Нас невозможно убить (СИ)
— Сбегаешь? — кинул он мне в спину. Так, контролировать себя было тяжело. Ну, что он такого сделал? Ничего! Просто немного подразнил.
— Не дождешься! — выпалила я, снова подходя к нему ближе, а затем подняла наманикюренный пальчик к его лицу. — Можешь тату набить на лбу, — даже показала то место, где должно оно было быть.
— Тебя так легко вывести из себя?
— Торжествуй! Только я не пойму, ты женщин ненавидишь или просто козел по жизни? — не сдержалась я.
— Скорее всего, второе, — вздохнул он. — Поэтому, лучше тебе держаться подальше от такого козла, малышка.
— Это будет легко, — фыркнула я, возобновляя свой маршрут.
Теперь было ясно, что ему было нужно. И почему меня это так задевало? Но только сейчас я понимала насколько мы далеки друг от друга. Два совершенно разных и чужих человека из параллельных Вселенных. А я. я не хотела так. И это было единственное осмысленное, что касалось Разумовского.
Бедная-бедная груша.
5
Это чувство сладчайшим недугом
Наши души терзало и жгло.
Оттого тебя чувствовать другом
Мне порою до слез тяжело.
Два дня я держалась честно. Ну, как честно? В клубном угаре и веселье иногда забывалось, что что-то там себе напридумывала про этого гадкого мужика. Хм, почему-то в голову постоянно лезли воспоминания о том времени. Блин, я даже помнила, в чем он был на выпускной свой одет. Мы тогда всей школой ходили поздравлять его. Вот не помню куда засунула вчера свои наушники, а эту хрень помню. Даже женский рыжий волос на лацкане его синего пиджака. И даже предполагала кому он принадлежал. И хуже всего то, что я была решительно настроена, чтобы и эту отпугнуть. Да, я была помешанной дурой. Хотя и сейчас мало чем отличалась. Вроде нужно было продолжать злиться а я впервые за все время с ним поцеловалась, правда во сне. Но и этого было достаточно, чтобы попытаться выбросить его из головы хотя бы на два дня. И думаю, ясно о ком идёт речь.
Нет, я не пила. Вернее пила, но не так, чтобы до чёртиков. Пару бокалов шампанского за вечер, фиалкового. Или же парочка коктейлей. Хотя и этого хватало, чтобы слиться с толпой и отплясывать дикие танцы. И отходить от этого количества алкоголя приходилось долго, чтобы не дышать парами перегара в зале. Петрович за такое мне точно голову открутит и будет прав. А что самое интересное, мой организм уже требовал физической нагрузки. Конечно, такая потребность могла восполниться сексом, но где ж его взять, когда он в дефиците. А тот, что предлагали, был неинтересным. Это я про друга Ильи.
Мальчишки все же нас нашли в тот вечер, и…мой поклонник сразу же переключил свое внимание на Надю, которая оказалась, видимо, более интересной. Зато особый интерес проявлял Леша, тот, что второй. Но я и не обижалась, но на ухаживания не отвечала. А ещё оказалось, не такие они и мальчики, всего на два года младше нас.
И если выходные у меня выдались бурные и не очень полезные, то в следующие я уже была в детском лагере, как примерный сотрудник школы кикбоксинга. Как это? Не скажу, что все идеально и просто, но как оказалось в понедельник, Петровичу и его подопечным требовался кто-то с педагогическим образованием, чтобы присматривать в лагере за девочками. А если ещё точнее и начать с предыстории, то выходило, что ежегодно, на протяжении уже пяти лет перед летними каникулами ребята под патронажем спонсоров клуба ехали в спортивный оздоровительный лагерь на две недели. Там они усердно тренировались, соревновались кто ловчее, кто сильнее, при чем не в своей стезе совершенно, так как школы собирались самые разные. И уже загорелые, и не факт, что отдохнувшие(от такой-то нагрузки) разъезжались по домам. С вожатыми организаторы не заморачивались, поэтому с детьми ехали тренеры. И чтобы быть до конца точной, то в прошлые годы роль «надсмотрщика» за девочками исполняла одна из мамаш, которая работала в школе учителем физической культуры. А тут вдруг мадам решила обзавестись третьим ребенком и ушла в декрет.
