Ренди. Жизнь вне времени

– Кто вы?! Как вы сюда попали?! – Следователь схватился за оружие.
– Ты сам меня позвал, – медленно произнес ночной гость. – Скажи, ты действительно готов расстаться с половиной жизни? Подумай, прежде чем ответить, потому что договор со мной невозможно расторгнуть.
Виктор был рациональным человеком, верящим в силу разума, но спокойный тон и необычное появление незнакомца не оставили молодому человеку сомнений в том, что перед ним особый посланник, к словам которого стоит прислушаться.
– Да, – четко произнес следователь, – я отдам половину жизни за то, чтобы найти девочку живой.
– Тогда вот адрес. – Незнакомец протянул свернутую бумагу. – И запомни, однажды я приду забрать долг.
Виктор поспешил развернуть бумагу и внимательно прочитал написанное. Когда он снова посмотрел на стул перед собой, таинственного собеседника там не оказалось. «Что это было? – подумал следователь. – Я схожу с ума?» Тем не менее среди ночи он поехал по указанному адресу искать девочку. Виктору удалось обнаружить и доставить в больницу сильно истощенного, но еще живого ребенка. Девочку спасли, маньяка посадили в тюрьму, где он скоро был убит.
На Замирина посыпались награды и почести, но он, неожиданно для всех, уволился из органов. «Еще одного такого дела я не переживу», – решил для себя молодой человек, подписывая заявление об увольнении. После ухода из милиции он устроился работать в хороший ЧОП, женился, завел детей.
Если раньше семейные обязательства страшили Замирина, то теперь, лишившись половины жизни, он стал видеть все в ином ключе: Виктор путешествовал, воспитывал детей, веселился и никогда не позволял себе тратить время на хандру, помня, что в любой момент может объявиться его страшный кредитор.
– Постой, Ренди, – прервал я, – судя по датам на могиле, в момент смерти этому человеку было восемьдесят два года. Если половину жизни он отдал, то получается, ему было отпущено сто шестьдесят четыре года?! Не сходится у тебя дебет с кредитом!
– Все просто, – ответил невозмутимый Ренди, – демон так никогда и не пришел к нему за долгом, позволив прожить жизнь целиком.
– Но почему? – удивился я.
– Расстаться с половиной жизни ради ребенка, которого даже не знаешь, согласись, это впечатляет!
В этот момент к нам подошла женщина средних лет в длинной юбке с букетом гвоздик в руках.
– Вы знали моего отца? – поинтересовалась незнакомка, явно не ожидавшая нас увидеть.
– У нас были деловые отношения, – пояснил Ренди.
– Знаете, – начала вспоминать дочь следователя, – папа любил повторять: «Каждый день нужно жить как последний». Вы бы видели, как он праздновал дни рождения! Один раз мы ездили на Камчатку купаться в горячих источниках, а в другой раз отправились в поход на лошадях! Можете себе представить?! А еще после сорока лет папа начал говорить о каком-то долге. До сих пор не знаю, что он имел в виду, так как мы никогда не брали кредитов.
– Его долг прощен, – уверенно сказал Ренди. – Ваш отец сумел меня удивить, а это, поверьте, очень сложно.
Оставив дочку следователя в полном недоумении, мы с Ренди направились к выходу с кладбища. На меня по непонятной причине наша прогулка произвела умиротворяющее действие. На следующий день я был готов окунуться в повседневную суету.
Планирование злополучного мальчишника между тем продолжалось. В последний момент мотоциклы отменили, а саму встречу перенесли на удобное для всех время ближе к метро. В итоге все прошло так, как я предлагал с самого начала: мы собрались в баре в выходной день, выпили пива и послушали живую музыку – душевно и без последствий. Внимание, вопрос: «Зачем нужно было столько дней мотать друг другу нервы и кушать мозг?»
В день свадьбы мне все же пришлось отпроситься. Тщательно простроив маршрут, я решил поехать на машине. «Не зря же придумали безалкогольное пиво», – думал я, выезжая на просторы Подмосковья. В качестве подарка жениху и невесте я вез конверт с деньгами, так как, на мой взгляд, такой предмет гораздо полезнее сервизов и ваз, которые обычно дарят на свадьбы. До Улыбкино я ехал по навигатору и поэтому не плутал, но после съезда с основной дороги пришлось ориентироваться по местным признакам, так как сама деревня и прилегающие к ней территории были для навигатора одним зеленым пятном. Запутавшись, я проездил кругами час, но тем не менее прибыл на торжество вовремя и оказался одним из первых гостей, так как многие тоже заблудились.
