Группа крови на рукаве. Том III (СИ)

— Личность уже установили. Это сын экс-смотрителя. Майкл Браун — Толсон замялся, но продолжил — Недавно вернулся из Вьетнама. Служил там снайпером. Второй стрелок
— Есть и второй?? — удивился Дэрил
— Похоже его отец Джордж Браун старший тоже замешан. Свидетели рассказывают о двух стрелках.
Я выругался про себя. Дело то осложнялось.
Взял бинокль, осмотрел местность. Пустая дорога, небольшая посадка из высоких деревьев, за ними дом с маяком. Его практически не видно.
— Выкатить БТР на дорогу и обстрелять из пулемета башенку — предложил Дэрил — И сразу идут саперы, штурмовая группа
— Надо дождаться ночи и штурмовать в темноте — произнес кто-то из шерифов из-за спины
— Саперы только выехали с базы Форт-Беннинг
— Да они только к вечеру тут будут!
Началась обычная межведомственная свара, к которой присоединился какой-то полковник из военных. Стоило ему только вмешаться, как фэбээровцы и полицейский, забыв о собственных дрязгах дружно набросились на него.
— Да это вообще ваша юрисдикция! Вызывайте военную полицию
— Он уже демобилизован!
— Браун на голову демобилизован! Откуда у него мины?!? Вы обязаны следить, чтобы оружие из Вьетнама не попадало в Штаты!
Ко мне подошел Незлобин, попросил бинокль. Осмотрел местность.
— Чего ругаются?
— Выясняют, кто главный. Ну и кто крайний
— Все как обычно. Слушай, как чуял. Взял в штаты снайперские накидки. Можем через поле проползти к посадке.
— Мины
— Ну вряд ли он заминировал все вокруг. Максимум дорогу, обочины. Сделаем щуп и аккуратненько, под прикрытием деревьев. Тут на час, максимум на два
Огонек говорил дело. Пока американцы будут переругиваться…
— Пойду с “Пушкиным.” А ты попроси по радио выйти в городскую сеть и дозвонись в наше посольство. Там уже должны были связаться с Москвой.
Незлобин начал спорить. Предлагал остаться мне, а идти ему и Байкалову.
— Я за все отвечаю — мне и идти — я закинул Скорпион за спину, свистнул Пушкину. Потом подошел к Толсону, изложил концепцию. Начались новые споры. Полицейские запрещали и непущали. Военные предлагали себя — но среди них не было никого из беретов или хотя бы разведки. Клайд требовал поднять вертолет, на что ему отвечали, мол рядом с нью-йорком нет бронированных машин, а небронированные посылать стремно. Толсон сходил к рации, пообщался с начальством. И похоже получил добро. Дело ускорило еле слышимые выстрелы с маяка. Похоже снайперы нащупывали отдыхающих.
— Ладно, под мою ответственность — вздохнул заместитель Гувера — Пробуйте.
Мы с “Пушкиным” обрядились в накидки, бойцы из Грома помогли прицепить к ним местную листву и веточки. Принесли шомполы от автоматов в качестве щупов. Я видел, что Сашка потряхивает. Надо было его отвлечь. Что-нибудь погрубее… Ага, вот.
— Слушай анекдот. Мужик умирает в больнице. Жена рядом. Говорит ей:
— Хочу перед смертью говна попробовать.
— Сдурел что-ли?!
— Не спорь! Последнее желание… Ну ты его там посоли-поперчи, чтоб повкуснее было.
Делать нечего — на следующий день принесла:
— Принесла?
— Принесла
— Попробуй — вкусно?
Жена пробует:
— Нет.
— Ну тогда я не буду
— Ха-ха-ха — “Пушкин” аж согнулся, так смеялся. На нас начал оглядываться весь оперштаб, так что я скомандовал выходить. Провел короткий инструктаж, объяснил еще раз, что мы делаем. Плюнул через плечо. Нам выдали рации, которые я тут же выключил — не дай бог себя обнаружим, показали рабочие частоты.
В поле вышли из внутреннего дворика частного дома — жильцов уже не было, всех эвакуировали.
— Ты главное не рискуй! — провожать нас увязалась Синтия — Приедут военные и…
— А если эти мудаки выйдут из своего маяка и прогуляются к берегу??
Возразить на это было нечего.
— Ты вот что — я взял синтию за пуговичку на жакете — Выбей из своих гарантийное письмо. Мне задницу прикрыть если что
— Уже говорила с Толсон ом. Сделаю
Двигались мы медленно, прощупывая шомполами землю. За час проползли дай бог метров пятьдесят. Слава богу, с моря поднялся легкий ветерок, хоть какое-то облегчение от жары. По дороге я вставлял на поле сломанные веточки — обозначить безопасный путь.
 
