Умелая лгунья, или Притворись, что танцуешь

Мы молча смотрели ей вслед, пока не услышали, как захлопнулась дверца ее машины. Тогда Стейси издала восторженный вопль. Раскинув руки и закинув голову назад, она ликующе уставилась в потолок.
– Свобода! – воскликнула она. – Класс!
– Да, ночка может оказаться изумительной! – с улыбкой поддакнула я, но моя рука совершенно неосознанно скользнула в карман и обхватила аметистовую ладошку.
  
* * *
Мы сидели в комнате Стейси, наводя красоту и слушая «Шаг за шагом».
– Я звякнула Брайану, как только узнала, что дом будет в нашем полном распоряжении, – сообщила Стейси. – Они принесут пиццу. Сказал, что могут остаться на всю ночь, если мы не возражаем. – Она бросила на меня в зеркало многозначительный взгляд и, усмехнувшись, добавила: – Как будто мы стали бы возражать!
«О боже!» – подумала я, дрожащей рукой нанося тушь на ресницы. Что же со мной происходит? Мне хотелось быть спокойной, как Стейси. А я на грани нервного срыва.
В гостиной у нас уже гремела музыка, когда около половины десятого появились Крис и Брайан. Я сняла очки, но даже в легкой размытости Крис выглядел еще более привлекательным, чем мне запомнилось. Его белокурые волосы слегка отросли и завивались, спускаясь на уши и на шею, а ямочки – на самом деле их оказалось две – выглядели такими соблазнительными, что я удивилась, почему не заметила их в день знакомства. Брайан припал к Стейси долгим страстным поцелуем, но Крис поцеловал меня мягко и нежно, и мне это понравилось. Мне понравилось, что он, похоже, уже понял, как надо вести себя со мной.
Они притащили с собой две пиццы, им удалось раздобыть еще упаковку из шести бутылок пива, и мы все, устроившись на кухне, поедали пиццу и болтали. Я помню, как Стейси говорила мне, что никогда не будет пить, потому что насмотрелась на пьяные загулы отца, однако она первая взяла бутылочку из упаковки. Я тоже хлебнула пива. Мне совсем не понравился его вкус, но я решила, что допью бутылку.
– Когда же вы поедете на концерт «Нью Кидс»? – спросил Крис.
– Восьмого августа, – сообщила я. – Они выступают в Атланте.
– Да, там наверняка соберется только куча фанатеющих от них подростков, – пренебрежительно заметил Брайан.
– Естественно, – согласилась Стейси. – Но все равно это будет круто.
Мне показалось, что она предательски оскорбила «Нью Кидс», но я поняла, что в своем увлечении Брайаном она готова безотчетно во всем поддакивать ему.
Ребята съели на двоих целую пиццу, и Стейси умяла пару кусочков, но я не смогла доесть даже один. Пока Крис ел пиццу, я смотрела на его руки. У него самые красивые руки в мире, и мне хотелось, чтобы он опять держал меня за руку, как в первый день, когда мы сидели вместе на диване. Что бы я ни делала на кухне, я чувствовала на себе его взгляд. Крис смотрел на меня, когда я вставала, чтобы достать ему очередную бутылку пива из холодильника или отнести свою тарелку в раковину. Я поняла, что ему нравится смотреть на меня, и впервые в жизни почувствовала себя действительно симпатичной. Я часто улыбалась, пытаясь представить, что он видит, глядя на меня.
– Мы пойдем наверх, – внезапно заявила Стейси. Они с Брайаном встали, держась за руки, и она добавила, взглянув на меня: – Мы будем в маминой спальне. А вы, ребята, если захотите, можете пойти в гостевую комнату.
Они поднялись по лестнице, а сердце у меня в груди начало колотиться со страшной силой. Мне хотелось предложить Крису пойти в гостиную, послушать музыку. Я была совершенно не готова к развлечениям в спальне.
– Зацени-ка! – Крис вытащил из заднего кармана бумажник.
Он показал мне ту половину фотографии, что я послала ему, но уже ламинированную, покрытую прозрачной пленкой. Я рассмеялась. Как же Дэни заблуждалась на его счет. Он вовсе не тянет на плейбоя.
– Надо будет мне так же поступить с твоей, – сказала я, коснувшись уголка фотографии.
Он убрал снимок обратно в бумажник, потом встал и протянул мне руку.
