Сваха (СИ)
До таверны летела и сушила волосы на ходу. Папуля тоже бежал к старосте и меня подгонял. Пробегая центр, увидела толпу, что облепила уличный погреб Трофима Гордеича. Крепкий погреб. Надо узнать — где материал брали и кто строил.
Весю долго ждать не пришлось. Вот она услышала новость и в мгновение переоделась в уличное. Выходя из комнаты, натолкнулись на Григо в костюме с букетом розочек. Мы заверили, что отвлечем отца Митрия от разоренного розария, и сбежали.
— Получается, что наша командировка подошла к концу? — уточнила Веся, сбиваясь с быстрого шага.
— Ага. — подтвердила я. — Нам тут больше делать нечего. Можно еще скомпрометировать их, но это уж совсем на крайний случай.
— Поскорее бы этот случай настал. Что? Я никого еще не компрометировала! Интересно ведь.
Вик заметил нас из окна дома старосты и махнул, приглашающе, в толпу. Толпа из мужиков голов в двадцать хмурилась, ругалась и предлагала изощренные методы расправы. Веселея отвергла все как допотопные и предложила пытки. Чтобы она не ляпнула лишнего, я внесла свою лепту и ГТО решила применить к этим циркачам. Трофим Гордеич выглянул в другое окно, открытое, и дал согласие, предъявив толпе лист, на котором я вчера выписывала испытания и упражнения. Успела мало, но по ходу вспомню и добавлю еще.
Мужики в основном были не грамотные, а потому Веселея поставленным голосом зачитала вслух:
— Бег на короткие и длинные дистанции, прыжки в длину с разбега или с места, самооборона без оружия, подтягивание на перекладине, отжимания, бег на лыжах.
Из погреба потребовали пытки, но их никто не стал слушать.
— Ты, Оленка, командуй! — вышел вперед Ороен. — Говори что нужно нести и все будет. Только уж будь добра включи в список участников и меня. — потом он засмущался и добавил — Я жуть как люблю всякое такое.
Остальные мужики разделились на два фронта. Один тоже хотел участвовать, а другой решительно включился в охрану артистов.
Быстренько раздав указания, мы переместились (все, кроме Вика, старосты и тех, кто в охрану записался) во двор бочкарей. У них там большая свободная площадь, по которой бочки обкатывают, когда чем-то обрабатывают. Семья бочкарей была не против. Более того, Пронька и Игнат бодро и борзо включились в список испытуемых.
Скамьи расставлены вдоль забора, дорожка расчерчена, песочные часы на минуту (неизвестно откуда взятые) выставлены на стол председателя жюри, три стула для жюри и некий бесхитростный инвентарь.
— Кха-кха! — прочистила я горло. — Как главнюк… эээ… главнокомандующая нашими состязаниями объявляю Олимпиаду открытой! Судьи в лицах Веселеи Львовны и деда Митяя беспристрастны и честны! Я — вообще золотой человек и чудо чудное! Прошу начинать подготовку к первому истязанию… я хотела сказать состязанию — сверилась со списком и завершила — Бег на дистанцию в тридцать метров!
Пока измеряли расстояние я быстро ела. Спасибо нашим бабушкам, которые прознали мое местонахождение и не оставили помирать на службе малой родине в голоде, холоде и среди врагов. Голод был утолен не только мной, но и Весей с Митяем. Холод летом — штука редкая и сейчас не грозящая. Врагов было решено перевести в бочкаревское КПЗ и таскать из их погреба по одному. Для безопасности.
Зрители расселись по скамьям, раздетые по пояс участники разминались, судьи доедали овсяную кашу.
— На старт! — я встала и облизала ложку. — Внима… кхе-кха! — это я поперхнулась остатками и забрызгала таблицу участников, за что получила по спине от Митяя, а он по затылку от Веси. — Марш!
Натан Фунт, Игнат, два мужика с лесопилки и Ороен стартанули. Натан покраснел на первых двух шагах и схватился за сердце. По техническим сбоям организма вражины состязание было им прекращено.
Митяй отсчитывал песчинки и передал показание счетчика Веселее. Та вписала в кое-как очищенную таблицу.
Натан — дисквалификация по состоянию здоровья.
Игнат — 6 секунд.
Фома — 8 секунд.
Игорь — 9 секунд.
Ороен — 6 секунд.
