Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
— Я не верю ни одному вашему слову.
— Я знаю. Именно поэтому вам позвонила Герлинда Добковиц, а не я.
Где-то я уже слышал нечто подобное.
Пол под ногами Мартина снова задрожал. Всякий раз, когда корабль поднимался на гребень очередной волны, по необъяснимой причине кондиционер над их головами начинал гудеть сильнее.
— Вы трусливый подлец, — сказал он Бонхёфферу. — Если вы говорите правду, то сейчас вы мне открыли, что Егор Калинин собирается из-за жажды наживы убить маленькую девочку и повесить это преступление на меня, а вы при этом пассивно наблюдаете за происходящим.
Капитан взял из стопки еще одно бумажное полотенце и смочил его под струей холодной воды.
— Еще раз: повторю я хочу предотвратить все это. Но, признаюсь, если это мне не удастся, я не стану жертвовать собой ради вас, герр Шварц.
Он скомкал влажное полотенце и бросил его в раковину, так и не воспользовавшись им.
— Вы подали на меня в суд. Вы подорвали мою репутацию. Меня отстранили от должности, я чуть было не потерял свою работу — и многое другое. Нет ничего, что вызывало бы у меня к вам симпатию. Если здесь все пойдет наперекосяк, я не собираюсь вместо вас садиться в тюрьму. А это наверняка произойдет, если я открыто выступлю против Егора.
Мартин схватил Бонхёффера за плечо и повернул его к себе лицом. Он заставил капитана посмотреть ему в глаза.
— Что у него есть против вас?
Бонхёффер сбросил его руку со своего плеча. Потом большим и указательным пальцами он осторожно потрогал переносицу. Это выглядело так, словно он взвешивал все за и против, перед тем как принять решение.
— Видеозапись, — сказал он наконец.
— Что на ней можно увидеть?
— Внешний борт «Султана». Это видеозапись с камеры видеонаблюдения, на ней в том числе видна и каюта с балконом, в которой жила ваша жена. По приказанию Егора я должен был тогда стереть ее.
Мартин почувствовал, как «Султан» наклонился набок.
— Что вы такое говорите?
Бонхёффер кивнул:
— Я отдал ему оригинал видеозаписи. Теперь на той кассете отпечатки моих пальцев.
По спине Мартина пробежал холодок.
— На этой пленке запечатлена…
…гибель моей семьи?
Слова застряли у него в горле.
Капитан кивнул.
— Я вам докажу, что хочу работать вместе с вами, а не против вас, — сказал он. — У меня есть копия этой видеозаписи. Вы можете ее посмотреть.
Глава 25
Серое облачко. Последнее изображение его сына, прежде чем он исчез навсегда. Бесцветное, без четких форм и контуров. Просто маленькое серое облачко, заснятое видеокамерой, на объективе скопились дождевые капли, частично они искажали изображение.
Первое облачко, словно туманообразная тень, отделившееся от правого борта где-то в районе последней трети судна, должно быть, и был Тимми.
Мой сын!
Мартин стоял так близко к экрану телевизора, что мог различить отдельные элементы растра и без того тусклого снимка. В этот момент он понял, что должны были чувствовать люди 11 сентября 2001 года, видевшие, как их родственники выпрыгивали из окон горящих высотных башен-близнецов и разбивались насмерть.
Он вспомнил о жаркой дискуссии с Надей, когда при виде горящих башен она заявила ему, что не понимает людей, которые кончают жизнь самоубийством из страха перед смертью. И неужели через несколько лет она сама превратилась в серое облако, ринувшееся в морскую пучину?
Это было так же немыслимо, как и те два самолета, которые один за другим врезались в башни-близнецы Всемирного торгового центра.
Но и это случилось.
— Есть у нас видеозапись с другого ракурса? — спросил Мартин.
Бонхёффер с сожалением развел руками. Они стояли в салоне капитанской каюты, шторы были задернуты, свет приглушен. Полминуты тому назад Мартин попросил капитана остановить дивиди-проигрыватель при значении покадрового временного кода 085622 СВ, то есть 20 часов 56 минут и 22 секунды судового времени.
