Жених
Леока Хабарова
Жених
ГЛАВА 1. Ловушка захлопнулась
Смуглая черноглазая индианка с красной точкой посреди лба сохраняла самурайское спокойствие. Казалось, даже не моргала. На кукольном личике застыла синтетическая благожелательная улыбка, какие обычно используют клерки всех мастей и рангов от Москвы до Центавры.
− Мне очень жаль, − проворковала краля серебряным голоском. − Но необходимо разрешение. Без него мы не имеем права оформить выездную визу.
Рома выматерился сквозь стиснутые зубы, сжал кулак и от души хряснул по огнеупорной столешнице. Он мыкался в межгалактическом порту третий час, вспотел, как мерин, и вконец озверел, однако чёртово дело так и не сдвинулось с места! Вообще ни на йоту.
− Послушайте… эээ… Мариэль… − Роман стрельнул взглядом в бейдж на пышной груди. − Вот мой паспорт. Вот транзит…
Он приложил ладонь к сенсору, и над прозрачным плато ресепшена поплыли голограммы документов.
− Медицинская страховка, локационное свидетельство, разрешение на въезд, водительское удостоверение, оплаченные пошлины… Что вам, сожри вас Ктулху, ещё надо?
− Нотариально заверенное разрешение матери, сестры, или супруги, − на смазливой мордашке не дрогнул ни один мускул. Андроид она что ли? − Без этого документа несовершеннолетние мужчины не могут покинуть Макошь девять.
− Скажите мне, Мариэль, − Роман упёрся в столешницу, склоняясь к самому носу сотрудницы космопорта. − Вы совсем шизанулись, да?
Девушка продолжала улыбаться раздражающе доброжелательной улыбкой.
− Вы меня слышите вообще? − рявкнул Рома. − Вы паспорт мой видели? Или снова показать? Мне двадцать пять! Двадцать пять, мать твою, грёбаных лет! Я − глава трансгалактической корпорации, чёрт побери! Какое нахрен разрешение?!
− Нотариально заверенное, − последовал спокойный, словно вода в пруду, ответ.
Роман схватился за голову и шумно выдохнул.
"Что ж, попробуем по-другому", − решил он.
− Мариэль, милая, − Рома скривил губы. − Мне срочно надо вернуться на Землю. Срочно, понимаете? У меня архиважная встреча в понедельник, и тратить время на тупую бюрократическую волокиту желания нет. Вот…
Он раскрыл ладонь и, активировав доступ к счетам, коснулся тонкого смуглого запястья.
− Скажи сколько и куда. − Роман лукаво подмигнул. − Не обижу, красотка. Купишь себе шубу из ондатры, или что там вы, бабы, любите.
Синтетическая улыбка стала шире. Мариэль взмахнула длиннющими ресницами, и… едва заметная кнопка на краю столешницы нажалась сама собой.
Сигнализация озарила зал регистрации красными вспышками. Сирена взвыла одновременно с Романом.
− Сука! − возопил он, но девица даже не вздрогнула.
Рома рванул к выходу, расталкивая зевак локтями, но опоздал: зал посерел от мундиров внутренней охраны. Переборки из огнеупорного стекла с лязгом схлопнулись, закрывая путь к посадочным лифтам. Дюжина красных точек расцвела на груди. Электрогарпуны… Рома хорошо знал, как действуют эти чудо-устройства. Малейшее движение − и мощный электрический заряд превратит тебя в овощ недели на две.
Роман обречённо понурил голову и поднял руки.
− Сдаюсь, − прохрипел он. − Не стреляйте!
ГЛАВА 2. Прорвёмся
− Роман Юрьевич Удальцов. Русский. Двадцать пять лет. Гражданин Континентального Содружества Союзных Республик планеты Земля. Зарегистрирован в Москве, проживает там же… − Мымра в роговых очках вскинула голову и вперилась в Рому неприятным цепким взглядом. − Всё верно?
− Угу, − уныло отозвался Роман, разглядывая собственное отражение в зеркальной стене допросной. Интересно, много народу с другой стороны пялится?
− А как вас по матушке?
− В смысле? − Рома нахмурил брови.
− Ваше матчество, Роман.
− Это ещё зачем?
Дама посмотрела на него, как на таракана.
