Невыносимое счастье опера Волкова (СИ)
Я пожимаю плечами.
– Пока не знаем. Рано.
– В общем, что однажды у нас с женой будет возможность познакомиться с новым членом вашей семьи, Антонина. И что однажды мы с Надеждой тоже станем ее частью. Семьи. Еще раз прошу прощения, что побеспокоил так поздно, – кивает Дениса Георгиевич. – Путевка Русланы полностью оплачена, заезд в первых числах июля. Лагерь хороший, внучке понравится.
Я, как сомнамбула, снова молча киваю. Слов нет. Появление этого человека поистине меня вогнало в ступор. А услышанное про семью – выбило из равновесия окончательно. Его слова кажутся искренними. Без лукавства и фальши.
Ну почему людям нужно пережить столько ужасов, чтобы понять, что реально ценно и важно в их жизни?
– Если вам вдруг что-то понадобится, буду готов с радостью помочь, Антонина. Любой вопрос. Любые деньги.
– Это вряд ли. Ни я, ни любовь Виктора – не продаемся. Но спасибо.
– Добрейшего вечера! – улыбается Денис Георгиевич Волков, и эта улыбка так неожиданно ему идет, что хочется улыбнуться в ответ. Что я, собственно, и делаю, слегка приподнимая уголки губ.
Я провожаю папу Вика взглядом до самой калитки. Странные чувства после разговора. Будто бы и правда… точка.
Волков старший скрывается из моего поля зрения. Но я не ухожу. В растерянности стою на крыльце до того момента, пока не стихает шелест шин его машины по асфальту.
Глава 49
Глава 49
Нина
После отъезда Волкова-старшего Руслана не на шутку заведена. Эмоции у девчонки плещут через край. Мне же нужно хорошенько все обдумать и желательно в одиночестве.
А еще я хочу услышать Волкова. Поэтому, вернувшись на кухню, хватаю телефон и набираю ему. Но Виктор не отвечает. Кидает смс-ку.
Любимый дьявол: “Что-то срочное? Лечу на стрельбы”.
Моя конфетка: “Ничего, просто соскучилась”.
Любимый дьявол: “Наберу, как освобожусь. Люблю!” – пишет мой опер, докидывая следом подмигивающий смайлик.
Хорошо, подождем.
Откладываю телефон и присоединяюсь за столом к Ру, которая между поеданием салата умудряется еще и трещать с подружкой по телефону, в красках расписывая, в какой “наикрутейший” она поедет лагерь.
Ладно, одно я знаю точно – все к лучшему. Приезд Дениса Георгиевича закрыл не один гештальт. А уж с Виком я все как-нибудь утрясу. В конце концов тонкий подкат еще никто не отменял, а женские чары – страшная вещь.
Зато вот в вопросе с лагерем Ру точку ставить было рано. Мысленно я уже прикидывала, когда надо будет устроить забег по магазинам и что нужно будет купить перед поездкой. Накладывая это на дела по дому и ремонт в гостиной – аут!
Неделька нам предстоит боевая.
Поужинав, мы с Ру возвращаемся к себе домой, а уже там, желаем друг другу “сладких снов” и разбегаемся по своим комнатам.
За окнами уже темнеет, и жаркий летний день сменяет душная ночь. Завтра по прогнозу обещают грозу. Охотно верю. Наэлектризованный воздух ощутимо требует разрядки.
Я наскоро принимаю душ и, в одиннадцатом часу, заглядываю к Руслане. Мелкая уже сладко сопит, развалившись на кровати звездочкой. Я подтягиваю покрывало, накрывая ребенка, и закрываю у нее дверь. Иду к себе, заползая с книгой на кровать в ожидании звонка Волкова. Открываю первую страницу любовного романа и проваливаюсь в сюжет с головой.
Совсем забыв про время, выныриваю в реальность, только когда на телефон падает целая “очередь” из смс. Мой “любимый дьявол” без остановки строчит:
“Конфетка, спишь?”.
“Умоляю, скажи, что нет”.
“Я только освободился и дополз до кровати”.
“Соскучился”.
“Хочу тебя…” – я улыбаюсь.
“Увидеть” – прилетает следом.
Я кидаю смайлик с рожками и быстро набиваю ответ.
Моя конфетка: “Только увидеть?”.
