Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Виктор знал, что он что-то упустил. Все события последних дней были связаны друг с другом. Они следовали невидимому плану, который он поймет, лишь когда сложит в правильном порядке все звенья этой причудливой цепочки. Но этого у него не получалось.
По крайней мере, он чувствовал себя лучше. Видимо, потому, что со вчерашнего дня не пил чай. Он помылся в душе и переоделся.
  
«Надо бы собрать грязные вещи и запустить стиральную машинку», — подумал Виктор, собираясь надеть джинсы, в которых он был позавчера. Вывернув карманы, он вынул грязные носовые платки. И тут на пол упал клочок бумаги, и, как только Виктор нагнулся к нему, он сразу же вспомнил, что это записка из портмоне Анны, которую он в спешке засунул в карман и забыл о ней. Он не знал, чего ждать, но все-таки разочаровался, увидев одни цифры. Это могло быть что угодно: код банковского сейфа, номер счета, интернет-пароль или, самое простое, телефон.
Виктор сбежал вниз к аппарату. Он медленно набрал номер, намереваясь сразу же повесить трубку, как только ему ответят.
  
Глава 41
 
— Как я рад, что вы наконец мне позвонили, доктор Ларенц!
Пораженный Виктор забыл, что хотел повесить трубку. Он не рассчитывал услышать подобное приветствие. Кто это? Кому он позвонил? И почему этот человек ждал его звонка?
— Да? — На всякий случай Виктор решил ответить односложно.
— Мне очень не хотелось вас беспокоить. После всего, что вам пришлось пережить!
Голос казался знакомым.
— Но я решил, что все же вам необходимо быстрее обо всем узнать, пока не произошло что-то худшее.
Ван Друйзен! Виктор наконец узнал его. Но каким образом телефон его учителя попал к Анне в карман?
— Дорогой профессор, почему вы так взволнованы? — спросил он.
— Вы что, вообще не читали мое последнее электронное письмо?
Письмо? В последние дни Виктор не проверял почту. Наверняка там уже скопились письма от «Бунте», ведь он пропустил срок сдачи интервью.
— Нет, я пока не добрался тут до Интернета. А в чем дело?
— У нас неделю назад случилось ограбление.
— Как жаль! А какое это имеет отношение ко мне?
— Ох, меня беспокоит, что именно было украдено. Преступник взломал один-единственный шкаф и взял одно-единственное досье пациента.
— Какое?
— Я не знаю, но это был шкаф с вашими делами. Понимаете? Те случаи, которые вы передали мне, когда я купил практику. Я боюсь, что кто-то ищет какого-то вашего пациента.
— Но откуда вы можете знать, что досье украдено, если вы не помните, что находилось в шкафу?
— Мы нашли на полу пустую папку, с которой было сорвано название.
Виктор закрыл глаза, словно мог таким образом лучше понять, какой из его старых случаев может сегодня быть интересен? И кому нужно красть запыленное досье?
Вдруг ему пришла в голову одна мысль, и он открыл глаза.
— Послушайте, профессор ван Друйзен. И, умоляю, скажите правду. Вам знакома женщина по имени Анна Роткив?
— О господи, значит, вы уже знаете!
— Что я знаю?
— Ну все это…
Виктор еще ни разу не слышал, чтобы его старый мудрый профессор беспомощно заикался.
— Что вы хотите сказать?
— Ну да, значит… Вы же сами о ней спросили.
— Да. Вы прислали эту женщину ко мне на Паркум?
— Боже, она что, у вас?
— Да. А что такого?
— Я так и знал. Я знал, что это было неправильно. Я не должен был допустить этого. — В голосе ван Друйзена звучало отчаяние.
— Уважаемый профессор, объясните мне наконец, в чем дело!
— Мой дорогой друг, вы в опасности. В большой опасности.
Рука Виктора сжала телефонную трубку крепко, как теннисную ракетку перед ударом.
— В чем дело?
— Она была моей пациенткой. Поначалу я не хотел ее принимать, но она пришла по рекомендации.
— У нее шизофрения?
— Это она вам рассказала?
— Да.
— Это ее уловка.
— Значит, она не больна?
— Еще как больна! Но это не шизофрения. Наоборот. Ее болезнь в том, что она утверждает, будто у нее шизофрения.
— Не понимаю.
— Она рассказывала вам историю про собаку, которую забила до смерти?
— Да, собаку по кличке Терри. Она сказала, что это было видение.
— Неверно. Она действительно убила собаку. Все произошло по-настоящему. Она только делает вид, будто у нее шизофрения, так ей удобнее жить.
— Таким образом, все, что она рассказывала…
— Все происходило на самом деле. Она действительно пережила все эти ужасные вещи. И сбежала от них в вымышленную болезнь, чтобы не думать о правде. Понимаете меня?
— Да.
Все по-настоящему: Шарлотта, взлом загородного дома, поездка в Гамбург, яд…
— А зачем вы прислали Анну ко мне?
— Разумеется, я этого не делал, доктор Ларенц. Я вообще не хотел в последнее время ею заниматься. И зачем мне взваливать ее на вас, когда вы перестали работать? Нет, в один прекрасный день она не пришла ко мне. И это очень странно. Она пропала как раз в день взлома. Я уверен, что она связана с этим делом.
— Почему?
— Потому что в последнее время она постоянно говорила о вас, доктор Ларенц. Якобы вы ей что-то должны. Однажды она даже призналась, что хотела бы отравить вас.
Виктор сглотнул, отметив, что горло болит не так сильно, как прежде.
— Отравить? Зачем? Я ее совсем не знаю.
— Зато она знает вас.
Виктор невольно вспомнил Изабель, которая несколько минут назад сказала то же самое.
— Она беспрерывно говорила про вас. Ох, как же я виноват! Полагаю, она очень опасна. Она рассказывала ужасные вещи про то, как мучила других людей. И ту бедную маленькую девочку.
— Шарлотту?
— Да. Точно, ее звали именно так. Ох, как я неправильно поступил, я очень сожалею, доктор Ларенц, поверьте. Надо было послушаться внутреннего голоса и не брать эту пациентку. Ее надо было направить в закрытую клинику.
— Но почему же вы этого не сделали?
— Но… как же, — запнулся профессор, — вы же сами понимаете.
— Что я понимаю?
— Я не мог так просто отказаться от Анны.
— Почему?
— Я же обещал вашей жене.
— Моей жене? — У Виктора голова пошла кругом, и он оперся о шкаф.
— Да, Изабель сама просила меня продолжить лечение Анны. Как я мог отказать? Это же ее лучшая подруга.
  
