Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Чтобы выбить из меня деньги, да.
Он поднял правую руку и ткнул указательным пальцем в сторону Эммы. Его рука дрожала, как при болезни Паркинсона.
— Сначала угрозы были не такие явные, — возбужденно сказал он. Но злость на людей, которые его шантажировали, заставила забыть вежливость. — Эти гнусные типы продолжают посылать мне медикаменты. Все хуже и хуже. Они почти не действуют. Лишь настолько, чтобы я не подох, пока они не получат свои деньги.
  
Паландт вытер слюну с нижней губы и тут, видимо, заметил напряжение Эммы. Ошеломленная и напуганная неожиданной сменой его настроения, она затаила дыхание.
— Простите, я забылся, — извинился Паландт. Его ярость исчезла так же мгновенно, как и воспламенилась.
Эмма задумалась: не могла ли болезнь Паландта вызвать биполярное маниакально-депрессивное расстройство личности. Решила, что не будет недооценивать его, и попросила рассказывать дальше.
— Ну что мне еще сказать, фрау Штайн? Они всеми средствами пытаются запугать меня. Например, подкладывают в посылку газетные вырезки о жестоких убийствах.
«Или окровавленный скальпель».
— Как предупреждение, что и мое имя может там оказаться, понимаете? Но сейчас они уже не обходятся одними намеками. Они перерывают весь мой дом, угрожают побоями. Я больше не могу запереть входную дверь, потому в прошлый раз они ее сломали. А сегодня приходили снова.
— Почему вы не идете в полицию?
Паландт бессильно вздохнул:
— До сих пор это было бы бесполезно. Я ведь понятия не имею, кто они, где живут. Не знаю, как их зовут. Что должна делать полиция? Сутками следить за домом онкобольного? Боюсь, у них есть дела поважнее.
— Как они на вас вышли?
— Я сделал заказ на одном сайте в Интернете.
— А что значит «до сих пор»?
— Простите?
— Вы сказали, что до сих пор не могли заявить на них. А что изменилось сейчас?
— Ах вот что, да. Шантажисты совершили одну ошибку. Они выронили мобильный телефон.
Он улыбнулся с торжествующим видом, а температура тела Эммы подскочила на несколько градусов.
— Мобильный? — эхом откликнулась она.
— Да. Я нашел его в прихожей. По нему ведь можно как-то узнать номер владельца?
Эмма пожала плечами. Ее правый глаз задергался. «Да, можно. Я послушно сохранила контакт владельца на случай, если потеряю телефон».
Ей стало плохо.
— Вы кому-нибудь уже сообщили о проникновении посторонних в дом?
К облегчению Эммы, он помотал головой:
— Нет. Когда нашел извещение о посылке, я решил сначала пойти к вам и забрать медикаменты. Морфий у меня еще есть, а вот капли на исходе.
Паландт встал.
— Я благодарю вас за то, что вы меня выслушали. И за воду, конечно. Простите, пожалуйста, если напугал вас своим появлением. Вы не дадите мне какой-нибудь пакет?
— Пакет?
Паландт указал на разорванную посылку:
— Для лекарств. Тогда я пойду домой и проверю телефон.
— Зачем? — робко спросила Эмма.
— Понятия не имею. Я сам еще не уверен. Вообще-то мне не очень хочется связываться с полицией. Но, возможно, они смогут что-нибудь сделать, если я сообщу им имя владельца телефона.
  