− Не задавайте глупых вопросов, Роман Юрьевич. Просто назовите имя матери.
− Ольга, − выцедил Рома.
Очкастая дама вооружилась ручкой. Щелкнула кнопочкой и сделала пометку в блокноте. Какой, однако, убогий анахронизм.
− Сколько времени вы провели на М-9? − продолжила допрос мымра.
− Один день.
Его ответ тут же записали.
− Какова цель вашего пребывания?
− Сугубо деловая. − Роман повёл плечами, стряхивая противное оцепенение. На рейс он опоздал, на встречу не успеет. Контракт сорвётся, и многолетняя работа отца полетит в тартарары. Чудесно. Просто чудесно. Замечательно!
Проклятые бабы!
− Прошу уточнить, − строго сказала мымра и поправила очки.
− Что ж, уточню, − скривился Роман. − Я прибыл расторгнуть контракт с холдингом Макошь-синтекс-плюс.
− И? − Бесцветная бровь выгнулась над роговой оправой. − Встреча прошла успешно?
− Не слишком. − Рома сложил руки на груди. Вместо наручников на него нацепили парализующий браслет, который совершенно не стеснял движений арестованного… ровно до тех пор, пока тот не начинал чудить. − Я так и не смог выйти на связь с представителями компании.
− Думается мне, нюансы по таким встречам обговариваются дистанционно и сильно заранее. Разве нет? − тонкие губы скривились. − Всё-таки от Земли до Макоши довольно далеко. Край Галактики, как-никак.
− За идиота меня принимаете? − рыкнул Роман и подался вперёд. Парализующий браслет опасно пикнул. Пришлось прижать зад к стулу. − Да мы раз двести по Межгалу созванивались! В мельчайших деталях визит обсудили. Меня должны были встретить в порту, капсул прислать, но…
Роман сморщил лоб. Сжал кулаки и растерянно уставился на них.
− Но так и не прислали… − он сглотнул. − Я решил − форсмажор. Мало ли, что случилось. Всякое бывает…
Мымра вздохнула и нажала кнопку селектора.
− Мишенька-солнышко, − сказала она, противно щелкая ручкой. − Организуй нам два кофе и перечень всех юрлиц, ведущих дела через Землю, а конкретно − через Москву.
− Будет исполнено, Римма Надеждовна, − елейно отозвался динамик, а Рома поёжился: жопа чуяла беду отчетливо, как никогда.
"Сейчас начнётся канитель", − мрачно подумал он и злобно зыркнул на очкастую мымрицу. Ну, ничего. Главное, свалить отсюда до понедельника, а остальное − ерунда: уж как-нибудь прорвёмся.
ГЛАВА 3. Консилиум
Мишенька-солнышко − плечистый статный малый с собранными в низкий хвост волнистыми каштановыми волосами − сварганил великолепный кофе: любой отцовской секретутке на зависть. В другой ситуации Роман оценил бы терпкий насыщенный вкус и густой аромат, но сейчас… Он вцепился в пузатую чашку и дрожал, точно хренов снегирь в феврале.
Мымра, которую, как выяснилось, звали Римма Надеждовна, шарила глазами по спискам.
− Хм-м-м-м… любопытственно, любопытственно… − пробурчала она и кивнула секретарю: − Мишенька, пригласи-ка Олимпиаду Анастасьевну. Скажи − срочно, важно, неотложно.
− Будет исполнено сию же минуту, − пропел плечистый красавец и исчез за дверью.
Спустя ровно минуту он вернулся в компании редкостной страхолюдины. Более стрёмной бабищи Рома за всю жизнь не видел: приземистая, лобастая, с короткими и кривыми, как у жокея, ногами, обутыми в тупоносые туфли на низком толстом каблуке. Она шагала походкой тюремного надзирателя.
− Вызывали? − осведомилась "красотка" хриплым басом.
− Взгляните-ка, Олимпиада Анастасьевна. − Суровая очкастая Римма протянула коллеге список. Бумажный список. Ещё один допотопный анахронизм. Почему бы просто не вывести перечень на голограф? Это куда проще, чем тратить дорогущую дефицитную бумагу.
− В отличие от вас, убогих дикарей, мы активно перерабатываем макулатуру, − холодно отчеканила страхолюдина, − а деревья клонируем. У нас полпланеты лесами покрыто. Лиственными!