Академия Космического Флота: Спасатели (СИ)

— Да это просто форма парадная белая… — Я махнула рукой, но Ангелина перебила:
— Нет, Крис. Ты всегда была взрослой, умной и очень рациональной. На тебе держалась наша семья, а я этого никогда не понимала… Я прошу у тебя прощения за то, что тебе пришлось быть главной, следить за братьями, по сути, воспитывать и ухаживать, за то, что я бездумно рожала, не принимая во внимание тяжёлое финансовое положение и реалии Захрана, за то, что сделала из тебя няньку и фактически лишила детства.
— Мам, ну что ты…
Глаза резко защипало. Я почувствовала ком в горле, понятия не имея, как на это отвечать. Братьев и Иришку, конечно же, я любила, но обида на инфантильное поведение матери всегда была где-то в подсознании. Оказывается, за последние месяцы Ангелина изменилась.
— Не говори ничего. — Она шумно сглотнула, отводя глаза. — Ты уже действительно взрослая… собственно, ты ею и была всегда. Если тебе так нравится этот молодой лейтенант, я желаю тебе только счастья, доченька.
Я выкинула недопитый стаканчик и крепко обняла маму. Вот так вместе, в обнимку, мы и вернулись к палате. О том, что что-то случилось, я поняла, не обнаружив ни Антуана, ни Ивеса. Благо застала хмурого Луи, яростно переписывающегося с кем-то по коммуникатору.
— Лейтенант Луссель, подскажите, а где сейчас лейтенант Ир’сан?
Глава 37. Служба Безопасности Цварга
Кристина Соколова
За Луи я буквально бежала, пытаясь поспеть за широкими шагами. Сердце стучало как сумасшедшее, перед мысленным взором всплыла та пятёрка цваргов в чёрном. Служба Безопасности при Аппарате Управления Планетой — как пояснил взволнованный Луи. Оказалось, он задержался у палаты Ир’сана-старшего по чистой случайности и совершенно не планировал меня брать с собой, но я разрешения и не спрашивала. Просто увязалась — и всё тут.
— Как они могли его забрать? Куда? Он же лейтенант Космофлота!
«Пока ещё», — чуть не добавила от волнения.
— Да, эмиссары обычно занимаются только гражданскими делами, — сквозь зубы процедил Луссель, — исключение составляют только резонансные случаи, когда цварга подозревают в самом плохом. Тогда военный статус не даёт ему иммунитета.
— В чём же?!
Я аж запнулась на пустом месте и чуть не упала, с трудом поймав равновесие в последний момент. Сломанная нога отозвалась адской болью. Ох, вернусь на КС-700, попрошу Адама вернуть гипс.
Луи обернулся и смерил меня нечитаемым взглядом.
— В бета-воздействии на разумных гуманоидов.
— О-о-о… — пробормотала я.
Мы подошли к очередной палате тремя этажами ниже, где за прозрачным стеклом я увидела Ивеса и четырёх цваргов в чёрном. Пятый вместе с Антуаном стоял снаружи коридора.
— Они решили допросить его здесь, раз всё равно помещения звукоизолированные и есть свободные, а по результатам уже определяться, что делать дальше, — тихо прокомментировал лейтенант Мартен.
Луи кивнул и встал рядом с ним, а я направилась к дверям палаты.
— Куда?! — замерший мраморной статуей безопасник внезапно ожил, молниеносно пересёк несколько разделяющих нас метров и схватил за плечо.
— К лейтенанту Ир’сану.
— Туда нельзя. Ждите здесь. Как только наши поговорят с ним, возможно, его отпустят.
— Возможно? — Мне очень не понравилось, как прозвучала эта фраза.
— Возможно, — повторил эмиссар. — Если вина будет доказана или подозреваемый добровольно сознается в преступлении, то его сразу сопроводят в камеру предварительного заключения. Дальше, вероятно, Аппарат Управления определит, на какой астероид его перевести.
Что?!
Я задохнулась от возмущения. Ивеса?! Да мало того что Космофлот издевался, устроив квалификационную комиссию, теперь уже и эти… сородичи, так сказать, решили ему устроить приятный сюрприз.
Почувствовав мои эмоции, цварг мягко добавил:
— Если этот мужчина не нарушал закон, то его отпустят.
— Пропустите меня, — потребовала, выдёргивая руку из крепкого захвата.
— Увы, я не могу. Вы даже не родственница.
