Гибельный шторм (ЛП)

Но зато флот смог развернуться к неприятелю. Флагманы Темных Ангелов и Ультрамаринов присоединились к «Красной слезе» и снялись с орбиты. Три могучих клина кораблей выдвинулись к «Веритас феррум». Сфера Давина уменьшалась за кормой по мере того, как флот набирал скорость.
— Новые контакты, — объявил Мот. — Они выходят из некросферы следом за «Веритас».
— Идентифицировали?
— Пока нет.
— Вокс-офицер, они что-то передают?
— Да, — отозвалась Невер после небольшой паузы. И тут же добавила, скорее оживленно, чем испуганно: — Капитан, вокс-сигнал из храма.
Азкаэллон вышел на связь. Сообщение едва можно было разобрать — вспышки статики проглатывали целые слова.
Кармин услышал: «...исчез...» Это все, что ему нужно было знать.
— Азкаэллон, сообщение получено и принято к сведению. Появился враг. Это «Веритас феррум». — Он с трудом заставлял себя поверить, что громада на экране ауспика могла когда-то быть ударным крейсером Железных Рук, но других данных, кроме сообщения от Халиба, у него не было. Кармин никогда раньше не слышал, чтобы легионер Десятого говорил с такой смесью ужаса и тоски. — Его сопровождает еще несколько кораблей. Мы выходим на дистанцию боя. Я оставлю «Виктус» и «Багряную свободу» на орбите. Они будут ждать вашего сигнала и обеспечат экстренную эвакуацию.
«Если услышат». Мысль появилась прежде, чем он успел ее отогнать.
— Прошу подтвердить получение.
В ответ раздалось шипение помех. Кармин повторил сообщение.
На этот раз ему удалось разобрать фрагменты слов и отдельные звуки.
«…инято…»
Раздался электронный скрежет, и связь пропала. Кармин нахмурился. Навряд ли Азкаэллон сам разорвал соединение.
Тем не менее он ничего не мог сделать для товарища. У него были свои обязанности, и не было времени размышлять над тем, что творится внизу. Нужно было заставить себя забыть об отсутствии примарха.
Легионер развернулся к Невер.
— Принять входящие сигналы, — велел он. — Одна секунда, не больше.
Интуиция подсказала ему последовать примеру Железных Рук.
Невер выполнила приказ. Когда она подняла взгляд от пульта, ее лицо побелело от шока.
— Там «Мрачный».
— Новые контакты, — объявил Мот. — Много движущихся объектов.
Он помолчал.
— Слишком много.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Кармин.
— Пытаюсь разобраться, капитан.
Пока Мот работал за пультом, приводя в порядок данные, Кармин всмотрелся в космос через окулус. «Красная слеза» вела за собой флот Кровавых Ангелов. По правому борту виднелось острие клина Ультрамаринов во главе с «Самофракией». Еще дальше, за пределами видимости, шли в бой Темные Ангелы. Экраны тактикариума слева и справа от командного трона ежесекундно обновляли расклад сил. Гололитические схемы выстроились в некое подобие трезубца, летящего навстречу стене. Все три острия были направлены в одну цель. То, что ауспики говорили о «Веритас феррум» не поддавалось никакой логике, но независимо от размеров враг был в серьезном меньшинстве, даже если принять в учет его эскорты.
По крайней мере, так было до последней секунды. Он смотрел прямо перед собой. «Веритас» еще не показался из космической темноты. Легионер смотрел в пустоту, ожидая увидеть огни грядущей войны, и готовился к худшему.
Кармин моргнул. Несмотря на то что разглядеть что-то по-прежнему было невозможно, ему показалось, что что-то движется. Он повернул голову, чтобы подключить периферийное зрение, и чувство усилилось. Что-то двигалось впереди, пока что слишком далеко, чтобы заметить.
— Ауспик, — обратился он к Моту, — что там происходит?
— Обрабатываю данные, — хриплым голосом откликнулся офицер.
Первые символы, появившиеся на экранах Кармина, обозначали корабли, выходящие из некросферы следом за «Веритас феррум». Одним из первых появился «Мрачный». Он не превратился в гигантское чудовище, но, судя по данным с датчиков, сильно деформировался. Новые корабли продолжали прибывать. Среди них находилось все больше и больше знакомых. Ультрамарины сообщили об идентификации гранд-крейсера «Вирту» и боевой баржи «Вечный бастион». Темные Ангелы засекли восставшие из небытия ударные крейсеры «Правосудие в ночи», «Рекурсив» и «Вуж». Мот идентифицировал корабли и других легионов. Многие из них когда-то принадлежали армиям, разбитым и разбросанным по Галактике после Истваана V. Пропавшие корабли Саламандр, Гвардии Ворона и Железных Рук вернулись из бездны оскверненными и теперь выступали в роли эскорта для «Веритас феррум».
 
