Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— А ее фамилия…
Кайя сделала паузу, словно это была викторина, а она ведущая, желающая сделать напряженным момент перед откровением. Потом снова пнула рыжеволосую женщину на полу в бок. Не сильно, но так, что та вздрогнула.
— Скажи им свою фамилию, — приказала она жертве.
Женщина впервые подняла взгляд, испуганно посмотрела Матсу в глаза.
— Клопшток, — опередил он ее с ответом.
  
Кайя кивнула.
— Абсолютно точно. Почтенная супруга врача фрау Амели Клопшток.
— Жена профессора.
— Пожалуйста, — взмолилась жертва Кайи. — Мой ребенок.
Матс услышал, что детский плач стал громче. Увидел крошечную ручку, которая пыталась высвободиться из-под тела матери.
— И что, я должна его пожалеть? — спросила Кайя, направляя пистолет на Амели Клопшток. — Твоего ребенка? — Она с отвращением плюнула на ковер лобби. — Ты разрушила мою жизнь! Ты сняла это видео. Опубликовала его. С тех пор у меня больше не было секса. У меня никогда не будет детей, ты понимаешь? — Кайя перешла на крик. — Так что прекрати твердить о своем ребенке!
Кайя продолжала кричать, но Матс уже не слушал.
Видео! — думал он.
Амели была подругой Кайи. Она сняла видео с ней и Пером и распространила его.
Пер Унсел. Шепелява Унсел. Психопат, который изнасиловал Кайю.
— Это были вы? — потрясенно спросил Матс.
Следующими ответами Кайя открыла ему правду.
— Да. Она разрушила мою жизнь. И вашу, доктор Крюгер. Амели обожает манипулировать людьми. Она заманивает своих друзей сексом. Таким же способом она убедила и Йоханнеса Фабера загрузить видео и разослать своим друзьям, разве было не так?
Она прижала пистолет к затылку Амели.
— Пожалуйста, не делай этого, — умоляла мать, а Матс судорожно соображал, как разрядить ситуацию.
Больше всего ему хотелось ощутить, как самолет начинает снижаться, но, вероятно, до аэропорта было еще далеко. Поэтому он должен был тянуть время и попытаться как можно дольше поддерживать разговор с обеими женщинами.
— Почему вы это сделали? — спросил Матс. Он опустился перед Амели на колени.
Снова ответила Кайя, в то время как Амели все сильнее дрожала от страха и напряжения.
— Просто у нее такая натура. Амели любит власть над другими. И ненавидит, если она не в центре внимания. Именно поэтому она и опубликовала тогда видео. Не могла вынести, что в школе меня считали героем. Так?
— Да, да, — призналась Амели и заплакала еще громче, чем ее ребенок.
— Я только не понимаю, почему ты его обрезала! — закричала Кайя и еще раз пнула ее. — ПОЧЕМУ?
— Мы были юными. Мы не думали, — попыталась оправдаться Амели. Ее слова было сложно разобрать.
— Чушь. Ты хотела постепенно уничтожить меня?
Матс оглянулся на штору, которая не шевелилась. Рядом не было никого, чтобы помочь. Он мог рассчитывать только на себя.
— Нет… Я не знаю, — всхлипывала Амели, которая не решалась посмотреть вверх на Кайю.
Матс ей даже поверил. Вероятно, она просто действовала, следуя больным инстинктам своей нарциссической личности, и хотела скрыть знание, дающее ей власть. Наверняка она тогда еще не догадывалась, для чего ей позже может понадобиться это дополнительное средство давления на лабильную «подругу».
— Я такая дура, — вдруг произнесла Кайя спокойным голосом, что еще больше испугало Матса. — Я и правда думала, что это наш совместный план. Но я была лишь твоей марионеткой.
Как и я, — подумал Матс. Он тоже добровольно предложил Амели, или Салине, свое место. Среагировав на старое как мир клише: отчаявшаяся мать с беспомощным младенцем на руках. Она спрятала мнимое «оружие» под собственным сиденьем. И даже если Амели абсолютно точно не могла предвидеть, что он попросит ее помочь с анализом видео и тем самым раскроет ее тайну, это она все время была «кукловодом».
Следующая догадка поразила его, как удар кулаком, хотя в менее опасных для жизни обстоятельствах он догадался бы намного раньше.
Амели и есть тот голос! 
Это с ней он говорил все время — возможно, она запиралась в туалете, пока ребенок спал, пристегнутый ремнем к сиденью, или под присмотром какой-нибудь стюардессы. Возможно, даже Кайи, если у той было время.
— Встань! — приказала она Амели.
— Пожалуйста, не надо!
— Что такое? — цинично спросила Кайя. — Ты же хотела, чтобы все выглядело реально. Поэтому ты и показала Крюгеру полное видео. У меня по-настоящему должен был случиться рецидив.
Кайя посмотрела на Матса ледяным взглядом.
— Ну, тебе это удалось, Амели. Только с тем не повезло, что я и правда заполучила оружие.
Жертва Кайи подняла голову.
— Пожалуйста, помогите мне! — Амели протянула руку к Матсу. Подняла верхнюю часть туловища, приоткрывая ребенка.
Матс отреагировал инстинктивно. Он схватил младенца за тоненькие ручки. Рванул к себе. От матери. В собственные руки.
— Шлюха, — услышал он голос Кайи, а потом все было кончено. Отдачей из руки Кайи едва не выбило пистолет, но только едва.
— Н-е-е-е-т! — закричал Матс, прижав ребенка к груди и отшатнувшись от его матери; в ушах все еще звучал выстрел.
— Господи, — простонал он и посмотрел на пол.
Из черного пулевого отверстия между глаз Амели сочилась кровь.
  