Потом было еще три забега по количеству оставшихся артистов мужского пола. Только я хотела подвести итоги и приступить к следующему состязанию, как наши робкие девушки опять взбунтовались.
— И что это за дис… мин… ция! — попытались высказаться Мика и Каринка.
— Дискриминация? — уточнила Веся.
— Да! — гаркнули все девчата и благодарно поклонились Веселее. — Нас кто будет испытывать? И как? Это некрасиво с вашей стороны, а вы ведь тоже девочки!
Матери и бабушки девчат возмутились и погнали девиц в огороды полоть грядки. Я только и успела, что крикнуть в догонку о дополнительных состязаниях по нормативам девочек. Вечером. Сегодня. Форма одежды — максимально удобная. Радостный ор был мне ответом.
— Олена, — тихо обратилась ко мне Веся, наклонившись близко к уху — А есть состязания, где участникам надо и штаны скинуть? Мне бы посмотреть и убедиться, что Ибрагимка лучше. Я это и так знаю, но наглядность будет убедительнее.
Только по просьбе моего заместителя последним испытанием поставили плавание. Но до него были еще:
отжимания, в которых победил Пронька;
подтягивания — первое место разделил жилистый Игорь и мерзавец Андей;
прыжки в длину — безоговорочная победа Игната;
бег на лыжах по сырой траве — победила дружба после хорошей драки на лыжных палках, когда Багро заскользил в другую сторону, а нашим показалось, что тот хочет сбежать.
Все участники жители села получили за первое место банку соленых груздей, за второе — волнушек, остальные — сыроежек. У бабушки Мии еще много осталось варенья и благодаря этому призы девчатам тоже будут полезными и вкусными. Только и успевали требовать возврата тары законной владелице.
Аэробика девчат в вечернее время полностью оправдала то, что плавание мы перенесли на конец Олимпиады. Мужики краснели и отворачивались, когда красавицы в простых платьях скакали по скамьям, махали стройными ногами, наклонялись и хлопали в ладоши над головой. Я еще вспомнила пару поз из йоги и тогда половина парней разом устремилась охлаждаться в речку. Там мы провели окончание празднования. Выносливыми остались те, кто остался на берегу. Те кто в речке плескался были взяты на карандаш мамашами гибких девчонок. Надеюсь, что на свадебки пригласят. Зря старалась что ли?!
Глава 29. Поиск мужа. Моего
На деревянном крыльце сидели: я, Веселея, Аглая-соседка и Мартына. Раннее утро, а мы уже скооперировались. На улочке моросил дождик и идти куда-то не хотелось. Под нескончаемый треп моей соседушки мы складывали в кучку все, что было за последние два дня.
— Три парочки объявили о помолвке, одна — о разрыве отношений. — заполняла список Веся под диктовку наших добровольных информаторов. — Недовольных нет.
— Я недовольна! — выпрямилась на стуле Мартына. — Бутылка целовальная ваша меня мимо пролетала, парни все уж шибко живо девок выбирали, а на Олимпиаде, прости Единый, к речке не пробиться было! А я пыталась.
Мы молча посмотрели на нее. Аглая с сомнением, подруга с дотошностью, а я с прищуром и мыслёй, которую ухватить и развить не могла. Мартына поежилась, а потом отряхнула с груди пушинку одуванчика и расправила плечи. Могучая грудь размера пятого-шестого еще сильнее выступила вперед. Ну мы на нее и уставились. А че такого?
— Весенька, а заполни-ка анкетку на нашу уважаемую Мартыну Батьковну. — протянула я довольно угрожающе.
Еще не знаю кто, но он получит это счастье! Не все любят худых. Есть ценители прекрасных форм плюс сайз. И я найду его, где бы он ни прятался!
Итак! Мартына Федотовна. 47 лет. Уроженка села Речное. Патриот. Десять лет назад стала вдовой и с тех пор ни один мужчина на пороге ее дома замечен не был. Весь ремонт, огород, скотина и прочее держится исключительно на ее плечах, облаченных в простые ткани платьев. Увлечения — колка дров, готовка, сплетни, скандалы, интриги, расследования. Первые три делает сама, в последних охотно поучаствует. Есть сын, но он успешно женился на некой стерве и они вдвоем умчались в закат. Закат находится где-то в стороне Царь-града. Не сам город, но деревенька под ним. Мартыну с собой не взяли потому как она — патриот (что указано выше).