Глава 42
 
Изабель. Анна. Жози. Постепенно все фрагменты складывались в единую картину. Почему Изабель была так спокойна после пропажи Жози? Почему ее не захлестывали эмоции? Она легко вернулась к своей работе, а он продал практику. Раньше он восхищался ее стойкостью. Но, может, дело в душевной черствости?
Мысли Виктора метались в голове. Он вспоминал сейчас, что она не очень-то горевала о своем единственном ребенке. Не так, как он. И правда ли она подобрала Синдбада на улице или купила его, чтобы чем-то заменить Жози? Хорошо ли он знал жену? В любом случае сейчас, в самый сложный момент его жизни, она была для него недоступна.
Она подослала Анну к ван Друйзену.
И потом еще эта история со счетом.
Виктор включил компьютер в гостиной, чтобы проверить состояние счета через Интернет.
Неужели это правда? Неужели она сняла все деньги с их общего счета? И договорилась с Анной, чтобы свести его с ума?
Он хотел открыть сайт банка, но с удивлением уставился на экран. На всякий случай поводил мышкой во все стороны. Результат тот же: ни единой иконки. Компьютер оказался пуст. На жестком диске не было никаких данных. Как он вообще включился?
Кто-то методично стер все тексты и документы. Не было ответов на интервью, пуста была даже «корзина», куда попадают удаленные документы.
Виктор так резко встал, что кожаное кресло опрокинулось и с грохотом упало на пол рядом с книжной полкой.
  
Все, время телефонных переговоров прошло. Даже счет мог подождать.
Вынув пистолет Хальберштадта, он снял его с предохранителя и положил во внутренний карман пальто. Оно было из «гортекса», теплое и водонепроницаемое, как раз такое, какое сейчас нужно.