Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Тихую ночь едва тревожила гармоничная мелодия одноименного гимна. Ди изучила лица исполнителей и поняла, что среди них по-прежнему присутствует обидчик сестры. А также ряженый в топорно сделанной маске Санта-Клауса с глянцевыми розовыми щеками и сплошной белой бородой. Покачав головой, Ди прошла мимо, ничего не положив на жестяной поднос для сбора денег.
Дома, вешая пальто, она учуяла запах свежей выпечки, которую сестры готовили к грядущей вечеринке в канун Рождества. Помимо пары с верхнего этажа Пэм пригласила Майкла, «друга» из церкви. Все с нетерпением ждали знакомства с ним. Впорхнув на теплую кухню, Ди угостилась булочкой с сосиской, протянув с набитым ртом:
– М-м, вкуснота!
И как только сестре удавалось испечь нечто настолько потрясающее? Настоящий талант! Однако когда Ди попыталась схватить вторую булочку, то получила по запястью от Пэм.
– Эй, попробовала, и хватит! А то другим ничего не достанется. Это любимое лакомство Дебби. Она очень расстроится, если ты сейчас все съешь.
– А Майклу тоже нравятся булочки и сосиски? – спросила Ди.
Если Пэм и различила непристойный намек, то предпочла его проигнорировать, ответив:
– Ему нравятся религиозные гимны и крепкий чай. У нас в достатке и того и другого, даже если выпечка закончится.
Вечером двадцать третьего декабря Джесси, как всегда, в последний момент подыскивала подарок и пыталась воспользоваться по максимуму распродажей на городской ярмарке, приобретя несколько предметов: автоматическую моталку для пряжи себе и близняшке, заказанную в галантерейном отделе, и коробку с шоколадными сладостями из кондитерской, чтобы поделиться с сестрами в благодарность за их поддержку в последние недели. Пэм присоединилась к Джесси, когда та, колеблясь, стояла на площади перед продуктовым магазином и пыталась вспомнить, хватает ли дома сыра.
– Больше не покупай, – предупредила Пэм. – Иначе у нас он из ушей полезет. Завтра вечером соберутся только несколько друзей, а не пятитысячная орава.
В этот момент на площадь из-за угла вывалилась шумная толпа. В ней отчетливо выделялись несколько певцов, включая бегущих вприпрыжку девочек-скаутов, которые нарядились супергероинями, как сообщила Джесси своей менее вовлеченной в дела мира сестре, после чего заметила с ноткой сожаления:
– Наверное, идут с битвы хоров.
Они с Джейкобом всегда вместе ходили посмотреть финальное выступление на пирсе. Там царил особый дух: голоса далеко разносились над водной гладью, сын стоял рядом. Он тоже ценил эти моменты и часто наклонялся к матери, обнимая ее. Она отчасти надеялась, что он приедет домой и в нынешнем году, если не на Рождество, то хотя бы на хоровой концерт. Однако учитывая обстоятельства, даже лучше, что этого не случилось, в итоге решила Джесси.
– Там народу было как сельдей в бочке, – прокомментировала Пэм, используя фразеологизм, который приберегала для описания особенно людных столпотворений, в которых она не хотела участвовать.
С другой стороны площади под увитой гирляндами елкой стояла Ди. Она помахала сестрам, подзывая к себе.
– Некоторые из певцов решили устроить здесь импровизированное выступление на бис. Места тут точно больше, чем на пирсе. Пожалуйста, послушай с нами хотя бы пару песен.
Джесси поправила тяжелые пакеты, изо всех сил стараясь спрятать очень яркий логотип кондитерской. Хормейстер в цилиндре и ниспадающем плаще пытался навести хоть какой-то порядок среди разношерстной группы певцов, собравшихся вокруг елки. Ему пришлось даже прикрикнуть на «Тонированных», которые никак не могли успокоиться, обсуждая свою победу в состязании. Лидер их коллектива, немолодая женщина с тонированными волосами всех оттенков радуги, гордо носила на шее золотой венок.
– Мы всех разгромили, – громко заявила Клара, специалист по колорированию из салона «Живи ярко», где Джесси четырежды в год тайно подкрашивала корни волос.
