Ложная девятка. Шестой том (СИ)
— Зачем что-то менять, если это работает? — засмеялась Катя. — И да, я так и собиралась сделать. Если тебе природная скромность мешает пользоваться своей популярностью и славой, то я такими недостатками не страдаю.
— Ну хорошо, — согласился я. — Поехали.
* * *К бассейну «Москва» мы подъехали на такси около полудня. Огромная круглая чаша, окруженная белыми павильонами, поражала воображение даже меня, хотя я уже не раз видел его раньше. Диаметр 130 метров — почти как футбольное поле, только круглое и наполненное водой.
У касс, как и предсказывал, была очередь. Но Катя, как обычно, нашла выход.
— Девушка, — обратилась она к кассирше, — а вы не знаете, что вот этот молодой человек — Ярослав Сергеев? Футболист «Торпедо»?
Кассирша внимательно посмотрела на меня, и ее лицо озарилось улыбкой.
— Ой, да это же вы! — воскликнула она. — Я вас по телевизору видела! Как здорово вчера сыграли! В финал прошли!
— Спасибо, — смутился я.
— Сейчас, сейчас, — засуетилась кассирша. — Вам абонементы на полный день.
Через несколько минут мы уже переодевались в раздевалках.
— Как видишь, всё получилось, — довольно сказала Катя. — И как я тебе?
— Огонь, — честно ответил я. — Ты здесь самая эффектная.
* * *Вода в бассейне была удивительно теплой — градусов 30–32, не меньше. Пар поднимался легкой дымкой, создавая почти мистическую атмосферу. Вокруг чаши купались люди всех возрастов — семьи с детьми плескались в мелкой части, молодежь загорала на лежаках, пожилые люди степенно плавали кролем по дорожкам.
— Класс, — сказал я, погружаясь в воду. — В апреле, а ощущение, что на южном курорте. Как на Кубе, честное слово!
— Да тут и зимой так же, — ответила Катя, подплывая ко мне. — Помнишь, как мы в феврале приходили? Снег вокруг лежит, а мы купаемся.
Мы проплыли несколько кругов по периметру бассейна. Народу было достаточно, но не тесно. В центре, у трамплина, ныряли любители прыжков в воду. Дети визжали от восторга в своих мелких бассейнах. А из динамиков, развешанных по периметру, лилась приятная эстрадная музыка.
— Внимание! — раздался бодрый голос диктора. — Сейчас для наших посетителей прозвучит песня в исполнении Аллы Пугачевой «Миллион алых роз»!
И действительно, над водой разлился знакомый голос:
'Миллион, миллион, миллион алых роз
Из окна, из окна, из окна видишь ты…'
Мы вылезли на берег и устроились на лежаках. Катя достала из сумки солнцезащитные очки и журнал «Советский экран».
— Будешь мороженое? — спросила она.
— Конечно.
Катя подошла к буфету, расположенному в одном из павильонов, и вернулась с двумя порциями пломбира в вафельных стаканчиках.
— Райское наслаждение, — сказал я, откусывая холодное мороженое и щурясь от солнца. — После всех этих тренировок, матчей, переживаний.
Рядом с нами на лежаке устроилась молодая пара. Парень был загорелый, спортивного вида, девушка — симпатичная блондинка в модном купальнике.
— Смотри, — шепнула мне Катя. — Спорим, сейчас подойдут?
Я обернулся и действительно увидел, что парень показывает на меня девушке.
— Ярослав Сергеев! — не выдержал он и подошел к нам. — Можно познакомиться? Я Андрей, а это Лена. Мы так за вас переживали вчера!
— Приятно познакомиться, — пожал я ему руку. — А это Катя.
— Это было очень нервно, — включилась в разговор Лена. — Особенно когда 3:0 было. Думали, все, конец. А потом эти ваши голы в концовке!
— Да уж, нервы помотали, — признался я. — Но хорошо, что все закончилось.
— Теперь «Днепр». Как вы думаете, кто победит?
— Советская команда, — ответил я, и все засмеялись.
Мы поболтали еще несколько минут, потом ребята тактично отошли, оставив нас одних.
— Даже в бассейне покоя нет, — вздохнула Катя. — Ох уж эта мирская слава.
