Торжество рассудительности (СИ)

Асимдол высоколесный. Здоров. Полон энергии. Испытывает чувство азарта и волнения.Воитель летящей листы ( уровень 65–70)/гладиатор ( уровень 40–50)/ великолепный гимнаст ( уровень 25–30) / бывалый путешественник( уровень 15–20). Возраст 65–95.
Модификаторы физического состояния: маскируются стационарными чарами в месте пребывания.
Модификаторы ауры: маскируются стационарными чарами в месте пребывания.
Активные способности: маскируются стационарными чарами в месте пребывания.
Пассивные свойства: маскируются стационарными чарами в месте пребывания.
Как оказалось, даже очень и очень мощные сканирующие навыки на данной арене были почти бесполезны, видимо хозяевам заведения не нравилось, когда схватки заканчиваются быстро и просто, поскольку слабые места обладателям нужных умений или артефактов становятся сразу видны. Неприятный сюрприз, поскольку мне сложно даже представить, чего можно ожидать от подобного противника. Экс-чемпион определенно выглядел очень-очень странно, и аналогов данного существа я пока не встречал. Пожалуй, отдаленно он смахивал на кентавра, но лишь очень отделено. Четыре обезьяньи мохнатые лапы соединялись в необычайной ширине тазобедренном суставе и плавно переходили в почти человеческого вида торс и голову. Большую часть тела Цергал прятал под кольчугой, но тем не менее ступни и кисти рук его были открыты, да и лицо, смахивающее не то обезьянью морду, не то на орочью физиономию, под капюшоном из металлических колец просматривалось вполне отчетливо. Анатомические особенности буквально таки подталкивали к тому, чтобы назвать моего противника «рукожопом». Вот только бойцом он оказался отменным и очень техничным, что я сразу понял по десятку игл, внезапно разрезавших воздух меж нами и застрявших в моей руке, которой лишь в последний момент успел глаза прикрыть.
— Ублюдок! — все-таки не удержался я от ругательства, наблюдая острые кончики металлических стержней, почти навылет пробившие толстенький латный наруч, мясо, кость и противоположенную сторону стального футляра, который прикрывал собой мое запястье. От ран в разные стороны немедленно рванула боль и обжигающие разряды злой магии…Даже знать не хочу, что было бы с нормальным человеком, в котором застрял бы хоть один подобный снаряд. Скорее всего, хоронить бы пришлось в закрытом гробу, если вообще нашлось бы чего хоронить, поскольку интенсивность мгновенно поглощенных аурой чужеродных энергий была вполне достаточной, дабы полностью свежий труп обратить пеплом. А может трансмутировать в лед или там заставить растечься слизью — точной механизм действия сопряженного со снарядами проклятия остался неизвестен, ибо всерьез укорениться и сработать оно тупо не успело. — Ну, я тебе сейчас лишние лапки-то пооборву…
— Догони сначала, человечек, — оскалил немаленькие такие клыки руконогий почти обезьян, кружа вокруг меня на вполне приличной скорости и явно пытаясь зайти во фланг или тыл, для проведения нового залпа. Сокращать дистанцию меж нами он явно не собирался, хотя за спиной у него висела большая рукоять явно двуручного меча, а к кольчужным штанинам, из которых лишь мохнатые ступни высовывались, крепились ножны для кинжалов. Причем в количестве целых четырех экземпляров и довольно низко, у самого ворота штанин, а это намекало на возможность длинных покрытых грубой кожей пальцев нижних конечностей взять и сжаться в кулаки, крепко держащие оружие. — Я таких медлительных увальней как ты знаешь сколько положил⁈ Да я сам не знаю, ибо делать мне больше нечего, кроме как вас считать…
Не делая паузы для вдоха, этот руконогий любитель побахвалиться поднес к губам крохотную духовую трубку, что можно было бы легко за детскую игрушку принять. Только вот вырвавшийся из короткого и узкого белого цилиндра сноп игл поместиться внутри столь крохотного футляра не мог просто физически, двигался не многим медленнее арбалетных стрел и обладал пробивной силой, достойной как минимум тяжелого пулемета. Стекающие с моей пробитой руки капли крови растеклись зависшей в воздухе тонкой пленкой, прикрывшей от этого залпа и наверняка способной выдержать очень многое — ведь в создание этой защиты пришлось влить чуть ли не всю энергию, что теплым огоньком мгновение назад пульсировала где-то в глубине меня. И, тем не менее, барьер все равно оказался пробит, хотя всего полчаса назад этот же прием позволил мне остановить таранный удар натурального рыцаря! Тонкие, но бритвенно острые стальные стержни пусть немного замедлились, но все равно с недюжинной силой ткнулись в мои доспехи, кое-где застревая в них, а кое-где просто глубоко царапая и снимая стружку. Будто рассчитанным на пробивание латной брони боевым молотом ударили. Раз двадцать за одну секунду. Как еще на задницу позорно не шлепнулся — и сам не знаю!
