Так просто... Книга 2 (СИ)

Но Бил, как будто, уже ждал его. И как только мелкий гравий вылетел из-под колес «Мерседеса» Марка, когда тот притормозил у дома в Долине, вышел к нему навстречу.
— Парень, угомонись! Я ничего не обязан тебе давать!
— Да как ты не понимаешь?! Я люблю её! И она меня любит, я знаю это точно. Это вы! Ты заставил её принять это решение!
Бил тяжело вздохнул. Возможно, именно в этот момент он и пожалел о сделанном выборе, но, только на один краткий миг. Нет, пусть все остается так, как есть.
— Марк, послушай…
— Нет, это ты послушай! — Марк стоял напротив Била и его указательный палец упирался в широкую грудь старшего Гордона. — С твоей помощью или нет, но я найду её!
— Как же ты достал, парень! — Бил потерял терпение, схватил запястье Марка и сильно сжал, — Последний раз тебе говорю: убирайся! По-хорошему! если ты еще раз посмеешь приехать сюда, я не посмотрю, что ты сынок богатенького папочки и вывозу полицию! Пусть тебя упекут за вторжение на частную территорию! Ты понял меня?
— Понял, — Марк потирал запястье, — Но я не отступлю.
Он сам не мог понять, зачем делает это. Зачем мучает себя. Но ехал в те места, где они часто бывали с Джейс. Скейт-дром в парке; её любимое кафе, где пекут потрясающе вкусные пончики с шоколадом и карамелью; дикий пляж… Они же были счастливы. А могли быть вместе. Но эта девчонка все решила сама, одна, и за него тоже. И в голове молоточком начинало бить оно слово: «предательство». Она предала его.
Он вернулся домой под вечер, осунувшийся и уставший. Прошел мимо Фила, что сидел в гостиной и ждал его, прямиком в свою спальню. Достал дорожную сумку и стал кидать в неё первые попавшиеся вещи.
— Старик, — Фил стоял в дверном проеме, опираясь плечом о косяк. — Может, поговорим? Давай я сбегаю за бутылкой бренди, и ты мне все расскажешь. Поверь, станет легче.
Но Марк покачал головой:
— Прости, дружище, я не готов. А пить не буду, тем более. Это не поможет.
— А куда ты намылился, могу спросить? — Фил кивнул на сумку, что стояла на оттоманке.
— Не знаю. Поживу где-нибудь, а здесь не могу. Здесь все напоминает о ней.
И в самом деле, стоило ему подойти к комоду и отрыть верхний ящик, как вспомнилась Джейс. Как она стояла, неспешно выдвигая отделение на себя, кокетливо смотря в его сторону, и говорила что-то о том, что он держит тут про запас смену женского белья. Нет, оставаться тут, наедине со своими воспоминаниями, он не мог.
Он приехал домой к предкам. Ему навстречу вышла взволнованная Регина. А Марк коротко обнял её, бросив на ходу:
— Мам, я поживу у вас?
— Конечно, милый. К чему ты спрашиваешь? — она шла за сыном в его комнату. Небритый, осунувшийся, в помятой футболке. Был ли у неё повод для тревоги? — Что-то случилось, сынок?
— А? — Марк обернулся уже стоя около своей кровати. — Нет… наверное, я пока не понял. Пожалуйста, не спрашивай меня сейчас ни о чем, хорошо?
— Но, солнышко, я переживаю…
— Мам, мы поговорим, потом. Не сейчас. Оставь меня.
— Хорошо, но, только прими душ и приведи себя в порядок…
— Мам! — Марк тяжело вздохнул и Закатил глаза, страшась того, что мать увидит его слезы. — Пожалуйста! И не сердись.
Регина выпрямила спину и сделала глубокий вдох:
— Ужин сегодня в девять.
Она ушла, тихо прикрыв за собой дверь. А Марк устало опустился на пол, опираясь спиной о кровать, и Закрыл глаза. Ну, вот, обидел маму.
«Пожалуйста, прости…»
— Ненавижу тебя, Джейс! И люблю…
За ужином он вяло ковырял в тарелке, почти не притронувшись к еде.
Регина не могла видеть своего мальчика таким и еле сдерживала слезы. А вот Генри со звоном откинул вилку на стол, шумно отодвинул стул и, строго смотря на Марка, рявкнул:
— А ну-ка, марш в мой кабинет, сынок!
Марк горько усмехнулся, предвидя лекцию, которая сейчас обрушится на его голову. Но спорить не стал, только ободряюще подмигнул матери и неопределенно махнул рукой, дескать, все в порядке, старая песня, мне не привыкать.
 