— Да ладно, — отмахнулся я. — Как будто тебе не нравится. Ты видела, как эта Лена смотрела на твоё бикини?
— И не только она, — засмеялась Катя.
* * *Мы просидели в бассейне до самого вечера. Покупались, позагорали, поели в буфете чебуреков и выпили лимонада. Когда солнце начало садиться, включили подсветку — разноцветные прожекторы превратили воду в сказочную картину.
— Внимание! — объявил диктор. — До закрытия бассейна осталось тридцать минут.
— Не хочется уходить, — призналась Катя.
— И мне, — согласился я. — Но надо.
Мы переоделись и вышли из бассейна. Вечерняя Москва встретила нас прохладным воздухом и первыми огнями фонарей. По Кропоткинской набережной неспешно прогуливались влюбленные пары, где-то вдалеке играла музыка.
— Знаешь, — сказал я, обнимая Катю за плечи, — сегодня был отличный день. Хочется, чтобы таких было как можно больше.
* * *Да, получился отличный день, и посещение бассейна «Москва» принесло мне действительно очень много положительных эмоций. Но уже лежа в кровати, когда Катя уснула, положив голову мне на плечо, я задумался о Москве будущего, о том, что на месте этого бассейна теперь стоит храм Христа Спасителя.
И я поймал себя на мысли, что несмотря на то, что я не очень-то религиозный человек — хотя все, что со мной приключилось, волей-неволей подталкивает к мистике, кто знает, из-за чего я здесь оказался, — все-таки при всех своих достоинствах, которых очень много, хорошо, что на месте бассейна «Москва» в будущем храм Христа Спасителя.
И не потому, что в православной церкви мало храмов. Этого добра в Москве, да и по всей России достаточно, и строились они регулярно. Вовсе нет. Все-таки, как я помню из школьной программы, оригинальный храм был этаким народным памятником. И он был построен не на государственные средства, а на деньги, собранные простыми людьми. И вкладывали и несли свои кровные очень многие — от простых крестьян до купцов и промышленников.
Так что постсоветская власть наворотила очень многое, но восстановление храма Христа Спасителя — это, наверное, правильно. Другое дело, что бассейн «Москва» должен был быть все-таки перенесен на другое место. И лучше бы вместо бесчисленных торговых и бизнес-центров один из московских мэров построил бы вот такой вот бассейн под открытым небом. Но это уже совсем другая история.
* * *Ну а на следующий день, когда я приехал на Восточную улицу, Эдуард Анатольевич нас удивил. Потому что вместо обычной тренировки мы отправились в Подмосковье, на автополигон НАМИ. Предводитель сказал, что он решил и сегодняшний день посвятить разгрузке. И нам нужно немножко развеяться.
— Ну, развеяться так развеяться, — сказал он. — Кто против?
Я сидел у окна и думал о том, что эта поездка для меня будет особенной. В отличие от остальных ребят, я точно знал, что такое хорошая машина. У меня под окнами стоят и «Опель Манта», и оригинальная «Фиат Регата» — машины, которые в СССР можно было увидеть разве что возле посольств. И мне было интересно посмотреть, насколько советские инженеры смогли приблизиться к мировым стандартам.
— Слав, — подсел ко мне Володя Кобзев, — это же твоего отца детище, да?
— Не только его, — ответил я. — Там целая команда работала. Но да, отец очень плотно во всём этом занят.
— А что за машина-то? — поинтересовался Коля Савичев.
— Увидите, — улыбнулся я. — И вам точно понравится.
Леня Буряк, сидевший через проход, хмыкнул:
— А то зла не хватает — у нас второй финал еврокубков подряд, а ездием на «Жигулях». Платини и Румменигге-то на других машинах катаются.
* * *Полигон НАМИ встретил нас весенним солнцем и свежим воздухом Подмосковья. Асфальтированные дорожки, испытательные трассы, административные здания — все выглядело серьезно и современно.
Нас встретил отец в сопровождении нескольких инженеров.
— Добро пожаловать на полигон! — приветствовал нас отец. — Вы первые, кто сможет оценить нашу новинку не как чиновники или специалисты, а как обычные советские граждане.