Изменённый третьей серии (СИ)
К своим неполным тридцати годам Валентин Экон заработал уважение как своих работников и деловых партнёров (причём уважали его не как сына Константина Экона, а как умного и хваткого дельца), так и уважение своего отца, что, по мнению самого Валентина, гораздо важнее. Валентин постоянно находился в движении, и его излишне плотное телосложение — это результат особенности организма и любви хорошо покушать, а не лишний вес из-за малоподвижного образа жизни. По торговым делам Валентин исколесил все Центральные Земли вдоль и поперёк; часто бывал в Восточном и Южном пределах; однажды бывал в Северном, но край там слишком суровый и со слишком специфическими товарами, чтоб вести там дела; вот теперь добрался и да Западного; и, конечно, за время путешествий Валентин успел накопить немало интересных и забавных историй, которые с удовольствием рассказывал. В общем, два дня путешествия прошли незаметно.
Так же всё успешно сложилось и в финансовом плане. Я подозревал, что для того, чтобы нам со Светой присоединиться к каравану, мне придётся наниматься в охрану, а то и попросту заплатить, но нападение на караван Валентина решило этот вопрос. Да ещё и обещало принести неплохую прибыль: костероги, бласт-ружья и заряды к ним, да ещё кое-что по мелочи — всё это потянет на сумму как минимум в пять раз большую, чем я получаю за обычный контракт с «Инсауро».
Продажу прочих трофеев, как и продажу костерогов, я доверил Валентину — этот торговец, похоже, не просто любит деньги, а любит их зарабатывать. Любит и умеет. Как место, где можно остановиться, я посоветовал ему трактир «Пьяный Василиск» — место не самое престижное, но безопасное. И там есть Фейрин — человек, способный за скромную плату подобрать надёжных людей для обратного пути каравана. Способный также — за плату более высокую — найти хорошего псионика для незаметной проверки людей Валентина на лояльность своему нанимателю. Моих слов о саботаже торговец не забыл. В общем, расстались мы с господином Эконом вполне довольные друг другом в частности и жизнью в целом.
Неприятности начались, когда мы со Светой подходили к зданию корпорации «Инсауро».
— Воин клана Кровавой травы! — услышал я окрик.
Я думал было продолжить свой путь — вдруг всё же не меня окликают, но дорогу мне преградили трое бангоров. Плечистые и крепкие, как, впрочем, и все бангоры, вид дикий, особенно у того, что посередине. Ростом на полголовы выше меня, в плечах сам себя шире, бычья шея, кажется, толще, чем голова, руки толще моих ног. Лоб у парня низкий и узкий, что, как я знаю, не всегда является признаком недостатка интеллекта, но это, похоже, как раз тот самый случай: глаза у парня мутные, маленькие, свирепо смотрят из-под мощных надбровных дуг.
Скулы, лоб и подбородок покрывают бляшки ороговевшей кожи. Далёкие предки бангоров были покрыты такими пластинами с ног до головы, сейчас же они встречаются лишь эпизодически, что-то вроде родинок на теле. Этот же индивид, похоже, от своих предков ушёл не так далеко. «Настоящий неандерталец!» — подумалось было мне. Но куда там нашим неандертальцам — они бы при виде такого чудовища со страху обделались и с воем разбежались куда глаза глядят.
И что этому громиле от меня надо? Нет, любой человек из моего клана может обратиться ко мне за помощью, если у него возникнут проблемы по моему профилю: расследовать преступление или убить особо зловредную тварь, что мешает моим соклановцам, но смотрит этот парень так, что становится понятно — не за помощью он ко мне пришёл…
Я остановился и вопросительно уставился на громилу, только потом сообразив, что из-под надетого на голову глубокого капюшона не то что моего вопросительного взгляда не видно, но и вообще лица не разглядеть.
Громила, однако, понял меня верно, или ему просто достаточно было того, что я остановился. Он прогудел густым хрипловатым голосом:
— Я Урсук Чёрный Камень, воин клана Чёрного Камня, лучший воин. Между нашими кланами война, и я вызываю тебя на поединок чести! Назовись, открой своё лицо и прими мой вызов! Или уходи с позором!
