Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Пять, — пророкотал он, к ее изумлению. — Продержите его на связи еще минимум пять минут. Он не должен двигаться с точки. И ни в коем случае по направлению к «Зоне происшествий».
Ира опустила руки. Это могло означать лишь одно и объясняло также то, почему Гетца не было здесь, наверху. Он обсуждал операцию со своими людьми: они готовились к штурму.
— А что если я не сделаю этого?
  
— Тогда у вашей дочери исчезнут все шансы спастись, а вы немедленно отправитесь с этими двумя господами. — Он мотнул головой в направлении двух служащих.
— А что, со мной будет, если я продолжу переговоры?
— Это полностью зависит от того…
— От чего?
— Как пройдет операция. Что мы обнаружим в студии. Возможно, вы получите дисциплинарное взыскание.
— Теперь нам надо заканчивать.
Ира взглянула на телефонную трубку на письменном столе Дизеля, из которой уже слышался голос Яна. Она быстро взяла ее и приложила к уху.
— Хорошо, при одном условии, — шепнула она Штойеру.
— Каком?
— Мне надо чего-нибудь выпить.
Он быстро оглядел ее сверху донизу и остановил взгляд на мелких каплях пота у нее на лбу.
— Вижу.
— Нет. Я говорю о кока-коле. Лучше всего кола-лайт с лимоном.
Штойер взглянул на нее так, словно она потребовала привести стриптизера.
— Две бутылки, — добавила она вслед.
«Одну сейчас. Другую домой. Для оставшихся коробочек олеандра, которые я нашла в пакете у ванны Сары. И которые теперь лежат у меня в холодильнике».
Она отняла руку от телефонной трубки, лихорадочно думая над тем, как можно продержать Яна еще пять минут на телефоне. Тем более что он как раз собирался положить трубку.
  
