Женщина и война. Любовь, секс и насилие

Но и Красная армия не причастна к преступлениям сталинского режима, в том числе к преступлениям против женщин — к запрету на аборты, арестам и ссылкам в лагеря жён и детей советских военнопленных или в изнасилованиях, через которые прошли в ГУЛАГе женщины-заключённые.
Зато, сравнивая положение советских и немецких женщин, возрадуемся за советских, которых не стерилизовали, даже если они или их близкие родственники оказались «врагами народа», и, продолжая сравнивать, сопоставим социальное и общественное положение женщин рейха и их советских подруг. Подруг — до 22 июня 1941 года. Затем и те, и другие начнут друг друга проклинать и предавать анафеме матерей, родивших «таких» сыновей.
  
Советские женщины и женщины рейха
 
Семья и сфера производства. Ныне не имеет значения, кто был автором мужского и женского лозунгов «3 K» — кайзер Вильгельм II или один из его советников, создавший патриотическую модель «идеального» немецкого мужчины и женщины. «Мужские 3 K»: Kaiser, Krieg, Kanonen (император, война, пушки), и «женские»: Kinder, Küche, Kirche (дети, кухня, церковь).
Гитлер, как и положено социалисту (хотя и с приставкой «национал», означающей, что он не сторонник всемирного благоденствия и лозунга «пролетарии всех стран, сядем вокруг общего котла и поровну разделим его содержимое»), приверженцем религии не был. Кайзеровский лозунг, обращённый к женщинам, он упростил, сделав упор на материнство и семейные ценности. В сентябре 1934-го, выступая на Нюрнбергском съезде Национал-социалистической женской организации, «вождь нации» ограничил мир добропорядочной фрау треугольником — муж, дети и домашнее хозяйство. Из производственной сферы немецкие женщины были исключены.
Но ещё в 1933 году, озабоченный созданием «наследственно здорового, полноценного немецкого брака нордического типа», фюрер подписал «Закон о поощрении семьи», в рамках которого новобрачным выдавался беспроцентный заём в размере 1000 марок (почти в девять раз превышавший среднемесячную зарплату). Но долг государству можно и не выплачивать — для стимулирования беременности после рождения каждого ребёнка, вплоть до четвёртого, с него списывались 250 марок.
Богомолов, офицер военной разведки, был удивлён, в мае 1945-го увидев в немецкой спальне коврики над кроватями с вышитыми изречениями, непривычными для советского человека: «Zweimal in der Woche ist nicht schadlich weder dir noch mir». Пунктуальные немцы вежливо (на языке крутится «политкорректно») напоминали друг другу, что пора пошевеливаться — «два раза в неделю не повредит ни тебе, ни мне».
В Советском Союзе буржуазные штучки не проходили — считалось мещанством публично намекать мужу (жене) о необходимости выполнять супружеский долг (даже в контексте здорового образа жизни), и вместо обязанности два раза в неделю сжигать лишние калории на брачном ложе супругам рекомендовали свершать трудовые подвиги и выполнять гимнастические упражнения.
Пока неработающие немецкие женщины, которым вменили в обязанность два раза в неделю ублажать мужа, маялись на кухне, ожидая супруга, их оппонентки, советские женщины, не забивали себе голову мелкобуржуазными глупостями. Ткачиха Дуся Виноградова на Всесоюзном совещании рабочих и работниц-стахановцев в Кремле в ноябре 1935-го не скрывала восторга:
«Товарищи, я расскажу, как работаем мы, стахановцы текстиля. Я раньше работала на 16 станках. Недавно я была в Москве и дала обещание т. Молотову и т. Андрееву, что перейду на 140 станков. Своё обещание я сдержала — теперь я работаю на 144 станках. (Аплодисменты.)
[…] Сейчас вся наша фабрика работает на уплотнённой работе. По нормам полагается обслуживать 40 станков, а мы работаем на 52, 74, 104, 144 и 148. Мы не считаем это пределом. Тов. Сталин, я даю обещание, что не остановлюсь на этом, через месяц я перейду на 150 станков и дам безбрачную продукцию, лучшую в мире ткань. (Аплодисменты.)
[…] Я счастлива, как никогда! Это вы, товарищ, Сталин, дали мне такую жизнь!» [114]
  