– Давая поищем ту гостевую комнату, – предложил он.
Я не могла отказаться. Мне страшно не хотелось показаться ему четырнадцатилетней малолеткой. Я взяла его за руку, и мы начали подниматься по ступенькам. В коридоре второго этажа из-за закрытой двери комнаты мамы Стейси до нас донеслось тихое хихиканье. Крис открыл дверь в следующую комнату и, включив люстру, осветил большую, аккуратно заправленную кровать.
– Должно быть, это та самая, – сказал он.
Он выключил свет, и я последовала за ним в комнату. Присев на край кровати, он потянул меня за собой и усадил рядом. От него так приятно пахло пивом и сигаретами, что захотелось впитать этот запах. Крис нежно поцеловал меня, заключив в объятия.
– Я не стану просить тебя делать то, чего тебе не хочется, – успокаивающе произнес он.
Я попыталась поблагодарить его, но мне не удалось вымолвить ни слова. Я просто кивнула, хотя понимала, что он не видит меня в темноте. Растянувшись на кровати, Крис увлек меня за собой, и я тоже легла рядом с ним. Он перешел к более основательным поцелуям, и я ощутила вкус пиццы и пива. Его обещание учитывать мои желания придало мне смелости, я приоткрыла губы, и его язык проскользнул в мой рот.
– Ты тоже можешь проникнуть языком в мой рот, – заметил он через некоторое время.
– Я не знала, что девушкам положено так делать, – пробормотала я.
– Тут нет никаких правил, – рассмеявшись, возразил он. – Девушка может делать все, что ей нравится.
Я просунула свой язык ему в рот и наткнулась на его зубы и теплый язык. Его рука коснулась моей скрытой под блузкой груди. Я лежала на спине, понимая, что в таком положении грудь у меня почти совсем плоская. Именно поэтому, представляя себя с Джонни Деппом, я обычно лежала на боку, но Криса это явно не смущало. Его рука проникла под блузку на моей спине.
– Приподнимись немного, чтобы я смог… – Я слегка повернулась, чтобы он смог расстегнуть мой бюстгальтер, и, когда его теплая ладонь накрыла мою грудь, у меня неожиданно вырвался тихий стон.
– Может, мы снимем с тебя блузку? – спросил он.
– Да, – приподнимаясь, согласилась я.
Радуясь темноте, я быстро сбросила блузку и бюстгальтер, и когда легла обратно, то его грудь прижалась к моей. Ошеломительное ощущение.
– Ты так красива, – мягко произнес он.
Он лег на спину и, приподняв меня, ловко усадил на себя так, что в итоге я оседлала его. Меня потрясло, с какой легкостью он управляется с моим телом, словно я была сделана из пуха, а не из плоти и костей. Его сила взволновала и испугала меня.
– Тебе нравится? – спросил он, упираясь ладонями мне в грудь.
Мои шорты и его джинсы не мешали мне почувствовать напряженную твердость его пениса.
– Да, – прошептала я.
Продолжая целоваться, мы начали раскачиваться, давление его пениса странно возбуждало меня. Я испытала незнакомое ощущение в паху, какое-то все усиливающееся и совершенно бесконтрольное ощущение, и тогда я перестала раскачиваться, испугавшись того, что происходило со мной.
– Что случилось? – спросил он.
– Не знаю, – ответила я. – Просто у меня возникло очень странное… чувство.
– Попытайся описать странность.
– Какое-то внутреннее напряжение, словно что-то во мне готово взорваться.
– Ты была в шаге от экстаза, – рассмеявшись, пояснил он. – Глупышка, тебе не следовало останавливаться.
«О боже». Неужели экстаз соития дает именно такое ощущение?
– Неужели ты не знаешь, что это означает? – спросил он. – Ах, я постоянно забываю, как ты еще юна и невинна.
– Нет, я уже знаю, – возразила я, не желая, чтобы он думал о моем возрасте. – Я понимаю, о чем ты говоришь. Просто я никогда еще не испытывала ничего подобного.
  
В коридоре зазвонил телефон. Он продолжал упорно названивать, но мы разговаривали, не обращая внимания на звонки.
– Это приятное ощущение, – продолжил он. – Тебе точно понравится. – Он просунул пальцы под поясок моих шортов и добавил: – Сними их, и я покажу тебе, как это все происходит.