Эволюция Пожирателя Том 1. Том 2 (СИ)

Безразлично глянул на мелкую тварь, что угрожающе шипела на меня и просто призвал жгуты. Десятки из них впились в мёртвые тела или живых чудовищ, разрывая их и насыщая моё тело энергией.
Хотелось убивать. Просто пройтись сраным катком по Пустошам и вырезать каждую мразь. А всё из-за дерьмового настроения...
Амара не приходила в себя и находилась будто в коме, а Констанция... Умерла. Та самая преграда и пустота в груди, которую я ощутил, когда призвал броню, являлась нашей связью. В порыве охватывающего безумия и желания жить, я выжег силой души нашу с ней связь. Просто разорвал её в клочья, не оставив ничего. Уже тогда Констанция умирала, сражаясь за своих людей, а я банально добил её. Как я узнал это? Когда нашёл тело. Обожжённое, покусанное и отравленное ядом Люркеров. Она бы и так умерла, но целитель, которого я заставил узнать точную причину смерти, сказал, что всё дело в энергетическом разрыве. Её каналы просто лопнули от перегрузки.
— Дерьмо, — пробормотал я и, не обращая внимание на кучу мрази, окружающей меня, просто шёл вперёд.
Жгуты за спиной и на плечах работали, как мясорубка. Подобно лопастям вертолёта, они крутились в хаотичном танце и вырезали каждого, кто решил бы приблизиться.
Я чувствовал, что после прошедшего события что-то во мне надорвалось вновь. Тот самый стержень, который удерживал меня от полного цинизма к жизни, дал трещину. Ранее я бы испытал хоть грамм сожаления к умершим солдатам империй, но, идя по полю боя, я не чувствовал ничего. Просто пустота в груди и просто безразличие.
Споткнувшись о труп умершей крысы, я поморщился и, повернувшись лицом к толпе тварей, замахнулся ногой.
Тёмно-красные жгуты вмиг покрыли её словно слой червей, после чего я ударил по трупу.
Мощный хлопок раздался за спиной, а туша мёртвой крысы, вмиг разбухшая, на полной скорости влетела в скопление собратьев.
Звук, похожий на взрыв гранаты, достиг ушей, а глаза увидели, как труп разорвало и множество тёмно-красных жгутов вырвалось из него. Впиваясь в ужасе разбегающихся крыс, они протыкали их и поглощали.
Всё это заняло не больше десятка секунд. Просто бах и половины стаи нет, а остатки разбегаются.
Слушая визги, ощущая холодные ветер на лице и смотря на убегающих тварей, я вздохнул и взглянул на свои руки, принявшие обычный вид.
Я стал сильнее. Гораздо сильнее себя прежнего. Теперь, схлестнись мы с Митаэлем, я бы не стал даже думать о проигрыше. Просто сами мысли о подобном больше не появлялись в голове. Бог? Плевать, умрёт. Чудовище? Хорошо, сдохнет. Разумные? Лишь мясо.
Я занял то самое место в пищевой цепи миров, как и говорил Рааст. С хлопками и фанфарами, я доказал всем тем, кто смотрел на меня, что теперь не слабак.
— Господин, — раздался за спиной обеспокоенный голос Циры, что в невидимости шла за мной всё это время. — С вами всё хорошо?
— Да, Цира, — вздохнул я и подставил лицо ветру, развивающему волосы. — Со мной всё хорошо... Насколько может быть с тем, кто больше не является человеком.
* * *
Можно было бы сказать, что возвращение в империю прошло без сучка и без задоринки. Выжившие восстанавливали силы, а я охотился и убивал. Каждый день — каждое утро, я уходил и приходил лишь под ночь. Летов и Призрак не задавали вопросы, хоть я и видел, что они желали поговорить.
Теперь же, поезд ушёл и мы стояли с другой стороны заставы. Раненных принимали на себя служащие на заставе целители, а остальных определили в небольшие казармы. Нужно было подождать, пока прибудет транспорт.
Собственно после его прибытия, мы оказались в столице империи, где нас уже встретил сам император. Хмурый и вечно источающий из себя пафос с властью, он желал вызвать меня на разговор, но я успешно послал его слугу нахер и двинулся бродить по ночному городу.
Квартал, который Урболг разнёс своей тушей, постепенно отстраивался и даже из далека виднелись новенькие здания.