Глава 64
 
— Не двигаться! — закричала Кайя, и Матс не сразу понял, что это обращено не к нему, а к Валентино, который после выстрела снова появился в лобби перед бизнес-классом.
— Убирайся, или мы все рухнем.
Кайя направила пистолет на иллюминатор.
— Спокойно, спокойно, — сказал Матс, который не знал, что случится, если Кайя выстрелит. В фильмах в таких случаях всех людей, находящихся поблизости, засасывает наружу из-за разницы давлений. Но он понятия не имел, так ли это, и ни в коем случае не хотел выяснять.
Матс медленно подошел к Валентино, который как парализованный смотрел на застреленную женщину на полу.
— Вы куда?
— Пожалуйста, я лишь хочу отдать ему ребенка.
Матс передал стюарду младенца, который после выстрела вопил во всю глотку.
— Отнесите его в безопасное место, — сказал он Валентино, не зная, есть ли еще такое на борту этого самолета. Затем задернул штору и вернулся к Кайе.
Кайя вспотела, зрачки сузились. Признак исключительного психологического состояния, а возможно, и отравления. Как бы то ни было, ситуация бесповоротно изменилась. Она убила. Сдерживающего страха больше не было, Кайя сделает это опять, и довольно скоро. Если ее не остановить. И он единственный на борту, кто был способен на это. Психиатр, знавший ее израненную душу, как никто другой.
Он опустился на колени. Пощупал пульс Салины — это было бессмысленно, но он должен был что-то делать, чтобы осознать весь ужас. В голове вспыхнула жуткая мысль: Если Салина была «голосом», тогда единственный человек, кто знал о судьбе Неле, теперь мертв!
— Где моя дочь? — спросил он, потому что должен был задать этот вопрос, хотя был уверен, что Кайя ему не солгала.
— Я правда не знаю, — ответила она, и он ей снова поверил.
Матс ненадолго закрыл глаза и внутренне собрался. Затем встал.
— Все кончено, — глухо сказал он, как самому себе, так и убийце Салины. Указал на труп на полу. — Этот человек больше не имеет над вами власти. Можете отложить пистолет.
— Нет.
— Нет?
Он попытался поймать ее взгляд, но она отвела глаза.
Кайя сильно потела, красные пятна покрывали ее бледное лицо, изо рта текла слюна. Отравление давало о себе знать, и Матс в любой момент рассчитывал услышать второй выстрел.
— Вы все еще не понимаете, да? — спросила она его. Игра окончилась, спасения не было. Ни для него, ни для Неле и тем более для Кайи, которая казнила сама себя.
  
Единственное, что было сейчас в его власти, — это предотвратить еще более масштабную катастрофу.
И только по этой причине он еще разговаривал с Кайей, а не упал, рыдая, перед ней на пол.