Академия Космического Флота: Спасатели (СИ)

Почти все кадеты определились, что будут делать дальше. Подвисшим вопросом остались только лейтенанты восьмой группы: Ивес Ир’сан, Хальгард Раадши-Харт, Дениз Деро, Аскелл Лесли и Селвин Санди. Последний на днях прислал сообщение с Захрана, коротко упомянув, что прекрасно себя чувствует, и приложил медицинский отчёт о состоянии здоровья. Все пятеро подали прошение о контракте с Космофлотом, вот только часть совета рогами упёрлась, но считала, что настолько неисполнительные офицеры не имеют права служить под руководством кого-либо из адмиралов.
«Что же с вами делать, восьмая группа?» — мысленно вздохнул Леру и потёр гудящие виски. В этот момент коммуникатор пожилого цварга завибрировал.
— Да, Стась, что-то случилось?
Невестка младшего брата слегка поморщилась.
— Юль, я понимаю, что ты откладывал как мог, но тут уже у многих накипает. Сегодня ты вручил кадетам дипломы, в том числе и восьмой группе. Все ждут твоего окончательного решения по Ир’сану. Меня буквально атакуют вопросами…
Анестэйша замолчала, потому что продолжение и так было ясно. Если адмирал Леру подпишет контракты восьмой группе, то следующим вопросом на повестке дня встанет вменяемость самого пожилого члена совета адмиралов. Если же Юлиан отстранит от Космофлота пятёрку излишне самостоятельных, но очень предприимчивых лейтенантов, то он перестанет уважать себя.
— Я с генералом Хестером разговаривала. Он сказал, что постарается тебя поддержать в силу своих возможностей.
Иначе говоря, выступать против Юлиана не будет, но если большинство проголосует за отстранение адмирала Леру от дел Академии, то так тому и быть.
Генерал.
Мысль зацепилась за самое влиятельное лицо Космофлота. Все привыкли, что в дела Академии и младших офицеров он не лезет, но именно в Космическом Флоте генерал Гонзар-Айрик Хестер имеет огромную власть.
— Он поддержит? — переспросил Юлиан.
— В силу возможностей, — тихо повторила командор Радосская и, помолчав, добавила: — Юль, ты не обязан жертвовать своей карьерой ради Ир’сана. Да, Ир’сан талантливый мальчик, но ты и так тянул время как мог, перенёс дату выпуска, у него теперь диплом в кармане. Космофлот не панацея и не единственный вариант, как он сможет устроиться… А против остальных членов восьмой группы совет не настроен так категорично. Опять же, Ивес заявил, что у него привязка к второкурснице, Кристине Соколовой, то есть отправлять его в дальние и длительные дежурства нельзя, а на главной станции на него столько адмиралов зуб имеют ещё со времён его отца…
Командор Радосская и дальше что-то говорила, стараясь поддержать старого друга, но Юлиан внезапно потёр основание рога и улыбнулся:
— Спасибо, Стась, но ты права. Все ждут, мне надо разослать письмо с окончательным решением.
— О… то есть ты уже… — Анестэйша растерялась, но кивнула. Что бы ни решил Юлиан, она будет на его стороне. — Ладно, тогда не буду тебя отвлекать.
К этому моменту пожилой цварг уже дошёл до своего кают-кабинета. Он привычно открыл дверь, приложив ладонь к биосканеру, прошёл к потрёпанному, но любимому креслу, включил компьютер.
«Уважаемые члены совета адмиралов,
Постановляю, что с сегодняшнего дня в структуре Космического Флота выделяется экспериментальный Спасательный Корпус. В него могут войти любые офицеры, с отличием закончившие Академию, а также учащиеся кадеты, начиная с третьего курса, при условии, что они будут каждые полгода сдавать экзамены на отметки выше среднего. Целью создания Спасательного Корпуса Космического Флота, далее СККФ, служит самостоятельное и оперативное решение сложных задач, которые не всегда могут решиться с минимальными жертвами, если руководствоваться исключительно Уставом Космофлота, а именно: защита граждан Федерации в чрезвычайных ситуациях, ликвидация последствий и профилактика чрезвычайных ситуаций, а также помощь и координация гражданских спецслужб Миров.
