Академия Космического Флота: Спасатели (СИ)

— Влезу. — Ивес кивнул. — Вот только надо найти гравиплатформу, на которой они переносят это добро…
Цварг задумчиво оглянулся на грузовой флаер. Аскелл кивнул и поспешно полез в поясную сумку за инструментами:
— У меня есть отмычки, сейчас вскрою, и посмотрим, что там…
Таноржец подошёл к дверям и присмотрелся, прикидывая, какая это модель флаера и замка.
— Мне понадобится десять минут, — начал он говорить, но в эту же секунду шип Ива с лёгкостью вспорол тонкую однородную металлопластмассовую дверь грузовика.
— У нас нет времени, — коротко ответил он на изумлённый взгляд напарника.
У офицеров ушло ещё около пяти минут, чтобы выволочь круглую, как таз, тарахтящую гравиплатформу и водрузить на неё цистерну. С колоссальным трудом цварг всё же забрался внутрь, но он, очевидно, был тяжелее, чем предполагаемая еда: издаваемые воздушной площадкой звуки из натужных превратились и вовсе в надсадные. Стало понятно, что лейтенанту Лесли придётся не только толкать, но незаметно часть веса брать на себя, чтобы платформа не гремела и не проседала слишком низко. Крышку кадеты десятого курса тоже решили оставить в траве — чтобы уменьшить массу.
К тому моменту как Ивес полностью уместился в цистерне, Аскелл облазил грузовик, нашёл на заднем сиденье серо-зелёный халат с эмблемой предприятия по доставке пищи, а также одноразовые медицинские маски в бардачке. Недолго думая нацепил одну из них.
— Я не вижу, что перед тобой, но буду чувствовать по ментальному фону, — тихо предупредил Ивес. — Давай, всё почти как тогда, когда окончание сессии отмечали…
Аскелл усмехнулся воспоминаниям. На втором курсе сессия была действительно очень сложной, и из их группы отсеялось более шести гуманоидов. В честь сдачи экзаменов Дениз настояла, что надо открыть бутылочку хорошего алкоголя. Она упомянула, что всегда хотела попробовать малиновое эльтонийское вино, а Хальгард её поддержал. Формально на КС-700 спиртное запрещено, но некоторые старшие офицеры держали скромные запасы в личных помещениях. К тому же ходили слухи, что один внештатный преподаватель на гуманитарном направлении и вовсе имеет обширную коллекцию алкогольных напитков. Юные кадеты тайком пробрались в каюту офицера и опустошили на пятерых бутылочку элитного вина. Ивесу и Дениз оно пришлось как чашка чая, у Аскелла и Селвина поднялось настроение, а Хальгард опьянел буквально с напёрстка и рухнул на пол, при этом оглушительно захрапев. Никто не ожидал, что самый массивный в их группе ларк так отреагирует на спиртное. В итоге четверо кадетов закатали друга в ковёр и через половину станции несли до каюты, усиленно делая вид, что выполняют распоряжение свыше и относят громоздкий предмет в химчистку.
Если на той проказе их поймали бы старшие офицеры, то выволочки и штрафных санкций точно было бы не избежать. И тогда они были всего лишь кадетами, а сейчас лейтенанты и почти выпускники Академии. Ставки куда как выше. Если их поймают… Обман руководства о текущем дежурстве, проникновение со взломом на частную территорию, да ещё и на планете, с которой у Космофлота и так напряжённые отношения, кража мелких вещей, порча флаера…
Мурашки пробежали вдоль позвоночника таноржца.
Аскелл дёрнул плечами, отгоняя неприятное ощущение. «Нас не поймают, всё будет хорошо. Ив знает, что делает», — сказал он себе.
Офицер бросил взгляд в сторону контрольно-пропускного пункта на шлагбауме и, обогнув альпийскую горку так, чтобы его не было видно, быстро-быстро приподнимая платформу, дотолкал её до входа. Здесь висела камера, которая, как подозревал таноржец, передавала изображение охраннику внутри здания, — пришлось притормозить и напустить на себя лениво-недовольный вид. Впрочем, после суток бодрствования особенно притворяться и не пришлось — спать хотелось ужасно. Чтобы открыть дверь, лейтенант Лесли незаметно поставил носок ботинка под платформу. Оттянув самую обыкновенную дверь за ручку в бок, он нарочито небрежным жестом толкнул груз внутрь и украдкой вытер пот с виска рукавом халата.