— У вашей семьи была каюта номер 8002, она находится почти вне зоны видимости видеокамер, установленных в середине корпуса судна, то есть совсем в другом конце.
Голос капитана звучал как у больного гриппом, что происходило из-за пластырной повязки на его носу, которая пропускала мало воздуха. Эту повязку ему наложила доктор Бек. Мартин не знал, открыл ли капитан своей невесте истинную причину своей травмы или выдумал какую-нибудь ложь во спасение. Да это его и не интересовало.
— Удивительно, что вообще хоть что-то видно, — сказал Бонхёффер, и был абсолютно прав.
Первое облако, которое, словно туманообразная тень, отделилось от правого борта «Султана», только одно мгновение было освещено бортовыми огнями. Еще до того как тело ударилось о воду, оно уже слилось с темнотой и растворилось.
Мой сын растворился!
— Хотите досмотреть это до конца? — спросил капитан, вертя в руках пульт дистанционного управления.
Да. Обязательно. Но сначала Мартин хотел выяснить кое-что другое. Он показал на покадровый временной код на нижней кромке экрана, который мерцал на неподвижном видеокадре.
— Когда в тот день Надя и Тимми в последний раз входили в свою каюту?
Бонхёффер тяжело вздохнул:
— Только не спешите снова бить меня по физиономии, но по установленному тогда порядку наша Log-Trace, то есть система, с помощью которой регистрировалось использование электронных дверных ключей, в полночь была перезаписана. С целью защиты данных пять лет тому назад мы имели право хранить информацию только в течение двадцати четырех часов. Сегодня все по-другому.
— Другими словами, вы не знаете, как часто они входили и выходили из каюты в этот день?
— Нам лишь известно, что они пропустили ужин.
— О’кей. — Мартин открыл рот, и ему показалось, что из-за этого стук его сердца стал слышен еще громче. — Тогда давайте посмотрим запись дальше.
До самого конца.
Бонхёффер нажал на одну из кнопок своего пульта, и тусклые кадры вновь пришли в движение. Покадровый временной код на нижнем краю экрана начал отсчитывать секунды, пока не повторился при значении 085732 СВ. Пока не упало второе облачко.
Момент.
— Стой. Стоп! — взволнованно крикнул Мартин. Слова вылетели из его уст быстрее, чем он осознал увиденное. — Облачко! — воскликнул он, подошел ближе к экрану и прикоснулся указательным и средним пальцами к контуру той тени, которая повисла в воздухе где-то на уровне середины высоты судна. Вот так, одним нажатием на кнопку пульта дистанционного управления сила земного притяжения была упразднена.
— Что с ним? — спросил Бонхёффер. Певучесть интонации его вопроса подсказала Мартину, капитан прекрасно знал, что ему бросилось в глаза. Он увидел это с первого взгляда. Любой идиот сразу заметил бы это. Неудивительно, что эта видеозапись никогда не должна была стать достоянием общественности.
— Облачко слишком маленькое.
— Маленькое?
— Да. Первая тень была больше.
А этого не могло быть. Это было исключено, если Надя сначала усыпила Тимми, а потом выбросила его за борт. По логике вещей тогда она могла прыгнуть только после него. И в этом случае первая тень должна быть меньше, чем вторая.
Но здесь было наоборот!
Вне себя от ярости, он резко обернулся.
— Выходит, я был прав, — сказал он и выставил указательный палец в направлении Бонхёффера. — Это была наглая ложь. Ваша пароходная компания… — Мартин еще на шаг приблизился к капитану, глаза которого забегали во все стороны, — прикрылась самоубийством моей жены. Они выставили ее детоубийцей, только для того чтобы…
Да. Для чего же, собственно говоря?
Очевидный ответ на этот вопрос, которой он мог дать себе сам, лишил Мартина всей энергии, и приступ ярости прошел сам собой.
Тимми и Надя. Два серых облачка одно за другим упали за борт. Здесь уже ничего не изменишь.
Очередность их падения говорит лишь о том, что за их гибель нес ответственность кто-то другой.