Организационной единицей СККФ считаются не отдельные офицеры, а укомплектованная группа — далее Команда — и военный межзвёздный корабль класса боевого судна не ниже средней дальности с наличием жилых кают для постоянного пребывания. Команда вправе выбрать как многофункциональный корабль, так и специализированный — на своё усмотрение. Команде присваивается уникальный номер и поручается задание, она вправе принять его или отказаться, выбрав другое. Дипломированных офицеров в Команде должно быть не менее семидесяти пяти процентов, то есть на каждых трёх офицеров в состав экипажа может войти один кадет. Единственным мерилом успешности Команды и выполнения поручения является фактическое количество спасённых жизней…»
 
Адмирал Леру ещё долго печатал письмо, формулируя постулаты для будущего Спасательного Корпуса Космического Флота. Наконец он написал всё, что хотел, и отправил на подтверждение генералу. Ответ пришёл быстро и состоял всего из одного слова: «Одобряю».
Уже после того, как Юлиан Леру переслал постановление всем членам совета адмиралов, он принялся за написание следующего: одобрение контрактов и приём лейтенантов Ивеса Ир’сана, Хальгарда Раадши-Харта, Дениз Деро, Аскелла Лесли и Селвина Санди в Спасательный Корпус. Заявка на экстерн-обучение и переход в СККФ пришла от Кристины Соколовой спустя два часа. На главной станции КС-700 стояла глубокая ночь, когда адмирал Юлиан Леру наконец выключил компьютер и направился в постель.
Впервые за полгода пожилой цварг и фактически исполняющий обязанности ректора Академии заснул с лёгким сердцем и почти мгновенно. Благодаря изящному решению, которое внезапно пришло ему в голову, Юлиан знал, что совет адмиралов не сможет отменить создание Спасательного Корпуса, как и повода возмущаться восьмой группой у адмиралов больше не будет. Да, они непослушные и не исполняют правила Устава Космофлота. Да, с ними невозможно найти общий язык и они не могут служить в подчинении, но, в конце концов, только гуманоиды, которые могут придумать решение и справиться с нестандартными ситуациями, меняют мир.
Глава 40. Жизнь на то и дана, чтобы ценить каждый миг
Спустя два года
Кристина Соколова
— Спасибо-спасибо, ангелы вы наши, что бы мы без вас делали!
Пожилая морщинистая женщина плакала от счастья, пока Хальгард выгружал ящики с микропроцессорами, контактами, проводами, металлическими корпусами электронных устройств, хирургическими инструментами, набором алюминиевых пиал и ножей из нержавеющей стали. Аскелл тем временем, обливаясь потом, аккуратно вытаскивал гигантскую солнечную батарею. Всё это было изъято в последнем рейде на Тур-Рине при запросе местной Системной Полиции о помощи в поимке контрабандистов. Преступники промышляли нелегальной перевозкой дорогостоящих лекарств. При захвате псевдо-офиса «доков» пришлось включить пожарную сирену, и отличная техника за минуты превратилась в груду металлолома. Благодаря особому статусу Спасательного Корпуса Космического Флота нам удалось уговорить тур-ринцев отдать то, что они собирались перерабатывать, и перевезти для людей на Техор.
Я улыбнулась женщине и кивнула в сторону ребят.
— Это они договорились, не я. Благодарите их.
В этот момент на трапе нашего новенького маневренного «Легиона» появился Ивес Ир’сан. Чёрные резонаторы блеснули глянцем в свете местной звезды, а золотая нашивка на рукаве, которую выдавали всем членам Спасательного Корпуса, отразила солнечный луч и засверкала ослепительно ярко. Я привычно напряглась, когда Ивес показался перед людьми, ожидая, что хоть кто-то да укажет пальцем и произнесёт презрительное «мутант».
— Хэл, Аскелл, — позвал Ив, не обращая внимания на столпившихся людей. — В подсобке ещё ящик с медикаментами от тур-ринцев. Перенесите его тоже и пошевеливайтесь, надо взлетать.
— Все ангелы, конечно же! — Женщина торопливо вытерла слёзы и обернулась к ребятам. — Вы же столько всего для нас сделали! В этот раз привезли и металлы, и лекарства! Сходите с небес и дарите надежду.