Так просто... Книга 2 (СИ)
А дома, за ужином, когда два воробья наперебой делились с ней впечатлениями от сегодняшнего дня, она, вскользь, упомянула о том, что видела Джейс в Центре.
— Мамочку?! — вилка упала из рук Николаса.
— Да, дорогой, вашу маму. — она улыбнулась внуку. — И она была очень расстроена.
— И чем же? — Марк недоверчиво хмыкнул.
— Тем, что вы ей вчера не позвонили.
— А должны были? — Брови Марк сошлись на переносице в одну линию.
— Милый, — Регина вздохнула, отложила столовые приборы и строго посмотрела на сына. — Если ты хочешь выяснить отношения, то ни при детях. Надо постараться забыть то, что произошло. В конце концов, без того прошлого, не было бы этого настоящего. — Она ласково улыбнулась внукам.
— Если ты можешь так легко взять и…
— И я еще раз напоминаю тебе! — Регина повысила голос, что случалось с ней крайне редко. — Я тоже мать! И я волнуюсь, когда ты долго мне не звонишь! Так что!..
— Бабушка! — Бри удивленно таращилась на неё. — Ты? Ты ругаешь папу?!
— Крошка, — Регина перевела дыхание. — Иногда я думаю, что твоего… папу, — она строго посмотрела на сына. — Будет полезно и отшлепать.
— Мам!
— Марк!
Он сдался:
— Хорошо, прости! Я подумаю…
— Марк!
— Мы позвоним ей!
— Вот это да! — Бри восторженно смотрела на Регину. — Значит, если папа, (ей безумно нравилось называть Марка теперь именно так), провинится, то мы можем пожаловаться тебе, и ты его накажешь?! И даже поставишь в угол?
— Именно так мне и придется поступить в следующий раз, если ваш папа будет делать непозволительные вещи! Воробушек, — она протянула руку Николасу, давая тем самым понять, что разговор с сыном окончен. — Расскажи мне, как ты так быстро научился кататься на велосипеде?..
А Марк чертыхнулся про себя, но не выдержал, и скривил губы в беззлобной усмешке: и это его мама! Та, кто так редко выходит из себя! Но часа через два, он позвал детей в библиотеку, усадил их за стол и набрал номер Джейсон. Поставил телефон на видео связь, чтобы оба воробья могли одновременно говорить с ней, и сел на диван.
Впервые за столь долгое время Джейс была предоставлена самой себе. Было странно спать ночью, не вставая проверить, как там дети. Встать утром немного позже и приготовить завтрак только для себя. Впрочем, она обошлась чашкой кофе с корицей и двумя тостами. Она отгоняла от себя мысли, что, вполне возможно, если Марк выполнит свою угрозу, то вся её жизнь станет вот такой, пустой.
От пустоты и тишины в доме, она переделала кучу дел: навела идеальный порядок в детской, хотя прекрасно знала, что стоит только маленьким человечкам переступить порог дома, и все вернется на свои места.
На плите, на медленном огне, в небольшой кастрюльке, томился «Солнечный суп», любимый суп её малышей, рецепт которого она привезла с Бали. В нем только не было красного перца чили. Шарики из картофеля и креветок она бросит во фритюр, когда дети уже будут сидеть за столом. А вот на десерт она приготовила им перевернутый пирог с манго. День карибской кухни.
А вот сейчас, чтобы хоть как-то скоротать ожидание, Джейс уселась в кресло, на веранде, с книгой в руках. Сегодня её соседей не было ни видно, ни слышно. Но тишина не придавала ей спокойствия.
В половине шестого вечера к воротам кондоминиума подъехал черный представительский внедорожник. Джейс смотрела, как открывается водительская дверь и из неё выходит плотно сбитый высокий мужчина. Обходит машину, и открывает пассажирскую дверь, выпуская Марка. Она невольно сглотнула: это все напоминало сцену из какого-то блок-бастера, с прибытием президента к месту деловой встречи. Вот только «президент» вышел, одетый в потертые темные джинсы, гранжированные на колене и икрах, и четной футболке.
Марк открыл заднюю дверь и выудил из салона машины, одного за другим, детей. Первая опустилась на землю Габриэль, с ярко розовым плюшевым длинноухим зайцем в руках. Игрушка была почти одного роста с ней. Да и сама девчонка была одета в новенькое нарядное пышное платье. А два высоких хвостика на её голове забавно раскачивались из стороны в сторону, когда она бежала к Джейс:
— Мама! Мамочка, смотри! — Она вытянула перед собой зайца, — Это Клубничка!