— Есть закономерность, — произнес Мот. — Ни один из этих кораблей не погиб в бою. Все они пропали без вести или потерялись в варпе.
Эскорт «Веритас» разросся до размеров эскадры. Затем — до ударной группы.
— Паломник зря времени не терял, — пробормотал Кармин.
За линией вражеских кораблей изображение на дисплее превратилось в сплошную пелену линий.
— Мот, — произнес капитан, — а это что за движение?
— Некросфера, — ответил офицер после небольшой паузы.
— Она сжимается.
— Как быстро?
— С разной скоростью, магистр флота. — Схематичное изображение на экранах тактикариума продолжало показывать неясный туман на границах системы. Но теперь у него появились вектора движения. — Некоторые области движутся почти так же быстро, как корабли.
Кармин наконец смог выстроить в голове приблизительную схему грядущей битвы. Если принять в расчет относительные скорости флотов, столкновение произойдет почти что в середине пространства между Давином и изначальной позицией сферы. Клинья флота были направлены в центр бесформенного роя демонических кораблей. И вокруг всего этого словно бы смыкался гигантский кулак,
— «Сфенел» вступает в бой, — объявила Невер.
— Скажи им, что мы скоро будем, — велел Кармин. — Передай, что им не придется биться в одиночестве.
Легионер поднялся с трона и прошел на командный помост, как будто эти несколько шагов могли приблизить его к противнику.
Черно-серая пустота космоса скручивалась спиралями и стягивалась в узел. В самом центре обзорного экрана мигнула крохотная звездочка. Кармин наконец-то смог увидеть несущегося к ним монстра.
Закрывшийся портал за алтарем пульсировал, будто вена, наполненная светящейся кровью, переплетенная с вертикальной белой линией. Через несколько минут после того, как Сангвиний шагнул внутрь, Азкаэллон сообщил о прибытии «Веритас феррум».
Лев выругался и раздраженно ударил по алтарю. Каменная глыба раскололась.
Кёрз не шелохнулся. Он стоял, будто статуя из тьмы и кости, замотанный в лохмотья и скованный цепями. Ночной Призрак не двигался и не говорил с тех пор, как Лев с Жиллиманом попытались его допросить. Он просто стоял и с ужасом смотрел в портал, куда-то вдаль, в иное время. Он изо всех сил высматривал возможность победы Сангвиния. Лев никогда не видел, чтобы Кёрз был так не уверен в происходящем. Все его издевки и знания испарились. Ночной Призрак превратил себя в чудовище, поверив в то, что вселенная обречена превратиться в скотобойню и что судьбу невозможно изменить. Но теперь этот столп его существования пошатнулся. Лев почти испытывал жалость к падшему брату, но воспоминания о жертвах, падших от руки Кёрза, не давали примарху увидеть в происходящем что-то кроме первых признаков возмездия, которое ожидало этого ворона.
Он бы, возможно, мог получить чуть больше удовольствия, глядя на терзания Кёрза, если бы и сам не был пойман в такую же ловушку неопределенности.
Жиллиман хмыкнул.
— Я надеюсь, ты собираешься озвучить план дальнейших действий, — произнес Лев.
 
Бездействие, которому они предавались с момента исчезновения Сангвиния, мучило его. Примарх чувствовал себя загнанным в тупик. Он и до этого считал безумным решение Сангвиния шагнуть в портал. Но теперь у него появились доказательства.
— Нет, — ответил Жиллиман и указал на проход, — но мне интересно, связано ли произошедшее здесь с появлением «Веритас феррум».