Страсть. Часть вторая (ЛП)

— Не могу сказать тебе как, но расскажу тебе то, что знаю, Ник. Мне нужно, чтобы ты сел и перевел дух. Ты не сделаешь Софии одолжения, если потеряешь контроль.
Я сажусь в кресло напротив него. Мы в его кабинете. Уже больше двух ночи. Мне потребовалось три часа, чтобы получить место на обратный рейс в Нью-Йорк.
За то время, что я сидел в терминале в ожидании посадки, мое беспокойство за Софию перешло от легкого к сильному. Сначала я думал, что она игнорирует мои звонки и сообщения, потому что разозлилась, что я не нашел времени объяснить ей мою связь с Дел. Когда Крю позвонил мне и сказал, что ее телефон был найден в переулке за пределами «Фостер Энтерпрайзиз», мой мир мгновенно погрузился во тьму.
— Его нет во Флориде, — Крю поднимает распечатанную копию фотографии Франко Абано. — Он не улетал оттуда. Нет никаких записей о нем у автобусной станции или железнодорожной. Мы можем только предполагать, что он арендовал машину и приехал сюда.
— Он здесь? — я снова встаю. — Этот ублюдок в Нью-Йорке?
— Я звонил Габриэлю Фостеру час назад. Он приказал своей службе безопасности снять записи с камер у здания «Фостер Энтерпрайзиз». Франко был там. Он держался на расстоянии, но был на улице в середине дня.
— Она у него, — мой голос срывается. — Этот придурок похитил ее. Кто-то должен был видеть это.
— Полиция занимается этим, Ник. Я позвонил Себастьяну, пока ты был в воздухе. Он связался с кем-то из отдела по розыску пропавших без вести, и я только что разговаривал с ними по телефону. Они приедут в «Фостер» пораньше, чтобы просмотреть записи с камер наблюдения и опросить всех, кто входил в здание или выходил из него примерно в то время, когда ушла София.
— Куда он мог ее отвезти? — я сжимаю переносицу, пытаясь сообразить. — Он, должно быть, снял комнату. Ты это проверяешь?
— Это происходит, пока мы разговариваем. У нее дома тоже есть люди. Если он попытается отвезти ее туда, мы немедленно возьмем его. Мне нужно, чтобы ты кое-что запомнил, Ник. Послушай меня.
Я смотрю через стол на то место, где он стоит перед окнами своего кабинета.
— Что?
— Он влюблен в нее, — Крю резко выдыхает. — И не хочет причинять ей боль. Он не причинит ей боль. Я верю в это. Мне нужно, чтобы ты тоже в это верил.
— Она сейчас чертовски напугана, — я сжимаю кулаки по бокам. — Ты знаешь, что она напугана.
— Я знаю, что она сильная. София — самая находчивая женщина, которую я знаю, — он подпирает подбородок рукой. — Если кто-то и может найти выход из этого, так это она.
— А что, если выхода нет?
— Я отказываюсь в это верить, — друг указывает на свой телефон. — Я позвонил Кейденс. Она собирается ввести в курс дела родителей Софии. Я заказал частный самолет, чтобы доставить их сюда.
Со всем этим дерьмом я должен был справиться сам, но чертовски благодарен ему за то, что он сделал это.
— Я причинил ей боль перед тем, как уехать из Нью-Йорка сегодня, — я смотрю ему прямо в глаза. — Она увидела меня с Дел и хотела объяснений.
— На это ушел бы весь день.
Я посвятил Крю в подробности того, что произошло между мной и Дел однажды вечером за ящиком пива. Он понял и сказал мне тогда держаться от нее подальше. Я должен был отказаться, когда она сегодня попросила сесть рядом со мной. Я никогда не должен был позволять ей прикасаться ко мне.
— У меня был весь день. Я мог дать ей это.
— Ты расскажешь Софии все, когда увидишь ее снова, — он подходит ближе. — Мы найдем ее, Ник, и когда это сделаем, ты сможешь все исправить.
Я надеюсь, что у меня будет этот гребаный шанс. Если нет, я знаю, что мое сердце не переживет этой потери.
* * *
— София сказала нам, что вы писатель, — ее мать промокает уголки глаз салфеткой. — Мы еще не читали вашу книгу, но она у нас в планах.
Я слабо улыбаюсь ей. Дорис и Роберт Риз — хорошие люди. Они сильные. Я почувствовал это, когда мы встретились в вестибюле «Фостер Энтерпрайзиз». Ее мама обняла меня, а ее папа протянул руку. Его хватка ослабла из-за печали на его лице.
 