 
Сценарий праздничного дня выглядел стандартно: сначала Васька с невестой, родителями и свидетелями, фотографом и видеооператором расписываются в ЗАГСе, потом катаются на лимузине и на нем же прибывают в загородный особняк (если, конечно, можно так назвать обшарпанное здание с обвалившейся лепниной), где уже должны собраться гости. В присутствии всех приглашенных должна была состояться выездная регистрация брака, которая не имеет юридической силы, но предоставляет организаторам свадеб больший простор для творчества, чем официальная: в случае с Васькой и его невестой для них соорудили стилизованный алтарь с искусственными цветами, а напротив поставили ряды стульев, обтянутых посеревшей от времени тканью, а в самом здании накрыли банкетные столы.
В ожидании молодоженов я разговорился с одним из товарищей по мальчишнику и к приезду Васьки был в прекрасном настроении. Торжественная церемония прошла в лучших голливудских традициях: жених с невестой обменялись кольцами, дали друг другу клятвы, а потом их объявили мужем и женой, дальше последовали волна поздравлений и фотосессия с молодыми. Видя счастливые лица жениха, невесты и их родителей, я мысленно обозвал себя брюзгой и начал думать, что загородная свадьба не такая уж плохая идея.
Всей толпой мы проследовали к банкетным столам – и понеслось… Оказалось, что тамада, с которым изначально договорились Васька и его новоиспеченная жена, в последний момент заболел и прислал себе замену. После нескольких трогательных тостов заместитель тамады приступил к конкурсной программе, а задания в ней были одно тупее другого. Гости, как неподготовившиеся ученики, прятали глаза, чтобы этот недоделанный клоун не обращал на них внимания: никому не хотелось выставлять себя идиотом, но и портить молодым настроение тоже не хотелось.
С обреченными лицами свидетель и свидетельница вышли танцевать эротический танец на стуле, подергались пару минут и поспешно вернулись на свои места. Потом нескольких гостей в добровольно-принудительном порядке стали заматывать в туалетную бумагу. Мама невесты, желая спасти положение, предложила выйти на улицу, но за окном к тому времени началась гроза, и мы с ужасом поняли, что заперты один на один с тамадой. На конкурс под названием «Фанты» вытащили меня и девочку лет семнадцати, которой, согласно заданию, нужно было поцеловать меня в нос. «Не бойся, я гей», – прошептал я на ухо школьнице, видя ее красное от смущения лицо. Малышка моментально расслабилась, быстро поцеловала меня, а потом выполнила еще ряд подобных заданий. Следующим в списке тамады стоял забег девушек. Учитывая, что все участницы по случаю надели вечерние платья и каблуки, зрелище получилось еще то. Потом мужчин, включая меня, посадили на стулья, приклеили надувные шарики в разных местах, которые женщины должны были заставить лопнуть ртом – выглядело глупо и пошло.
В общем, к середине банкета каждый гость успел получить свою моральную травму. Васька и его жена сидели с несчастными лицами, а подвыпившему тамаде вздумалось раздеть солидных отцов семейства до трусов и переодеть их в женщин. Тут чаша терпения молодоженов переполнилась, вдвоем они отвели тамаду в сторону, и больше я его не видел.
После ухода плешивого «короля юмора» пострадавшие стали по очереди выходить в туалет, чтобы подправить растрепавшийся парадный вид, но настроение у всех присутствующих резко улучшилось. Снова стали говорить тосты. Когда очередь дошла до меня, я пожелал, чтобы самым страшным событием на семейном пути молодых остался уехавший тамада. Шутка сработала, и я, довольный собой, занялся форшмаком из селедки. В перерывах между тостами молодожены совместно с родителями провели несколько вполне нормальных конкурсов: в одном требовалось угадать, является ли утверждение правдой, а в другом проверяли, насколько хорошо жених и невеста знают друг друга.