладовки. Все же, в содержании собственного питейного заведения были и свои минусы — никогда не знаешь, в котором часу решит заглянуть первый посетитель. Выжидающе постукивая пальцами по древесной поверхности, Фэйрхолл задумчиво огляделся. Никого, как и следовало ожидать. Однако в скором времени солдаты должны были заступить на дежурство у тропы к Туманным Пикам, и Витарр был уверен, что новый караул он не проморгает. До тех пор, пока его самым наглым образом не отвлекли.
— Доброе утро, сэр! — звонкий девичий голосок прозвучал непривычно близко, и юноша от неожиданности слегка дернулся, чудом не налетев на неизвестно откуда подошедшую к нему Эллу. Как всегда, кокетливо улыбающуюся и скромно сжимавшую край передника. — Выбрались к нам позавтракать?
— Доброе, мисс Элла. К сожалению, сегодня не получится. Дела ждут, не могу задерживаться.
— Что, даже не подкрепитесь? — девушка широко распахнула глаза и захлопала длинными ресницами. — А Вы, вообще, знаете, что пахать на пустой желудок вредно? Ну же, сэр, присядьте за любой столик. Это не займет много времени.
— Простите, никак не могу, — Витарр был непреклонен. — Очень тороплюсь.
— И от выпивки откажетесь? Не уходите, сэр, прошу вас! — Элла тоже не собиралась сдаваться. Она резко выступила вперед, в надежде уставившись на раннего посетителя. Фэйрхолл почувствовал, как в нос ему ударил приторный запах розовой воды. И откуда бы ей взяться у простой официантки? — Подарите мне еще пару минут общения с Вами. А я за это, пока коротышка не видит, налью Вам лучшей медовухи. Расскажете о краях, откуда Вы родом? Наверняка путь держали от самой столицы?
Очевидно, девушка думала, что сумеет уговорить Витарра. Если не взглядом красивых глаз, то кружкой фирменного и, главное, бесплатного напитка. И то и другое наследника герцога привлекало мало.
— Элла, я же сказал, что не могу, — он устало вздохнул, не зная, как еще отделаться от настойчивой собеседницы. — Я зашел в таверну по необходимости. И покину её уже через пару минут. И, как сами понимаете, времени для разговоров у меня нет. Так что прошу прощения, но должен откланяться. Лучше займитесь работой. Тогда, возможно, скучать и не будете.
Этот разговор длился всего ничего, а уже успел порядком надоесть Витарру. Элла, необычно вежливая и явно заинтересованная в нем, раздражала его — за последние несколько дней она, кажется, всерьез решила заняться Фэйрхоллом. Умудрялась выискивать его из всех посетителей трактирчика, подбегала к его столику, стоило только юноше отодвинуть стул, чтобы присесть. Даже компания Роксаны и Лирона не останавливала юную официантку, хотя, возможно, на них она просто не обратила внимания. В любом случае, ее чрезмерная активность уже сидела у Витарра поперек горла. Подобное поведение со стороны девушек, особенно крестьянок, не было для него в новинку, однако от того только больше злило. Тем более теперь, когда он решил покончить со своим прежним образом жизни. К счастью, на лестнице послышался громкий топот тяжелых сапог. Приближались солдаты герцога, и юноша не преминул этим воспользоваться, чтобы сбежать от надоевшей Эллы. Может, он поступил некрасиво и недостойно аристократа, однако простолюдинка, привыкшая довольствоваться крошечными чаевыми и грубыми комплиментами от местных пьяниц, наверняка не сильно огорчится из-за отказа какого-то путника, ненадолго остановившегося в Крествуде. А Фэйрхоллу пора было забирать у хозяина таверны закуски и отправляться, наконец, в Туманные Пики. Возможно, сегодня удача им улыбнется и Эван, в кои-то веки, сумеет обнаружить что-то новое и важное?
 