Глава 54
 
Гетц опустил забрало своего шлема. В зависимости от операции он выбирал разное маскировочное обмундирование. «Немнущееся» было не только защитой его жизни, но и его талисманом. И чем опаснее, тем темнее. Сегодня он был в черном.
Гетц встал на бетонный карниз, опоясывавший крышу здания МСВ, ухватился за лебедку крана устройства для мытья окон и посмотрел вниз. Где-то далеко внизу, под ним, болталась люлька, в которой сегодня вообще-то должны были находиться двое из службы уборки, чтобы отдраить окна северного фасада. И Потсдамер Платц, обычно такая забитая транспортом, была пуста. Кроме нескольких машин спецкоманды и трех автомобилей прессы, никто не пересекал заграждений опасной зоны. Штойер распорядился отбуксировать отсюда даже припаркованные машины жильцов.
«Ну что ж», — сам себе сказал Гетц и защелкнул крючки карабинов на поясе, плотно застегнутом под защитным жилетом. Потом встал спиной к пропасти. И прыгнул.
Через несколько метров Гетц сжал оба рычага маленького черного металлического прибора, через который был протянут желто-зеленый шнур из искусственного материала. На нем уже повис шеф группы спецназа. Шнур сразу же натянулся, и Гетц уперся ступнями в наружную стену между двадцать вторым и двадцать третьим этажами. Он опустился еще на несколько сантиметров, спина его была почти параллельно улице. Затем Гетц ослабил хватку и медленно начал двигаться вниз по стене. Швейцарский прибор был меньше конверта и стоил лишь несколько франков. Однако Гетц не испытывал страха, доверяя ему свою жизнь. Даже если в этой позиции его подстрелят или он потеряет сознание, то благодаря устройству прибора это не приведет к катастрофе. Гетц доверял гарантии поставщика, согласно которой действие троса немедленно останавливается, как только прибор отпускают.
— Мы на исходной позиции, — громко и отчетливо услышал он голос Онассиса во встроенных наушниках.
— Хорошо. А что вертолет?
— Готов к вылету.
Группой А командовал Онассис, которому предстояло вторично за этот день лезть в шахту вентиляции. Группа Б с тараном и ослепляющими гранатами расположилась прямо перед студией, а группа В ждала сигнала на земле, у автомобилей. Все три группы должны сейчас сработать слаженно и не допустить ошибок. От этого зависела жизнь Гетца.
«Я вытащу Китти», — отправил он сообщение на Ирин компьютер. Для прощания больше не осталось времени. Ира не могла прервать своих переговоров ни на секунду. И ему приходилось спешить. Если Ян Май закончит беседу раньше времени, то момент внезапности им не поможет.
Гетц спустил трос пониже. Его пульс слегка участился, но все же был гораздо реже, чем у нетренированного среднего жителя. При этом его жизнь буквально висела на нескольких тонких витых нитях.
Собственно, его участие в задании не предусматривалось. Поэтому теперь ему приходилось действовать без подготовки. В одиночку, ведь остальные были задействованы в официальном плане. К счастью, он мог положиться на Онассиса и других ребят. Они прикроют его.
— Включите мне радиопрограмму у левого уха, — потребовал он по своей микротелефонной гарнитуре, спускаясь при этом еще на один этаж. Теперь он находился на высоте двадцать первого этажа. Лишь несколько метров отделяло его от террасы студии. Она нависала бессмысленным архитектурным довеском между восемнадцатым и девятнадцатым этажами. Дизель объяснил ему, что там еще никто никогда не сидел просто потому, что это было запрещено стройнадзором. Но в настоящий момент у Гетца больше не оставалось времени размышлять над идиотскими ошибками проектировщиков. Ему надо было сосредоточиться на следующем этапе. Техники командного пункта наконец отреагировали и включили ему в наушниках радиопрограмму. Гетц успокоился, услышав, что Ян и Ира все еще разговаривают. Впрочем, террорист казался раздраженным, как никогда. В студии разгоралась ссора. На заднем плане царило возбуждение, как в классе. Одновременно спорили как минимум трое.
«Совсем нехорошо», — подумал Гетц.
Захват заложников затянулся. Ян становился все более непредсказуемым.
— У вас есть его позиция?
— Да, — услышал он ответ Онассиса в правом наушнике.
Руководство операцией после первых тренировок на седьмом этаже решило не вести штурм снизу. Если они не хотели привлечь внимание террориста продолжительными вибрациями пола, надо было долбить железобетонные блоки ручными инструментами, что могло затянуться надолго. Так что они вновь попытались проникнуть через вентиляционную шахту. Онассис снова был на позиции, взяв другую камеру. Ту, которая использовалась при первой операции, Ян заметил и вывел из строя.
— Все ясно, — сказал Гетц и поставил обе ноги на неухоженный газон студийной террасы.
Он отцепил крючки карабина и, пригнувшись, пробежал к винтовой лестнице, которая вела на пол-этажа вверх, ко входу. Мысленно еще раз повторил всю последовательность действий. Когда он даст команду, должен стартовать вертолет. Ему останется всего полминуты на то, чтобы взломать дверь и приготовиться к захвату. Как только он выяснит положение, команда Б взломает входную дверь и бросит в студию ослепляющую гранату.
Добравшись наверх, Гетц прикрепил взрывчатку у замка металлической двери в «Зону происшествий», а затем проверил свое оружие. Оно было оснащено освещением для надежной стрельбы на тот случай, если в студии почему-либо погаснет свет.
— Хорошо, — произнес он, хотя совершенно не думал так. Затем взглянул на свои наручные часы и засек время. «Что ж, будем надеяться, что Штойер был прав и Ян только симулирует». Он отогнал все сомнения в дальний угол сознания и отдал свой первый приказ: — Команда В, приступить к действиям!
— Понял, — услышал он в ответ.
Вскоре после этого послышался рокот вертолетных винтов. Теперь пути назад не было. Началось. Вертолет стартовал.
  
Глава 55
   
Ян не желал больше разговаривать с Ирой. Да он и не мог больше этого делать. Положение постепенно выходило из-под контроля. В своей жизни он не раз проводил сеансы групповой терапии. В том числе и такие, когда множество людей кричали одновременно. Но никогда раньше объектом нападения не был он сам, как в этот момент. И было очевидно, что взбунтовавшуюся свору недолго удастся сдерживать при помощи лишь словесных атак.