Сначала Петрович поинтересовался нет ли у меня подобных знакомых, затем разъяснил суть дела. И в голове у хитрой Божены заработали шестерёнки. Блин, кто откажется от четырёхразового питания, вечерних дискотек, весёлых стартов и свежего воздуха? А ещё есть возможность реализовать себя по второй специальности, которую я начала получать не закончив ещё первую высшую, коим являлась ветеринария. К тому же это ведь общение с детьми, а с ними в последнее время я очень хорошо ладила.
— А если это будет человек с образованием психолога и средней физической подготовкой, но стремящийся к тому, чтобы достичь совершенства? — поинтересовалась я.
— Я так и знал, что ты сможешь помочь. Значит, скажи ей, что нужна медкнижка и ксерокопия документов.
— Ей? Хорошо, я передам, — мыкнула я.
На следующий день я явилась к нему с полным набором того, что он просил. Стоило немного подсуетиться, чтобы видеть его выражение лица. Я готова была это повторить снова и снова.
— Ты вот сейчас издеваешься, — предположил тренер.
— А разве похоже? Читай внимательнее, — указала я на бумаги.
— Ты самая хитрая гадюка, которых когда-либо встречал. Собирайся, — теперь на его лице появилась улыбка, — послезавтра выезжаем.
И все бы хорошо, но на деле все оказалось не так радужно. Во-первых, от переизбытка чистого кислорода мне постоянно хотелось спать и меня вырубало раньше общего отбоя. Во-вторых, как оказалось, во всех этих конкурсах тренера тоже принимали активное участие, и на второй день я свалилась в грязную лужу на полосе препятствий. В-третьих, некоторые девочки меня напрочь игнорировали, как и их тренер Андрей Васильевич. Вот это уже, в-четвёртых.
Не то, чтобы я расстраивалась, но сейчас я чётко понимала, что находиться рядом с этим мужчиной и притворяться, что он мне безразличен, тяжело. И даже одна мысль, что красивые мужики редко бывают свободны, приносила почти физическую боль. Да, может я не так уж хороша, или вкус на женский пол у него другой, но вот так открыто игнорировать — это скотство, в самом настоящем его проявлении. И тут до меня дошло, что попыток привлечь его внимания, заставить его обратить на меня свой взор, я так и не предприняла кроме тех парочки случаев, когда он просто предложил свою помощь. Век нынче не тот, чтобы мужики на тебя бросались. Их нужно чем-то провоцировать.
И так, у нас была пятничная дискотека, на которой все ребята весело отплясывали, а тренеры бдили, чтобы ничего не случилось. Подростки, они такие, дай им только волю. Это я знала из своего личного опыта.
— Божена Алексеевна, идёмте с нами танцевать, — потащили меня мои девчонки в свой кружок. Отказаться от этого я была не в силах, так как танцы были чем-то сродни отдушины от повседневной жизни. Поэтому с удовольствием влилась в эту компанию, двигаясь под зажигательный ритм современной музыки. Я ведь не строгая училка, просто временный сотрудник клуба. И скорее всего, после я никого их не увижу больше.
Последний танец оказался медленным. Ведомая хорошим настроением и прекрасным теплым вечером на открытой площадке, я решилась на ещё один безумный шаг. И стоя перед серьезным мужчиной, который смотрел на меня тяжёлым взглядом, я вся внутренне содрогалась от волнения.
— Андрей Васильевич, потанцуете со мной? — произнесла я это на одном дыхании, чтобы вдруг не запнуться. Секундная пауза, видимо, я его удивила. И мысленно вся сжалась, ожидая отрицательного вердикта. Я ведь была не единственной, кто так явно засматривался на Разумовского. Одна из моих соседок имела на него виды, девчонки, что постарше, тоже переглядывались и хихикали.
— Идемте, — вздохнул он, заставив моё сердце подпрыгнуть от радости.
Я поняла, что значит обнимать мужчину, в которого ты влюблена. Это было блаженство, которое проникало в самые потаённые уголки души, заставляя ее содрогаться от морального экстаза.