Свет фонарей освещал мощённые дороги, из пивных забегаловок доносились весёлые крики и гомон, музыканты, являющимися какими-то бардами, трубили музыку, а немногий народ ходил по тротуарам. Чем-то эта столица напоминала мне Питер. Основанный Петром 1, этот город тоже жил вечной жизнью, без сна. И днём и ночью, он находился в движении. Так же и здесь...
 
Глаза автоматом упёрлись в вывеску — Ржавая Кобыла, а голова повернулась к затемнённым стёклам, увидев внутри множество столов, стульев, барную стойку и народ.
Рука толкнула деревянную массивную дверь и я зашёл внутрь. В нос ударил смешанный запах спирта, пота и кухни, а боковое зрение сразу же заметило нескольких разумных, обративших на меня внимание.
— Что будете пить? — спросил низкорослый пузатый бармен... Ну или трактирщик, хрен знает, как их называют здесь.
— Медовуха есть? — сел я за барную стойку, грубо оттолкнув какого-то мужика в стёганке.
— Вишнёвая, брусничная, цветочная... — начал он перечислять, но был перебит моей поднятой рукой.
— Самую обычную, — положил я на стол золотой кругляш, один из многих, что находились в кармане куртки.
Увидев золото, бармен знатно так удивился, судя по его вздёрнутым бровям, а сидевшие рядом выпивохи, мгновенно стихли.
— Сию секунду, господин, — расплылся мужичок в улыбке, забирая деньги.
Уплыв, аки крейсер аврора, бармен-трактирщик, начал наливать мой напиток.
— Эй, дружище, — почувствовало моё плечо чью-то руку. — Не угостишь добрых путников с дороги?
Моя голова медленно повернулась и я посмотрел на тройку мужиков, лицами которых только детей пугать. Грязные, обросшие, в потрёпанной одежде, которую даже бронёй не назовёшь. Но больше всего взгляд цеплялся за жёлтые зубы обращающегося ко мне. В них, я даже разглядел остатки жратвы...
— Отвали, — коротко произнёс я и сбросил его руку с плеча.
Бармен в это время принёс мою выпивку, налитую в деревянную кружку и частично расплескавшуюся на стойку.
Рука коснулась обшарпанного дерева, губы припали к влаге и в следующую секунду рот заполнила медовуха. Сладкая и слегка терпкая, она была приятна на вкус, но ничего необычного.
— Ваша сдача, господин, — улыбнулся бармен-трактирщик и положил сдачу на стойку. Множество кривых серебряных и медных монет.
Не успел я забрать деньги, как их накрыла массивная грязная ладонь того мужика, что ранее просил угостить выпивкой.
Не говоря ни слова, я просто посмотрел на него, увидев гнусную ухмылку и пьяные глаза.
— Считаю до трёх, — вновь глоток. — И ты либо убираешь руку, либо лишишься её.
Мои слова вызвали лишь смешки, не только у троицы идиотов, но и немногих других выпивох в этом баре.
— Раз, — раздался мой спокойный голос, а медовуха вновь проникла в горло. — Два, — ухмылка идиота стала ещё шире, а его братки поднялись со стульев. — Тр...
Не успел я договорить, как дверь бара распахнулась и внутрь стали забегать облачённые в броню рыцари гвардии императора. Выпивохи вмиг побледнели, задира резко замер, а я лениво сделал очередной глоток, вернувшись к напитку.
Чёрт... Не пьянею... Сука!
Стук каблуков, выбивающих своеобразный ритм по деревянному полу, достиг ушей и вскоре, за моей спиной кто-то остановился, попутно лязгнув доспехами.
— Это ты Геральт? — раздался за спиной полный власти женский голос.
— Нет, — ответил я, не поворачиваясь.
Обстановка в баре начала постепенно накалятся, а напряжение от постояльцев и гвардейцев заполняло помещение.
Я видел краем глаза, как наглого мужика кто-то оттолкнул, отчего он убрал руку с денег и встал со стула, а на его место села облачённая в доспехи девушка. Даже тем же краем глаза я видел её белоснежные волосы и очень похоже лицо.
— Повтори, — приподнял я пустую кружку.
Судорожно кивнув, бармен забрал её и хотел было свалить.
— Мне тоже самое, что и ему, — проговорила девушка.
Вновь кивок и бармен убежал выполнять заказ.
— Меня зовут...
— Мне плевать, — прервал я её, услышав в ответ возмущённый вздох. — Сейчас я в баре и я пью, так что иди на хер.