— Клубничка? — Джейс присела перед дочерью, гладя её по волосам.
— Да! мне папочка подарил её!
— Папочка?! — Джейс удивленно посмотрела за спину дочери, где «папочка» шагал за руку с сыном и помогал тому катить новый велосипед.
— Папочка! — Бри улыбнулась, повернула голову и подмигнула, как умела, отцу, что уже стоял за её спиной. — Правда же, Клубничка подружится с Флафи?
— Флафи? — Марк удивленно приподнял одну бровь.
— Да! — Бри решила все пояснить ему сама. — Флафи — это мамин мишка! Белый. Она спит с ним.
— Кид, дорогой! — чтобы как-то скрыть смущение от неловкой ситуации, Джейс протянула руки к сыну. На мальчишке тоже были новые, явно купленные в дорогом магазине, вещи.
— Джейс, — Марк растрепал волосы на макушке сына и подтолкнул его к матери, — Могу я тебя попросить?
— Да? — она прижала мальчишку к себе.
— Он — Николас. Ему и самому так нравится больше.
Джейс набрала полную грудь воздуха. Этот «папочка» стал таковым всего несколько дней назад, а уже смеет влезать в их жизнь и наводить в ней свои порядки? Ну, нет! вот этого не будет!
— Николас, дорогой, Бри, — она ласково улыбнулась детям, — Я хочу поговорить с Марком. Можно? — воробьи кивнули. — Идите в свою комнату и переоденьтесь. Скоро будем обедать.
Марк стоял, засунув руки в карманы, и ждал. Хотя, времени у него было не так уж и много. Что ж, он выслушает её, но потом все выложит Джейс, и ей придется это принять.
— Марк, — Джейс выпрямилась. — Не делай этого.
— Не делать, чего?
— Не потакай всем их капризам: новая одежда, игрушки…
— Смотри на это под другим углом, — Марк вздохнул, взглянул на часы и развернулся, направляясь к машине. Он знал, что Джейс следует за ним. — Я не потакаю, я наверстываю упущенное, за пять лет.
— Наверстываешь упущенное? — Джейс опешила. — А мне? что потом прикажешь делать мне?
Марк повернулся. Сейчас Джейс напоминала ему маленькую, но очень смелую птичку, что спасает свое гнездо от коршуна. Ему даже показалось, что у неё появилось оперение. Вот только, битву эту, крошечная птаха проиграет.
— Я не совсем понял?
— Не понял? — Джейс всплеснула руками. — Ты убедишься, что с твоим отцом все в порядке и улетишь в Нью-Йорк! А они будут меня ненавидеть, потому что я не смогу дать им всего того, что ты сейчас так щедро, наверстывая упущенное, даришь им!
— Послушай, — Марк сделал шаг к Джейс, грозно нависая над ней, и Джейс пришлось отступить. — Если ты еще не поняла, или, если я что-то не так объяснил… Я лечу в Нью-Йорк всего на несколько дней, уладить кое-какие формальности. Я вернусь в ЛА к выходным, насовсем вернусь. Я больше не оставлю своих детей. И более того, я хочу, чтобы они жили со мной. Точнее, нет, не так, — он зло сощурил глаза, его голос был тихим, уверенным и твердым. — Мои дети будут жить со мной. Поэтому, собери вещи…
Сильнейший удар. Под дых. И Джейс забыла, как дышать. Она ловила воздух открытым ртом, прижимая ладонь к горлу, и только мотала головой.
А Марк продолжал добивать её:
— Как ты поняла, я сказал им, что я их отец. Я не знаю причину, почему этого не сделала ты. Но будь добра, за время моего отсутствия, придумай что-нибудь более-менее правдоподобное, чтобы объяснить им, почему меня так долго не было с ними. И еще, детям не нравится бывать у Била и его жены. Поэтому, когда у тебя выпадают ночные дежурства, ты должна сказать об этом Росу, и он либо отвезет Ники и Бри в Холмби Хиллс, либо привезет сюда Консуэллу. Выбери, что тебя устраивает больше. Согласись, так будет лучше для всех.
С этим она не могла не согласиться. Джейс и самой были неприятны косые взгляды Алисии. Но позволить себе няню она не могла.