— Ты флягу с водой взял? — прошептал я “Пушкину”
— Неа.
Оставалось только скрипеть зубами.
Наконец, мы доползли до лесополосы. Десяток высоких кленов в ряд и кустики между ними. Александр вытащил из под накидки СВДэшку. Прицелился.
— Вижу маяк, дом.
— Да я и сам все вижу — бинокль был со мной. Кирпичный дом в два этажа, башенка маяка, какие-то хозяйственные постройки. И пустота. Ни одной живой души. Берег океана я не видел, перевел взгляд на дорогу. На ней дымила полицейская машина. На мину она наехала правым передним колесом, рядом лежал труп человека в форме.
— Слушай, а он дышит!
Я увидел, что у полицейского вздымается грудь.
— Да ладно!
— Точно тебе говорю. Он жив
— Тогда надо его вытаскивать!
— Тебя подстрелят
— А ты меня прикрой. Сможешь забраться на клен?
“Пушкин” посмотрел вверх.
— Смогу.
Сначала была моя очередь прикрывать. Я взял СВД лейтенанта, стал выцеливать окна и маяк. Александр в этот момент, зацепившись за нижние ветви подтянулся. Я передал ему винтовку, сам взял Скорпион. Метров семьдесят с лишним до дома. Тут конечно хрен попадешь. Ну хоть напугаю если что. Хотя если паренек профессиональный снайпер, прошедший войну — ни черта я его не напугаю.
Тем временем “Пушкин” забрался на самую верхушку, показал мне пальцами ОК, а потом рацию. Я включил гаджет, приложил к уху.
— Отсюда отлично все видно, пасу весь маяк и дом — прошептал мне Александр — Пока пусто
— Принял
Я нашел частоту оперштаба. Доложил о ситуации. Предложил посмотреть под прикрытием снайпера раненого. Там опять долго совещались, после чего сообщили, что ко мне по проходу выдвигается штурмовая группа с лейтенантом Доусном. Это был тот здоровяк, что вооружался рядом с Гейтсом. А вторая новость — мне разрешили посмотреть полицейского у машины.
— Давай, Пушкин, бди!
Я закинул ремень рации за спину, снял Скорпион с предохранителя. Быстрой змейкой, по следам шин побежал к полицейском автомобилю. И даже не запыхался. Вот что значит регулярные тренировки. Навешано куча всего — а бодрячком.
Приложил руку к шее белобрысого копа. Нога в кровавую кашу, но молодец, перетянул себя ремнем. Бледный весь, будто вампир. Лежит без сознания. Но дышит и пульс есть.
— Что же тебя твой напарник бросил то?
Я достал рацию сообщить о копе, как раздался хлесткий выстрел со стороны позиции Пушкина. И еще один. Бам, бам…
Схватил копа за форменную рубашку, затащил за машину. Лучше укрытие — за капотом. Тут мотор. Похуже за салоном. Можно еще хорониться за колесными дисками, но это не наш вариант.
Включил рацию, послушал Сашку.
— Один готов — совершенно спокойно произнес Байкалов — Как высунулся на маяке с винтовкой — я сразу его положил.
— Молодца. А зачем стрелял второй раз?
Я порадовался за подчиненных. Каких орлов воспитал!
— Контролька
— Ну и умничка. Смотри внимательнее. Там еще и второй может быть.
Коп пошевелился, застонал. Я достал аптечку. Вколол промедол. Прямо через штанину, в бедро здоровой ноги. Вроде подействовало, затих.
Вдруг раздался даже не один выстрел, а целая очередь. Машина задрожала от попаданий, на меня посыпались осколки стекла.
— Что там блядь, происходит?!?
Я нажал тангетку рации, одновременно накрывая собой копа.
— В тебя стреляют. Но я не вижу откуда. Похоже из дома
— Так сними пидораса!
— Я его не вижу! Башня маяка закрывает дом.
Вот же дерьмо! Я метнулся к капоту, вытащил из разгрузки зеркальце. Пули продолжали шлепать по машине. У него там что, целый арсенал?!? Только бы в бак не попал…
  
Глава 17
 
Где сидит пидорас — я примерно увидел. Второй этаж, левое окно. Бензином пахло все сильнее, был нехилый шанс тут поджариться. Ладно, в эту игру можно играть вдвоем. Я дождался пока Коричневый уйдет на перезарядку, приподнялся и вдарил очередью по нужному окну. Оно с громким хлопком лопнуло, на всякий случай я прошелся по другим окнам. Если вдруг Браун решится поменять позицию. Пусть задумается о жизни.