Вот это жизнь! С мужчинами полное равноправие! Но и этого недостаточно советской женщине для глубины женского счастья! Повоевать бы, как Анка-пулемётчица, боевая подруга Василия Ивановича Чапаева! Повоевать? Пожалуйста. Почему бы и нет? 1 сентября 1939 года, в день нападения Гитлера на Польшу, в СССР опубликован Закон «О всеобщей воинской обязанности». 13-я статья Закона предоставила право Народным комиссариатам обороны и ВМФ принимать женщин на службу в армию и флот и привлекать их на учебные сборы.
Немецкие женщины, загнанные в рамки трёх К (Kinder, Küche, Kirche), лишённые шансов совершать военные и трудовые подвиги и, работая на 144 станках, зарабатывать тройную зарплату, прослезились. Что осталось бедной немецкой женщине, которую в её несчастливой, нетрудовой жизни усиленно склоняли отрабатывать в постели супружеский долг? Рожать. На короткое время освобождая себя от обязанности два раза в неделю ублажать мужа.
Для фрау, выполнивших и перевыполнивших план деторождения, рейх создал государственные награды. С 16 декабря 1938 года особо отличившимся женщинам вручался Почётный крест немецкой матери (Ehrenkreuz der deutschen Mutter), имевший три степени: Бронзовым крестом награждались за рождение 4–5 детей, Серебряным крестом — за рождение 6–7 детей и Золотым крестом — за 8 и более детей.
Западные женщины-феминистки сочли оскорбительным использование фрау в качестве живого инкубатора, и французская журналистка Татьяна Маданик, интервьюируя Гитлера в январе 1936 года, напрямую спросила его: «Правда ли, что единственная роль немецких женщин заключается в рождении детей?» Гитлер от ответа не уклонился: «Я предоставляю женщинам те же самые права, что и мужчинам. Но я не думаю, что они идентичны. Женщина — товарищ мужчины по жизни. Она не должна быть обременена задачами, для которых создан мужчина. Я не собираюсь создавать женские батальоны. На мой взгляд, женщины лучше подходят для социальной работы» [115].
Что в этом странного? Какая ещё сфера трудовой деятельности осталась для фрау, воспитанных в традициях два раза в неделю отрабатывать на супружеском ложе?
Немецкие женщины отвечали фюреру любовью, доходившей до помешательства. Почта мешками доставляла ему откровенные и бесстыжие признания в любви. Тысячи таких писем обнаружил в 1945-м в бункере Гитлера американский офицер Уильям Эмкер. Часть из них вошла в его книгу «Любовные письма Адольфу Гитлеру». Письма фюреру начинались со слов, которыми бы восхитились персидские цари, выросшие на сказках Шахерезады: «Сладчайшая любовь, покоритель моего сердца, единственный мой, дражайший мой, самый истинный и горячий мой возлюбленный…» Некоторые письма начинались скромнее: «Моему возлюбленному Фюреру», «Моему сахарному сладенькому Адольфу» или просто «Дорогому Ади». В одном из писем писалось: «Я могу целовать тебя тысячи и тысячи раз и оставаться неудовлетворённой! Моя любовь к тебе безгранична, она так нежна, так горяча, она переполняет меня!» [116]
К слову сказать, высокие чувства свойственны не только немецким женщинам. Комсомолки мечтали зачать ребёнка от Сталина…
Ах, как искренне и непринуждённо девушки-красавицы любят наделённых властью мужчин! 21-й век. Когда Путин был скромным премьер-министром, не помышлявшим о третьем президентском сроке, студентки журфака Московского госуниверситета, надежда российской журналистики, наглядно продемонстрировали, как пересекаются две древнейшие профессии, и разделись для эротического календаря на 2011 год, обратившись к Путину с криком отчаяния: «Леса потушили, а я всё ещё горю». А другая очаровашка-выпускница МГУ, также надёжа российской журналистики, также гордость и краса улицы красных фонарей, со страниц того же эротического календаря на 2011 год в нижнем белье обратилась к ВВП со сладким вопросом: «а как насчёт третьего раза?» — Автор закусил губу, замечтался и тоже бы клюнул на заманчивое предложение, однако, истекая завистью, с полной ответственностью вернулся в год 1945…