  
Глава 14
 
Тихо шелестела вода в подземном озере. Плеск крошечных волн, будто пущенных стаей рыбок, гулом отлетал от пещерных сводов. На них, каменных и изломанных, переливались синеватые блики, в темноте грота кажущиеся блуждающими огоньками. От их назойливого яркого света уже слезились глаза. Эван тяжело вдохнул и уткнулся лицом в ладони, потирая лоб. Он больше не смотрел на исписанную стену, однако перед взором все равно пестрели мерцающие руны. В голове гудело, боль медленно, словно крадущаяся рептилия, расползалась по затекшим от долгого сидения спине и ногам. Что-то колючее и сухое раздирало горло. Юноша не помнил, когда последний раз пил, хотя водоем был совсем рядом — стоило лишь протянуть руку, чтобы добраться до живительной жидкости. Все время было как-то не до этого. Но теперь, когда ему удалось отвлечься от бесконечного и бессмысленного созерцания рун, Эван наконец осознал, как сильно на самом деле умаялся. Усталость давила на плечи свинцовой тяжестью, и юноша обхватил руками колени, медленно раскачиваясь из стороны в сторону. От этого хождения кругами его уже начинала одолевать безысходность. Эльфийские символы будто дразнили юношу и издевательски усмехались резкими голубыми очертаниями. Незнание раздражало до мурашек, а предвкушение скорого открытия куда-то испарилось. Само собой, сдаваться библиотекарь не собирался, однако ожидания его ощутимо пошатнулись. И, вдобавок ко всему, заветная книжка умудрилась подвести — все упомянутые в ней значения рун Эван уже переписал на отдельный лист, однако эти сведения были, что капля в море, а переведенные части текста напоминали какую-то бессмыслицу. Что-то про открытие. Открытие огня. Или духа. Или истока. Истока чего?
Может, когда-то давно в этих краях, среди хвойных деревьев и скалящихся горных выступов, зародилась эльфийская цивилизация? Лес пестрел эльфийскими поселениями, как грибами после обильного дождя, а загадочный грот был своеобразным святилищем первых жителей? И эта непонятная надпись — лишь дань «истоку» народа и его культуры, дань какому-нибудь эльфийскому божеству, а может, и самой природе? Звучало почти правдоподобно, особенно если учитывать, что большая часть истории лесного народа до сих пор оставалась покрытой мраком, но Эвану верить в собственную теорию хотелось мало. Таинственная пещера, вдруг найденная под завалами после неожиданного камнепада, обязана была быть чем-то большим, чем забытым храмом. Библиотекарь отчаянно цеплялся за эту мысль, однако чувствовал, что та с каждым днем только больше ускользает от его рук. Впрочем, и его единственная теория была не так плоха. В письменах могло содержаться послание всем эльфам или молитва к их неизвестному богу. А это — уже новый вклад в прошлое их королевства. Значит, надежда еще была.
Приободрившись от таких мыслей и кивнув самому себе, Эван потер опухшие глаза и потряс головой, отчего противное гудение только усилилось. Нужно было отдохнуть. Хоть как-то разгрузить голову и немного взбодриться, прежде чем снова садиться за исследование. Юноша никак не мог отделаться от навязчивого ощущения, что он что-то упустил. Что-то важное и очевидное, но никак не мог понять, что именно. Может, хоть несколько минут в стороне от рун помогут ему по-новому взглянуть на надпись и расшифровать ее, наконец.
 
Подниматься с холодного камня было тяжело. Отекшие ноги едва удерживали юношу, а колени предательски подгибались. Но Эван устоял и, слегка пошатываясь, шагнул к водоему, опустился около него на корточки и зачерпнул обеими ладонями воду. Ледяная жидкость обжигала лицо, прозрачной змейкой забиралась под рубашку, но от этого покалывания и свежести становилось ощутимо легче. Библиотекарь склонился над водной гладью еще раз, жадно припадая к ней губами. Рот будто забило снегом, но Эван не остановился даже, когда от холода у него закололо пальцы и горло. Вместе с водой к нему постепенно возвращались силы.