Глава 32
 
Эмма редко оказывалась в такой сложной ситуации, как сейчас. При этом она не чувствовала усталости, хотя сон, из которого ее вырвал сосед, был слишком коротким, чтобы хоть как-то отдохнуть. Но, как и в доме Паландта, страх разоблачения оказывал бодрящее действие.
Эмма не должна допустить, чтобы ее проникновение в чужой дом открылось. Паландту ни в коем случае нельзя звонить в полицию. Что о ней подумают, если выяснится, что из-за неуравновешенной психики она забралась в дом старого, смертельно больного человека? И так большинство людей сомневается в ее вменяемости. Даже Филипп сегодня открыто попросил ее начать курс психотерапии, а лучшая подруга обвинила в том, что Эмма хотела ее отравить.
Если узнают, что она незаконно проникла в чужое жилище, то ее репутация будет окончательно уничтожена. И все скажут, что лучше бы врачи и правда лечили ее принудительно во время эксперимента Розенхана. Потому что ей место только в психушке.
— У вас все в порядке? — задал вопрос Паландт, когда она вернулась из кухни с пакетом. — Вы такая бледная.
— Что вы говорите? Э-э-э… нет, все хорошо. Я просто задумалась.
Она передала Паландту пакет, и он подошел к письменному столу. Эмма осталась стоять у камина.
— О чем? — поинтересовался ее сосед, складывая в шуршащий пакет одну за одной упаковки таблеток.
«Я даже не предложила ему снять пальто», — подумала Эмма, уставившись на его тощую спину. Вдруг ей в голову пришла идея.
— Вы к нему уже прикасались? — спросила она Паландта.
— Простите?
Паландт обернулся к ней.
— К телефону, — пояснила Эмма. — Вы уже брали его в руки?
— Честно говоря, да. А что?
— Ну, мой муж полицейский.
Такой странный ответ, казалось, ничуть его не смутил.
— Вот как?
— Да, Филипп часто имеет дело с подобными случаями шантажа, — лгала она. — В основном, они связаны с организованными преступлениями.
Паландт закашлялся, потом сказал:
— Могу себе представить. Те, которые заявляются ко мне домой, наверняка входят в какую-нибудь организованную банду. — Он засунул последнюю упаковку в пакет и собрался уходить.
Эмма встала у него на пути.
— Я психолог и иногда работаю вместе с мужем, когда необходима психологическая экспертиза, поэтому немного в курсе его работы. К сожалению, вы осложнили расследование.
— Из-за моих отпечатков пальцев? — Паландт снял очки и потер уставшие глаза.
— Да. У них хорошие адвокаты, у этих мафиози. Вероятно, они даже были в перчатках, и ваши отпечатки окажутся единственными на телефоне.
— Но это же не важно, если отследить номер, станет ясно, что телефон принадлежит не мне, — ответил Паландт, но уже не так уверенно.
— Только если преступники идиоты и оформили договор с сотовым оператором. Но я уверена, что они используют предоплаченную карту.
— Хм.
Половицы скрипели под его сапогами, когда Паландт переносил вес с ноги на ногу. Его глаза смотрели по-прежнему дружелюбно, но выражение лица было напряженным. Похоже, стоять ему было больно.
— Ну, как бы то ни было, попытаться можно, — проговорил он, надел очки и хотел пройти мимо Эммы, но она пересилила себя и коснулась его руки.
— Честно говоря, я бы поостереглась. Паландт снова остановился.
— Почему? Что может произойти?
— Ну, вы позвоните в полицию. Они приедут, посмотрят телефон, проверят набранные номера, но не смогут ничего доказать. Но, проверив номера, полицейские вспугнут этих крыс, господин Паландт, и в итоге вы ничего не добьетесь, кроме того что дилеры лекарств обозлятся на вас еще сильнее.
— Хм.
Ее слова достигли своей цели. Они начали работать в его голове.
— Вероятно, вы правы. Я не хочу еще больше проблем и оставлю все, как есть. С другой стороны… — Он неуверенно посмотрел Эмме в глаза. — Проклятье, я хочу, чтобы это прекратилось. Они наверняка вернутся, чтобы забрать его? Я не могу просто терпеть и надеяться, что все само собой разрешится.
— Я понимаю, — сказала Эмма, не зная, какой выход из этого тупика предложить Паландту, чтобы и самой выпутаться из переплета.
— Отдайте его мне, — предложила она ему и развила свою идею: — Благодаря мужу я знаю один полицейский прием, чтобы выяснить, зарегистрирован телефон или нет. У каждого производителя есть такая скрытая функция.
Разумеется, это была наглая ложь от начала и до конца, но она подействовала.
— Вы сделаете это для меня?
— Конечно.
«Чего я только не сделаю, чтобы ты не узнал, чей это телефон».
  
Эмма посмотрела в окно, в которое бились снежные хлопья, словно в лобовое стекло автомобиля. Прикинула, может ли попросить Паландта принести ей телефон. Но прежде чем тот передумает, лучше не терять времени.
— Ну, тогда… — Эмма потрогала свой пропотевший и теперь влажный халат. — Я только надену что-нибудь теплое, и мы можем пойти.