Эволюция Пожирателя Том 1. Том 2 (СИ)

— Пасть закрой и фильтруй базар, — процедил я, перебив его. — Мы в одной лодке и если ты хочешь, чтобы твои радужные планы сбылись, то тебе лучше дружить со мной.
«Ты угрожаешь мне?! Я помог тебе, червь ты неблагодарный!» — взорвался Рааст, а я разрезал очередную мышцу, пробравшись хрен знает куда.
— И я благодарен тебе, — прикрылись глаза от горячей крови. — Но не смей говорить об Амаре в таком тоне!
«Влюблённый идиот!»
— Циничный мудак! 
«Я хотя бы не ною, как ты!»
— Да, потому что тебе ныть нечем! Тело-то нет у тебя!
«Ах, ты!... ТЫ!... Это удар ниже пояса, семя ты Бурдонский Бизонов!»
— Да мне насрать, — холодно хмыкнул я и, проделав дыру, вылез прямо к бьющемуся сердцу.
Чёрное, пульсирующее фиолетовыми прожилками, оно бешено стучало и качало кровь Урболга.
— А вот и обед, — прошептал я и, закрыв глаза, полностью отдался безумию Пожирателя.
Кровь взбурлила в теле и забила в висках, сердце учащённо застучало. Желание битвы, охоты, резни и азарта охватывало меня волнами, смывая все принципы. Безумная буря бесконечной сечи и охоты буйствовала в моей душе, разгораясь пламенем.
К чёрту человечность... К чёрту любые преграды и любую слабость... Я хочу, чтобы эта мразь сдохла и хочу ощутить его агонию полностью. Надеюсь, что хотя бы это заполнит дряное чувство пустоты и утраты.
Безумие Пожирателя захватывало меня всё сильнее и, даже с закрытыми глазами, я ощущал, как по всему телу перетекают тёмно-красные жгуты. Пульсируя и сокращаясь, они обволакивали меня, а руки, являющие собой острые пятипалые когти, дрожали от предвкушения.
Вонзить, выпотрошить, убить, сожрать, охота, азарт, вновь охота, еда... Еда... ЕДА!!!
Глаза открылись и впервые за всё время, что я когда-то использовал безумие Пожирателя на полную, мне удалось дойти до другой черты... Ведь теперь глаза видели иначе и это было похоже на тепловой фон, как от зова.
Я видел сердце Урболга в ином ракурсе. Качая кровь, оно пускало её по фиолетовым венам по всему организму. Я видел каждый его орган, хоть они и были на большом расстоянии от меня.
Рот заполнила тягучая слюна, а разум дрожал от предвкушения.
Широкая улыбка расползлась на лице.
Сталь когтей вонзилась в сердце, а зубы впились в мягкие ткани, прокусывая их.
Сердце забилось ещё быстрее, а тягучая и тёплая кровь потекла в рот, проникая в мой организм.
Невероятное чувство эйфории и удовольствия захлестнуло меня с головой, а разум полностью отключился.
Голод... Он быль столь невероятен, что с ним не было возможности бороться. Я хотел всё больше и больше... Пожирать всё на своём пути!
В голове раздался смех Рааста, а может и нет...
Десятки тёмно-красных жгутов вылетели из моего тела и воткнулись в мягкие ткани сердца, разрывая их и неся ещё больше удовольствия.
Я чувствовал, как внутри меня разгорается настоящий пожар, который был гораздо сильнее того, что мне довелось ощутить, поглотив часть Королевы улья. По сравнению с Урболгом, та тварь была никчёмной грязью!
Сила... Больше... Дай мне больше!!!
Смех звучал всё громче. Предвкушающий, задорный и частично высокомерный...
С каждой секундой, сердце чудовища уменьшалось и, будто бы, иссыхало, мышцы под одеждой набухали, а тело начало покрываться всё большим количеством тёмно-красного тумана. Он становился плотнее, насыщеннее и... Прекраснее.
В какой-то момент пламя внутри меня вспыхнуло с утроенной силой, от чего я с трудом разжал окровавленные челюсти и, схватившись за живот, закричал.
Острая боль, несущая в себе смесь блаженства и агонии, охватила всё тело. Каждая частичка разрывалась и вновь срасталась. Жгуты отцепились от сердца и я стал падать в темноту, ощущая, как эти же жгуты окутывают меня и пульсируют...