Проходя контроль на входе в «Ньюхоум», я не стал отключать пиратский софт, скрывающий моё присутствие от глобальной сети, и даже заготовил легенду, возникни у стражников вопросы: мол, режим инкогнито нужен мне для проведения внутрикланового расследования. Следопыту можно то, чего нельзя простым гражданам. Для стражи я что-то среднее между частным детективом и полицейским с особыми полномочиями, прикомандированным из союзного государства. Но легенда мне не пригодилась: стражники на входе мне лишь уважительно кивнули и жестом предложили проходить в город. Видимо, я недооценивал авторитет следопытов бангорских кланов.
Я порадовался было, ведь так меня никто в городе не узнает и мои проблемы с княжичем Энсторским если не полностью, то хотя бы частично решены. И тут на тебе… Мне нужно открыть своё лицо и назваться. И это не где-нибудь на глухой улочке нижних кварталов города, а посреди площади Света — центральной площади города. А вокруг уже начали собираться зеваки, и устрой мы сейчас схватку, через час о ней будет знать весь город. А то, что один из устроивших поединок бангоров вовсе и не бангор, а тувлар, да ещё и Изменённый, добавит перца этой новости.
А вызов я принять должен… Или отказаться, но назвать своё имя и открыть лицо в любом случае придётся. Правила чести… Вот же глупые правила! Впрочем… Умной и прагматичной обычно бывает подлость — а честь и гордость, как правило, глупы… Такова горькая правда.
Но как же не вовремя мне попался этот… Урюк, чтоб его! Ведь до входа в здание корпорации «Инсауро» всего двадцать метров не дошли, а там никакие Урюки меня бы уже не достали.
«Урсук», — подсказала «система». — «Воин клана Чёрный Камень. Замечен в пятнадцати поединках на улицах Ньюхоума. С его слов выиграл долее пятидесяти поединков. Год назад был задержан стражей Ньюхоума за дебош в ресторане Странник Пустошей. Оказал сопротивление при задержании. Приговорён к денежному штрафу. В настоящий момент штраф полностью погашен кланом Чёрный Камень. В других правонарушениях не замечен.
«Спасибо, «система», — с ехидством мысленно поблагодарил я микрокомпьютер.
«Всегда пожалуйста, Искандер, обращайтесь» — как ни в чём не бывало ответила «система».
Вот ещё собственная электронная шизофрения ехидничает!
«У вас нет психических отклонений», — заметила «система». — «Уровень картизола в крови повышен», — выдала очередной комментарий.
— Я занят делами, воин Чёрного камня, — сделал я попытку отложить поединок. Перенести его… ну, скажем, на вечер в какую-нибудь глухую подворотню, на задний двор «Пьяного Василиска», например.
«Встретимся позже», — хотел было сказать я, но не успел.
— Ты трус! — проревел Урсук, — Как и все в твоём клане! Трусы и слюнтяи! — сказав это Урсук смачно плюнул в меня. — Открой свою морду, я хочу в неё плюнуть!
Ах ты верблюд перекормленный! Ну сейчас кто-то огребёт!
«Резкое повышение уровня адреналина и норадреналина в крови», — оповестила «система» — «активировать блок нейромодуляции?»
«Нет!» — гаркнул я на «систему». И спокойнее, но злее, откинув с головы капюшон, сказал Урсуку:
— Мы будем драться, но поединок чести меня не интересует. Я Искандер Кровавая трава, следопыт, и у меня есть дела поважнее мальчишеских разборок. Между нашими кланами война, и я хочу твою жизнь, — на лице Урсука застыла гримаса недоумения, когда он увидел моё лицо, теперь же его исказила ярость, но я решил ещё подлить масла в огонь: — Я убью тебя, недоумок. Отрублю твою тупую башку и пошлю её твоим родственникам!
Бангоры обожают ритуалы и перед поединком положено было ещё сказать несколько подобающих случаю слов, но Урсук решил пренебречь формальностями — выхватив из-за спины двустороннюю секиру, он яростно взревел и бросился ко мне. Я тоже не стал терять времени и достал из-за спины меч.
Продолжая движение, без затей рубанул сверху. Я вкладывал в удар все доступные мне силу и скорость, но Урсук успел поставить жёсткий блок верхней частью секиры. Надо отдать должное — этот амбал и вправду хороший воин.