Женщина и война. Любовь, секс и насилие

Летом 1940-го француженки повторили подвиг Марианны. Обнажив грудь, как с двумя гранатами под танки, они бросились на шею солдатам вермахта. Эренбург предположил в «Падении Парижа», что тайные бойцы «сопротивления» награждали немецких солдат сифилисом и подрывали наступательную мощь вермахта.
Ещё четыре года войны прошло. Франция, наглотавшись унижений от «бошей», распахнула объятия американским солдатам. У французских street-girl появился повод от всей души ликовать — у американской армии не было запрета на секс с барышнями Булонского леса. На этом звёздно-полосатая армия «погорела». Среди американских чернокожих солдат использование презервативов пропагандировалось не так широко. Командование, забыв о квартероне Александре Дюма-старшем и зная царящие в ту пору нравы в Соединённых Штатах — белая женщина постыдится близости с чёрными, — полагало, что француженки, как и американки, будут избирательны в выборе партнёров для секса, и, как следствие детской наивности, не привило чернокожим солдатам навык к презервативам. И поплатилось. На армию накатились венерические болезни.
Чернокожие солдаты служили в отдельных частях. Вплоть до середины шестидесятых годов прошлого века в южноамериканских штатах существовала расовая сегрегация [181] — автору, наблюдающему нынешнюю Америку, в это поверить трудно. Но это позволило Герингу ринуться на Нюрнбергском процессе в отчаянную контратаку: отвечая американскому прокурору, обвинившему нацистский режим в расизме, он заявил, что США делают то же самое, и, смутив прокурора, рейхсмаршал заговорил об автобусах, школах и ресторанах — и везде: раздельно для белых и чёрных.
Природа и сущность человека одинакова и не зависит от расы и цвета кожи. Добравшись до Германии, различий между белыми и чёрными американцами в том, что касалось пьянства, мародерства и грабежей, было немного. Грабежи стали повальными, но не мелочными, если сравнивать с Красной армией. Электролампочки и оконные рамы союзников не интересовали. Вскрывали сейфы, воровали ювелирные украшения, картины, наручные часы… Бивор, отметив прегрешения Красной армии, союзников в главе «Американцы на Эльбе» тоже не пощадил. Факты грабежей «со стороны союзных войск были зафиксированы ещё задолго до того, как их части пересекли границу рейха», — написал он, приводя отрывок из доклада, подготовленного для американского командования в период сражения в Арденнах, показывающий, что не только немцы стали жертвами ограблений: «На основе обнаруженных у солдат предметов можно сделать однозначный вывод: грабёж имущества бельгийского гражданского населения осуществляется в значительных масштабах» [182].
Британские войска действовали в том же ключе. Шотландский офицер, впоследствии ставший судьей, едко отметил в воспоминаниях, что операцию по форсированию Рейна следовало бы назвать «операцией Грабёж». «Предотвратить грабёж было невозможно, — вспоминал он, — лишь только ограничить его до присвоения себе предметов, имевших небольшие размеры. Здесь в лучшем положении оказывались танкисты, которые могли разместить в своих боевых машинах всё — от печатных машинок до радиоприёмников» [183].
Не пренебрегали грабежами даже элитные подразделения. Бивор рассказал, как одно из подразделений SAS (спецназа вооружённых сил Великобритании), обслуживающее внешнюю разведку MI6, обнаружило коллекцию произведений искусства, принадлежавшую жене Геринга. Лучшие работы присвоил командир подразделения, оставшееся разобрали его подчинённые. Спецназовцы аккуратно вырезали из рамок холсты, свернули их и положили в стволы минометов, как будто только для этого и предназначенных. Что-то с годами они вернули, что-то до сих пор находится в частных коллекциях. Американские солдаты также коллекционировали картины. Через 65 лет интернет-журнал «The US Daily» сообщил, что 14 июля 2010 года США вернули Германии одиннадцать картин, вывезенных американскими солдатами в марте 1945 года из музея города Пирмазенс. Общая стоимость написанных маслом полотен составляла около $200 тысяч.
  
Грабежи и мародёрство — частная инициатива. Оккупационные власти, американские и британские, в разграблении Германии не участвовали, заводы из западной зоны оккупации не вывозили и не перегоняли крупный рогатый скот на британские острова. Но хватит о грабежах. Как насчёт изнасилований? Американцы белы-белы-белёхоньки или, как марокканцы, насиловали всех подряд?
Из донесения начальника политотдела 425 стрелковой дивизии начальнику политуправления 71 армии о состоявшейся 3 мая 1945 года встрече с передовыми американскими частями на окраине Грабова [184]:
Характерное во внешнем облике американских солдат, сержантов и офицеров до майора включительно — одеты в одинаковую форму, ботинки без обмоток, брюки выглажены, все в касках (отдельные почему-то ходили в цилиндрах) […]
Взаимоотношения между американскими офицерами ротного звена, сержантами и солдатами очень простые, без всякой внешней подтянутости и соблюдения чинопочитания. Солдаты и сержанты с офицерами разговаривают довольно фамильярно, по-демократичному, в присутствии офицеров без всякого закуривают, сидят в самых непринужденных позах.
Следует отметить, что большинство американских солдат были пьяны и вели себя неприлично, в городе усиленно занимались барахольством (многие носят на руках по 5–8 часов), хвалились перед нашими бойцами нанизанными на пальцы кольцами, которые сняли с убитых немцев, показывали фотокарточки немок, которых насиловали (выделено мной. — Р.Г.).
Из политдонесения начальнику политуправления 71 армии о встрече американцев с командиром и офицерами 425 сд, состоявшейся 6 мая на западном берегу реки Эльбы по инициативе командира американской дивизии.
Очень развязно рассказывали о порядках, дисциплине и недостатках в своей армии. В дивизии есть батальон жандармской полиции, который несёт службу охранения и наведения порядка не только среди местного населения, но и среди военнослужащих. Полиция имеет право арестовывать не только рядовых и сержантов, но и офицеров, за что их не любят поголовно все в дивизии. Полицейские задерживают всех солдат и офицеров, замеченных в якшании с немками. За сожительство с немками осуждают на 6 лет тюремного заключения (выделено мной. — Р.Г.).
В изнасилованиях первенствовали чернокожие американцы. По статистике военных трибуналов они в три раза чаще, чем их белые сослуживцы, были осуждены военными судьями [185]. Такая же тенденция, к слову, сохраняется и в нынешней Америке. Наибольший процент уголовного криминала — изнасилований, убийств, вооружённых ограблений и краж — приходится на долю афроамериканцев, составляющих более 41 процента заключённых, отбывших в тюрьме срок более одного года.
Связист Эдвард Уайз с сентября 1944 по май 1945 вёл «Походный дневник», в котором кратко описывал боевые действия. 7 апреля в дневнике появилась запись: «Перебрались в Оберхунден. Цветные ребята устроили здесь чёрт-те что. Они подожгли дома, резали всех подряд немцев бритвами и насиловали» [186].
По данным профессора криминологии Университета Северного Кентукки Роберта Лиллай (Robert Lilly), на европейском театре войны американские солдаты изнасиловали около 14 тысяч немок, француженок и англичанок (случаи изнасилования британок были единичными, они стали жертвами дислоцированных в Великобритании американских солдат) [187].
В другом исследовании указывается, что за полтора года начиная с июня 1944-го около 3500 француженок стали жертвами освободителей [188]. Единственное для них «утешение»: насилия не были групповыми.