 
Пробитый кровавый щит все еще был полон энергии, которая конечно частично рассеялась, но отнюдь не до конца, а потому уже успевшая послужить мне субстанция была использована еще раз. Вытянувшись в длинную плеть алая жидкость стала почти невидимой, ибо обладала толщиной рыболовной лески, но тем не менее когда она хлестнула по песку, пытаясь захватить ноги противники, то без труда перерезала бы стальную трубу или чью-то конечность. Только вот ничего нащупать ей так и не удалось. С силой оттолкнувшись от земли всеми четырьмя ногами, любитель духовых трубок взмыл высоко в воздух. А потом он повторил свой маневр еще раз, уже от воздуха отталкиваясь, дабы уклониться от метнувшейся следом преследовательницы. И прямо в полете выплюнул новый залп, оказавшийся явно сильнее предыдущего, если судить по количеству и скорости снарядов, некоторые из которых дополнительно неярко сияли из-за паразитарных потерь вложенной в них энергии.
Прикусив язык так, что чуть его вообще зубами не оторвал, я получил новую порцию тауматургического топлива для своей магии, и использовал её для создания нового барьера, ослабившего вражеский залп до приемлемого уровня. И едва успел, но ведь все-таки успел! Да, было больно, да, меня чуть не уронило, да, в паре мест металлические иглы сумели таки пробить доспех дотянувшись до тела…Однако я очень-очень хорошо умел терпеть боль, пусть даже искренне её ненавидел, а ядовитое волшебство, изливавшееся из тех снарядов, лишь помогло восстановить потраченные силы.
— Интересно, насколько велик твой боезапас, попрыгунчик, — процедил я, не убирая щита, но формируя новую кровавую плеть или скорее какое-то ловчее сверхтонкое щупальце, управляемое моей волей. Благо из пробитой руки катализатора, что здорово облегчал манипулирование энергией, накапало вполне достаточно. Пожалуй, можно и на третий замахнуться… — И будешь ли ты бегать от меня по всей арене после того как все-таки расстреляешь его или все-таки отважишься вступить в настоящий бой.
— Тебе хватит, двуногий! — Отозвался медленно-медленно падающий или скорее планирующий на песок в дальнем конце арены обезьяноподобный руконог, который старательно пытался хохриться, но все же чувствовалась в нем некоторая неуверенность. Видимо не привык он к тому, что если его снаряды попадают в цель, то оная цель продолжает бой как ни в чем не бывало. — А на свои тупые подначки силы можешь даже и не тратить. В моем клане тех идиотов, которые пускаются в ближний бой вместо того, чтобы врага спокойно с безопасной дистанции расстрелять, еще в детстве наставники насмерть забивают палками!
— Ладно, сделаем это долгим путем, — хмыкнул я, все-таки формируя третью едва видимую струну из крови. Не то, чтобы она была прямо так уж необходима — мог бы использовать и чистую энергию, но все-таки некоторая материальная основа для магии работу облегчала слишком сильно, дабы пренебрегать данным преимуществом.– Но тогда когда все-таки поймаю — точно ноги повыдергиваю!
Ответом мне стал новый залп из острых игл с невероятной для таких маленьких и легких снарядиков пробивной силой, но увеличившаяся дистанция меж нами позволила по большей части вообще от вражеского залпа увернуться. Лишь три или четыре металлических стержня пробив кровавый щит и замедлившись, застряли в доспехах. И ничего нового по большому счету эта атака мне не показала. Да, она была невероятно мощной, даже если не брать в счет подленькие чары на каждом снаряде, способные, вероятно и слона убить, пускай даже не сразу. Руконог своими иглами мог бы пробить одним плевком натуральную брешь во вражеском строе, убив за один раз десяток тяжелобронированных врагов…Или несколько десятков, если он хорошо умеет рассредоточивать свои иголки по площади. Почти наверняка умеет. Но для победы надо мной всего этого было мало! Если, конечно, сей тип не собирается скакать по песку часами, надеясь соперника измотать или дождаться, пока тот совершит ошибку. Хотя конечно не стоит сбрасывать со счетов и вариант с усыплением бдительности, дабы в нужный момент можно было новую козырную карту достать из рукавов…Ну или штанин.