Энергичный выкрик вызвал несколько неодобрительных взглядов стоявших по соседству певцов «Высшего образования». Кажется, намечалось соревнование по резким ремаркам, однако тут хормейстер откашлялся и объявил:
– «Я слышал глас Христа».
Когда Джесси заметила в толпе певцов в красных колпаках, то похолодела от страха и с трудом сдержалась, чтобы не броситься наутек. Санта с пластиковым лицом тоже присутствовал, плотно натянув шапку на уши. Мелькала среди компаньонов и хрупкая женщина, которая была среди ряженых в тот первый вечер. Она сначала колебалась, когда все вокруг затянули гимн, но все же присоединилась к хору. Когда ее голос воспарил ввысь, то она тоже, казалось, расцвела, как снегирь на снегу, и запрокинула лицо к облачному небу, точно загадывая желание, чтобы звезды проглянули и засияли. Того, кого так боялась увидеть Джесси, нигде не наблюдалось.
После третьей песни, задорной «Звенят колокольчики», рыжеволосая исполнительница из «Лисы и гуся», чей колпак украшала веточка омелы, покачала ведерком, глядя на сестер Лавдей.
– Все, что мы сегодня соберем, пойдет на нужды убежища для женщин нашего округа. Жертвуйте на благое дело, милашки.
Пэм недовольно фыркнула, услышав последнюю песню, которую сочла слишком фривольной, но все же бросила в ведерко всю мелочь из кошелька, как и Ди. Та, к возмущению сестры, присоединилась к хору на следующем куплете. Джесси положила пятифунтовую банкноту и кивнула в сторону других исполнителей из паба «Лиса и гусь», заметив с едва сдерживаемой дрожью в голосе:
– Вы сегодня без своего баритона?
– Этого напыщенного хлыща? – фыркнула рыжая собеседница. – Ха! На соревновании он слишком много возомнил о себе и попытался солировать, но быстро исчез, когда мы сообщили ему, что продолжим сами. – Она наклонилась ближе к Джесси. – Голос у него приятный, но парня точно нельзя отнести к любимым клиентам паба.
* * *Его тело обнаружили на пляже рано утром в канун Рождества. Неприятное событие для выгуливавшего пса горожанина.
– Я знаю, что в такой святой праздник следует стремиться к чистым помыслам, да и вообще о мертвых не принято отзываться плохо, – начала Пэм, – но я просто обязана сказать: и поделом. – Она обращалась к тесной группке собравшихся со стаканами портвейна в руках в гостиной перед столом, заставленным сладостями и прочими угощениями.
Майкл, в волосах у которого поблескивала седина, с вежливой улыбкой поднял свой бокал и отсалютовал, выражая свое одобрение. Гость отказался от разрекламированного Пэм чая, но та, раскрасневшаяся в его присутствии, явно ничего не имела против.
Джесси даже не знала, что ей следовало чувствовать. Монстр из ее прошлого погиб. Исчез – по крайней мере, физически. Хотя потребуется гораздо больше времени, чтобы изгнать его из мыслей. Но сегодня утром она получила неожиданный и очень многословный звонок от Джейкоба. Он очень жалел, что не сумел вырваться на битву хоров в этом году. Возможно, было еще не поздно воскресить отношения с сыном, оставить прошлое позади и начать смотреть в будущее. В новую жизнь, которую символизируют внуки.
– О чем задумалась, дорогая близняшка?
Джесси повернулась к сестре и ответила:
– Строю планы на Новый год.
И внезапно рассмеялась, указывая в центр комнаты, где необычайно веселая Пэм затеяла игру «передай другому», используя в качестве эстафетной палочки одно из своих деформированных творений. Пара с верхнего этажа вертела в руках толстый розовый шарик с двумя глазами и прицепленным к нему волнистым хвостом.
– Наши постояльцы такие веселые, – прокомментировала Джесси. – Я рада, что они приняли приглашение отметить праздник с нами. Давай, Салли! – подбодрила она молодую женщину, которая носом пыталась подтолкнуть надувную свинью поверх головы мужа Тима.