Понятия не имею, что на меня нашло, но озарение пришло так же внезапно, как схлопываются кротовые норы. Я вдруг поняла, что единственной уважительной причиной, по которой меня пустят внутрь, будет даже не кровная связь…
 
— Впустите меня немедленно! У Ивеса ко мне привязка!
Лицо эмиссара вытянулось от удивления, и он моментально отнял ладонь. Я воспользовалась замешательством и метнулась к двери в палату.
***
Лейтенант-коммандер Ивес Ир’сан
Ивес понимал, что рано или поздно это произойдёт: кто-то из недоброжелателей, будь то кадеты или офицеры, раскопает историю с похищением Кристины с Захрана. Эмиссар, представившийся Янном Робером, открыл ноутбук и в который раз проигрывал один и тот же крошечный отрезок с видеокамер из злосчастного диспансера.
— Вы понимаете, что воздействовали на уровне бета-колебаний более чем на десять людей одновременно? — уточнил Янн.
— Понимаю, но это была самозащита.
— От резиновых пуль?
— Помимо меня, позади были мой напарник-человек и девушка.
— Да, девушку вы выкрали, мы в курсе претензий от АУЗ. Но Космофлот объявил её военнообязанной, так что в это дело мы не лезем. Единственное, в чём я уполномочен разобраться, так это в том, оказывали ли вы воздействие на людей и были ли в здравом уме на тот момент.
— Я находился в здравом уме. Повторяю, это была самозащита.
— Лейтенант Ир’сан, прекратите уже говорить об этом! Вы чуть не выжгли мозги десятку людей, и наше счастье, что Захран поверил в байку о каком-то секретном оружии Космофлота! Цваргов и так боятся по всему ФОМу, но то, что сделали вы, — это нарушение основных принципов невмешательства…
Ивес прикрыл глаза, проваливаясь в собственные мысли. Квалификационная комиссия и угроза увольнения из Космофлота были цветочками по сравнению с маячившим наказанием Службы Безопасности Цварга. Но, как бы то ни было, Ивес ни разу не пожалел о своём поступке. Повторись история, он бы не раздумывая рискнул свободой ради Кристины, и он был благодарен судьбе, что до заключения на астероид смог увидеться с отцом.
— …итого, вам грозит пожизненная изоляция как опасному элементу общества. От того, как вы ответите на вопросы, зависит, на астероид какого типа вас заключат. Лейтенант Ир’сан, я повторяю в третий раз: вы понимаете, что поступили плохо?!
Ивес, скрепя сердце, готовился ответить «да», чтобы хоть как-то улучшить будущие условия содержания, но в палату ворвалась рыжеволосая девушка с Захрана.
***
Кристина Соколова
— Он меня защищал! — Я высказала очевидное, стоило эмиссару Роберу показать видео с Захрана.
Признаться, я до сих пор даже не задумывалась, что из-за той истории у Ивеса могут быть проблемы, но как только лейтенант Луссель упомянул, что Ива могут посадить в тюрьму, меня внутренне залихорадило.
— Госпожа Кристина, пожалуйста, успокойтесь, — вкрадчиво сказал один из цваргов.
Они все были так похожи друг на друга в своих абсолютно чёрных одеждах, что я с трудом отличала лишь того, кто представился. Остальные трое в палате, как и тот, что остался снаружи в коридоре, походили на братьев-близнецов идентичными движениями, наклонами головы, короткими молчаливыми взглядами, которыми обменивались друг с другом. Последнее напомнило то, как общались между собой члены восьмой группы — без слов. Похоже, эти ребята уже давно сработались друг с другом.
— Вам ничто не угрожает, вас никто ни в чём не обвиняет, — вкрадчиво продолжил уже другой «близнец». — Мы разбираем исключительно действия господина Ир’сана. Он нарушил наши законы о невмешательстве в сознание представителей других разумных масс.
— Он защищал меня! — повторила я, чувствуя, как сердце заходится в тахикардии.
На квалификационной комиссии был противный, но крикливый Жакар и несколько других адмиралов, которые, захлёбываясь слюной, шумно спорили с Вейссом и пытались очернить Ива в глазах десятков собравшихся. На подсознательном уровне это воспринималось мною как сражение, сейчас же… в очень спокойной обстановке, без излишних эмоций, в узком кругу эмиссары обсуждали Ива, и, судя по поведению, они уже вынесли ему приговор.