— А-а-а!!! — вырвался рёв из моей глотки, после чего туман разошёлся мощной волной во стороны, уничтожая всё на своём пути и сотрясая тушу Урболга.
* * *
Стоя в разрушенном тронном зале, Люциус Ор'тас смотрел на бьющееся в агонии чудовище и находился в самых смешанных чувствах.
 
Атаки магов и даже его собственные мало что могли противопоставить подобному монстру, а подоспевшие авантюристы так и не смогли вступить в бой. Слишком уж бесновался монстр, давя своими ногами десятки бравых мужей и женщин.
А всё началось с того, что незнакомый юноша, совершил настоящее безумие, не укладывающееся в голове императора.
Люциус видел, как это мальчишка непонятным образом оказался на голове монстра, после чего каким-то образом смог нанести урон.
Непробиваемая шкура, которую не брали даже сильнейшие заклинания магов, была разорвана! Слабое место! Откуда он мог узнать, что именно там оно находится?!
А дальше произошло то, что заставило нескольких рыцарей императора изрыгнуть еду из своих желудков. Вместо того, чтобы отступить и попытаться вновь атаковать монстра, юнец залез в открытую рану, которую расширил ещё сильнее своими... Отростками.
Кто он такой?! Никогда прежде Люциус не встречал таких пришедших. А то, что парень один из них, подтвердили не только его люди, но и неизвестные способности. Император даже на короткий миг пожалел о том, что решил убить подобное создание.
— Ваше Величество, — раздался усталый голос командира гвардии. Уж слишком сильно он потратился на дальнобойных атаках и щитах. — Принцесса Амара... Она...
Резко повернув голову, Люциус обжёг глазами своего слугу и холодно спросил:
— Что с ней?
— Она пропала, — выдохнул мужчина, понимая, в какую ярость придёт император. — Двое рыцарей погибли от атаки второй лапы чудовища... А принцесса пропала...
Мысли в голове Люциуса понеслись вскачь. Применила магию? Переместилась? Или... Умерла?...
Император даже и думать не хотел о том, что может потерять младшую дочь. Не только из-за того, что на ней слишком много завязано, но и из-за своеобразной, но... Любви.
Быстро развернувшись, император собирался двинуться в свои покои, где находился артефакт. Самый простой, который используют повсеместно и который даже бедняк мог бы купить на гроши. Артефакт, позволяющий наложить на новорожденного формацию жизни и поиска. Именно он позволит Люциусу узнать, жива ли его дочь...
Нога императора сделала шаг и продавила каменную крошку, коих от разрушенного потолка и колон было очень много.
Но стоило ему это сделать, как вдруг он вздрогнул.
То чувство, что он ощутил при взрыве на площади порта, вновь появилось и в этот раз оно было гораздо мощнее!
Последний раз Люциус ощущал нечто подобное во время отражения волны тварей из Пустошей. Волны, которая унесла множество жизней...
— Б-боги... — прошептал командир гвардии и Люциус вновь обернулся, чтобы в следующую секунду оторопеть.
Бившийся в агонии монстр умер. Его тело, упавшее, слава богам, на не жилой сектор, перестало дрожать, а рёв существа резко затих.
Вот только если это и привлекло внимание императора, то вырвавшийся из груди существа поток тёмно-красного тумана, заставил не на шутку напрячься.
Туман рос и пожирал за собой тело монстра, иссушая его и превращая в прах... И, вскоре, глазам императора предстал лишь разрушенный кусок города, посреди которого стояло... Незнакомое существо.
Тёмно-красный туман сгустился к нему, окутывая саваном и стелясь на несколько метров по разрушенной территории.
Множественные отростки, танцующие в хаосе, бились за его спиной, а руки, что ранее являли собой пятипалые стальные когти, изменились.
Тёмно-красные костяные пластины, с пробегающими по ним фиолетовыми молниями и имеющими вид латной брони, покрывали его руки вплоть до плеч. На тыльных сторонах ладоней открылись зелёные глаза, быстро осматривающиеся вокруг и взирающие на мир с неимоверным чувством голода.
Юноша не двигался и просто стоял, откинув голову к небу. Его лицо и тело омывали капли дождя, а небеса разрывали чужеродные молнии.