Он чувствует, что подвел свою маленькую девочку. А это сделал я. Потому что не давил на Софию по поводу охраны, которую хотел за ней приставить. Я позволил не говорить на эту тему, потому что думал — у меня есть время. Этот кусок дерьма Франко был во Флориде, встречался с другой женщиной. Я понятия не имел, что он откажется от этого и отправится в Нью-Йорк, чтобы забрать Софию у всех нас.
— Могу я вам что-нибудь принести? — Кейденс подходит к нам слева. Женщина провела здесь весь день со своим мужем. Большую часть времени она плакала в его объятиях.
— Ничего, дорогая, — Дорис склоняет голову на руку Кейденс. — Я думаю, тебе следует пойти домой и отдохнуть. Этот стресс не полезен для ребенка.
— Он сильный, — ее голос надламывается. — Он как София.
Дорис шмыгает носом в ответ.
— София не позволит ему причинить ей боль. Она будет сопротивляться. Я научила свою дочь драться.
— Мы хорошо ее обучили, — Роберт целует жену в щеку. — Я собираюсь найти детектива, с которым мы встречались ранее. И узнать есть ли у нее новости.
Я киваю, когда он направляется к двери конференц-зала, который Габриэль отвел для нас в качестве места встреч. Он весь день был сам не свой; на его лице написано беспокойство.
— Как вы думаете, будут какие-то зацепки с нашей пресс-конференции? — Дорис поворачивается ко мне лицом. — Я думаю, Франко вернет ее нам, когда увидит, как сильно мы ее любим.
Франко — больной ублюдок, которому насрать на всех остальных. Пресс-конференция, которая состоялась час назад, была предназначена для того, чтобы получить информацию от всех, кто видел Софию или Франко за последние двадцать четыре часа. Его фотография, наряду с ее, появилась на экране перед тем, как родители Софии поднялись на подиум. Они оба плакали во время эмоционального объяснения того, что она для них значит.
Я не мог держать себя в руках. Вместе с Крю я рыдал, наблюдая, как город узнает, что пропала красивая, талантливая и любящая женщина, а виновником был бессердечный преследователь.
— Думаю, пресс-конференция может все изменить, — я кладу руки ей на плечи. — Ваша дочь вернется. Мне это нужно. Я слишком сильно люблю ее, чтобы потерять.
— Она тоже любит тебя, дорогой, — она протягивает руку, чтобы погладить меня по щеке. — Ты первый мужчина, которого когда-либо любила наша София.
  
Глава 31
 
София
Я наблюдаю, как Франко выливает из банки в кастрюлю на плите что-то красное. Мы в подвале кирпичного дома в нижнем Манхэттене. Он привел меня сюда вчера. Я пришла добровольно.
Я решила срезать путь до метро после работы. Как раз начинался дождь, а платье, которое на мне надето, слишком особенное, чтобы рисковать долгой прогулкой. Пробежка по переулку означала экономию времени и меньшее количество пятен на ткани юбки. Как только увидела, что Франко встал передо мной с маленьким ножом в одной руке, я замерла.
Я не закричала. И не пыталась убежать. Вместо этого пошла с ним к ржавой машине, на которую он указал, припаркованной менее чем в десяти метрах от нас.
Я забралась на заднее сиденье, когда он мне сказал. Затем молча наблюдала, как Франко открыл другую заднюю дверь, чтобы помочь мальчику с каштановыми волосами, который держал его за руку, забраться внутрь.
— Элрой, — шепчу я тому же мальчику, который сейчас лежит, положив голову мне на колени. — Ты голоден?
Он кивает.
Я провела всю прошлую ночь без сна, наблюдая, как Франко общается с ребенком. Сначала я понятия не имела, кто он такой, но к концу вечера Элрой заговорил. Его мать и Франко одно время были друзьями. Элрой жил на улице, и Франко останавливался и предлагал им обоим все, что мог. Вчера, когда мать Элроя увезли в больницу, Франко стоял рядом и наблюдал, прежде чем взять ребенка за руку и увести его подальше от неопределенности жизни в той же приемной семье, в которой вырос сам Франко.