 
Внутри здание оказалось таким же, как и снаружи, — старым, с обшарпанной штукатуркой и местами разбитой плиткой на полу. Справа за формальной перегородкой из фанеры сидел пялящийся в мониторы одутловатый охранник. Он как раз зажмурился и широко зевал, когда таноржец вошёл внутрь. Рядом с ним находился турникет по пояс, за которым открывался коридор, ведущий в правое и левое крылья лечебницы.
— Не останавливайся, — прошептал Ив из цистерны, — это выглядит странно. Иди дальше.
Аскелл послушно приподнял и подтолкнул платформу к пластиковым дверцам турникета. Захухря за стойкой ресепшн пробежал по нему беглым взглядом и, не здороваясь, спросил:
— Чего там сегодня у нас на завтрак, опять каша?
— Утречко, — буркнул Лесли, стараясь максимально вжиться в роль доставщика общепита. — Ага, овсянка. Откроешь?
— Бу-у-у, гадость какая! На той неделе на вкус была как бумага, может, на этот раз на молоке сделали? Ты не в курсе? — Охранник положил ладонь на единственную кнопку на консоли управления, но не спешил открывать.
— Не-а. Прости, — ответил Аскелл, пожав плечами.
Повторно об открытии турникета он просить не стал, просто выжидающе уставился на собеседника, незаметно подставив ботинок под край платформы. Ивес напрягся, вслушиваясь в эмоции незнакомца и отдавая себе отчёт, что если он заподозрит неладное, то и подмогу может вызвать, вплоть до Системной Полиции.
Охранник не обрадовался ответу доставщика еды, шумно вздохнул, но вдавил кнопку по шляпку. Тут же раздалось противное гудение, и дверцы турникета разъехались в стороны. Таноржец привычным движением снял платформу с ботинка, приподнял и толкнул. В тот момент, когда он пересёк линию дверец, его собственный желудок издал неожиданно громкую трель. Ивес мысленно выругался, когда вновь услышал человека:
— О, а ты тоже голодный? У вас разве ещё завтрака не было? Сл-у-ушай, а ты чего так рано-то сегодня?
— Начальник — зверь, график составил, если не успею развезти — штраф, — брякнул Аскелл не раздумывая.
— Н-да… Петрович и не такое может отчебучить. — В голосе и эмоциях сотрудника лечебницы проступило искреннее сочувствие. — А ты новенький на развозке, что ли? Зачем намордник-то нацепил?
«Затем, чтобы на камерах не было видно лица полностью…» — подумал Ивес, поглядывая на часы на коммуникаторе. Время неумолимо мчалось вперёд.
— Так медицинское же заведение, по правилам полагается, — хмуро ответил Аскелл, при этом не забывая аккуратно двигать цистерну с напарником. Он ловко обошёл платформу, придерживая её руками, встал спереди и теперь тянул на себя. Вроде бы и дело делает, и с новым знакомым общается.
— Дык здесь психи же живут! — внезапно неприятно хохотнул захухря. — Не заразишься. Снимай маску и не парься.
— Я, пожалуй, оставлю. Если шеф узнает, то и впаять очередной штраф может, — нашёлся лейтенант Лесли.
— Ну как знаешь.
Оба офицера были уверены, что уже миновали самый сложный и последний рубеж охраны лечебницы, сейчас только бы скрыться за углом, как захухря вдруг сообразил:
— Постой-постой, новичок, а ты куда? Столовая в правом крыле.
Но им-то левое надо! Где окна заколочены.
— А-а-а… там, что ли? — послушно отозвался Аскелл, безупречно отыгрывая роль и меняя направление платформы. Разочарование пришлось затолкать поглубже — потом разберутся, как перейти в левое крыло, сейчас бы от помощника избавиться.
— Погоди-погоди, малой. Давай я тебе покажу куда…
— Да сиди уж, я сам справлюсь.
— Где ты справишься? Вон даже не знаешь, где столовая находится.
Раздались кряхтение, шкрябанье ножек стула об пол и звук тяжёлых мужских ботинок. До Ир’cана отчётливо донеслись бета-колебания нарастающей паники Аскелла. Ему даже говорить ничего не надо было, чтобы передать цваргу: «Всё плохо».
— Ой, да тут коридоры прямые, я лево и право постоянно путаю, мамка головой на плитку в детстве уронила… Мне туда, да?