А Генри не стал дожидаться, пока его сын опустится в кресло, и начала с порога.
— Не будь тряпкой! Посмотри на себя со стороны! Убиваться так, из-за какой-то девчонки, малолетки, которая…
Но Марк перебил отца, совершенно не придавая значения тому, что Генри вдруг стала известна причина, по которой он стал «тряпкой»:
— Я люблю её, пап! Понимаешь, люблю! И я собирался поменять всю свою, да и её жизнь! Я собирался лететь в Нью-Йорк вместе с ней!
— И что теперь? — Генри сурово смотрел на сына. — Передумал? Не полетишь? Откажешься от моего предложения?
— Я не знаю, отец. — Марк устало вздохнул и потер глаза кончиками пальцев. — Не знаю… Не могу понять, что происходит. За что она так со мной?
— Я хочу услышать твой ответ, а не эти… бабские сопли.
— Ты услышишь, — Марк горько усмехнулся и направился к двери. — Обещаю. Только, дай мне эту неделю. И еще, — он остановился и повернулся к отцу. Эта мысль так неожиданно пришла ему в голову. — Могу я тебя попросить?
— Конечно, мой мальчик.
Генри не сводил глаз с сына. Набрал полные легкие воздуха, потянулся к шкатулке, что стояла у него на краю стола, и достал из неё дорогую кубинскую сигару. Курить ему было категорически запрещено, но вот аромат хорошо скрученного вручную табака, успокаивал нервы.
— Насколько я знаю, у тебя прекрасная служба безопасности.
— Да…
— Могу я воспользоваться ей в личных целях?
— Я думаю, это можно уладить, сынок. — Генри чуть прищурился.
— Могут они раздобыть мне информацию, касающуюся Джейс? Все, что возможно: новый номер телефона, номер рейса и конечный пункт приземления самолета, адрес… Я должен знать.
— Да, Марк, — глава семьи украдкой вздохнул, но достал из стола лист бумаги и протянул его сыну. — Напиши точные данные этой девочки, если они тебе известны: полное имя, дату рождения.
Марк вернулся к столу и ровными печатными буквами вывел: «Джейсон Габриэль Гордон, 15 мая 19.. года рождения. Вылетела 25 августа в Вест-Индию, Ямайка. Студентка (здесь рука его дрогнула) Университета Вест-Индии, медицинской школы». Вернул листок отцу и вышел из кабинета.
Спустя четыре дня отец снова пригласил Марка в свой кабинет.
Он вошел, но увидел в кресле, около рабочего стола, главу Департамента службы безопасности корпорации, Майка Кормакка. Тот встал, когда Генри и его сын вошли в комнату.
— Вот, Марк, думаю, Майк тебе знаком. Я попросил его лично приехать к нам домой с отчетом, и представить его тебе.
Кормакк переглянулся со своим начальником, получил его одобрение, в виде едва заметного кивка головой, и протянул Марку пластиковую папку, которую держал в руке.
— Вот, мистер Эриксон, тут полный отчет о проделанной мною лично работе.
— Я могу посмотреть его? — Марку не терпелось увидеть все своими глазами.
— Да, разумеется. Думаю, у вас возникнут кое-какие вопросы, я готов дать на них полный ответ.
— Да, да. — Марк нетерпеливо опустился в кресло и стал листать папку. Но с каждой перевернутой страничкой он все меньше понимал суть того, что было написано в отчете. — Простите, — он посмотрел на Майка. — Но, из этого всего следует, что…
— … что среди пассажиров всех рейсов, следующих 25 августа до Ямайки, Джейсон Габриэль Гордон зарегистрирована не была. Она не покупала билет, сэр.
 
— Но… но это бред! — Марк кинул папку на стол. — Этого быть не может. А что известно о её родственниках, что живут в Вест-Индии?
— Сэр, я сам лично летал на Ямайку. Там нет её родственников.