Любимый дьявол: “Наберу?” – пишет, явно не настроенный на шутки Волков.
Я ничего не успеваю ответить. Только пальцы над клавиатурой заношу, а на телефон уже поступает входящий вызов. И это видеозвонок. Блин!
Только сейчас до меня доходит, что сижу я на кровати с дурацкой гулькой на голове, в растянутой футболке и трусах. Вся такая ужасно не сексуальная и страшно домашняя. Черт! Даже подготовится не дал, торопыга.
Нет, конечно, я уверена, что Вику совершенно плевать будет, даже если я предстану перед ним в мешке из-под картошки. Но хочется-то увидеть ошеломительный “бум” и восторг в любимом взгляде.
Торопливо откладываю книгу и стягиваю резинку с волос. Чуть распушив их пальцами, позволяю локонам рассыпаться по плечам. Покусываю губы, чтобы немного припухли и покраснели. Вставляю в ухо беспроводной наушник и отвечаю на вызов. Руки слегка трясутся.
Чуть не пищу от восторга, когда вижу на экране своего Вика! Губы в коварной улыбке точно растягиваю, потому что он тоже сидит на кровати. Отельной. Судя по всему, только-только вышел из душа. На бедрах полотенце, а все что выше… Ох, уж эти мышцы, татуировки и кубики, по которым стекают капельки воды. С удовольствием слизала бы каждую!
– Привет, – вылетает из моего рта с придыханием. – Родной, ты потерял чемодан с вещами?
– Почему ты так решила? Привет, конфетка.
– Ты голый.
В ответ раздается тихий волнующий все фибры души смех:
– Чисто технически, конфетка, еще пока не голый. На мне есть полотенце. Но могу снять, если хочешь?
– Не надо, не провоцируй. И так эта неделя без тебя – сущий ад! Скоро на стенку полезу. А впереди еще целых семь дней.
Вик улыбается, откидываясь на подушки. Вальяжно развалившись, кладет руку за голову, демонстрируя всю прелесть своих натренированных мышц. То, как они перекатываются и бугрятся под кожей…
Ох!
Скрипя зубами, приказываю себе остановить поток развратных мыслей. Кто бы знал, как изголодалось мое тело! Плотнее прижимаю ноги к груди и тоже устраиваюсь удобней.
– Слышала теорию, что вы – мужчины – думаете о сексе раз в семь секунд. Так вот – ответственно заявляю – беременные женщины вообще о нем думать не перестают!
– И даже сейчас? – поигрывает бровями моя зараза.
– Тем более сейчас!
– Так в чем проблема?
– Очевидно в том, что тебя нет рядом. Это несколько, м… усложняет задачу.
– Двадцать первый век на дворе, Кулагина. Стоит только захотеть…
– Это ты на что сейчас намекаешь?
В ответ на меня через объектив камеры та-а-ак смотрят, что я невольно начинаю краснеть.
– Я не буду делать это на телефон, – отрицательно машу головой. – Уже семь дней твоей командировки я пережила, выдержу и еще!
– Конфетка.
– Не-а! Это ужасно пошло и развратно.
– А если я попрошу сделать это для меня?
– Вик, ты же знаешь, что я не любитель заниматься сексом на камеру! – цикаю.
– Кулагина, имей совесть, – звучит страдальческий стон. – Неделю разлуки. Я каждое утро просыпаюсь с болезненным стояком! Хочу тебя. Давай попробуем?
Я межуюсь. Бросаю взгляд на дверь. Я ее закрыла, когда заходила. Руслана спит. В комнате полумрак, работает только ночник. Обстановка интим, считай! Самое то для шалостей двух влюбленных людей, находящихся на расстоянии тысяч километров друг от друга. И, с одной стороны, я далеко не ханжа. Знаю, что многие пары так вносят разнообразие в свою интимную жизнь. Но с другой… с другой, я ни разу этот вид близости не практиковала. Это немного тормозит накал.
– Вик, вот вернешься, и мы все наверстаем. Много-много раз.
– Тут только я. Чего ты боишься, Тони?
– Я не боюсь.
– Стесняешься?
Молчу.
– Серьезно стесняешься? Кого? Меня? Конфетка, это глупо.
– Глупо не глупо, но когда ты рядом, нет, не стесняюсь. Это естественно. А вот так – это… уф!
– Поласкай себя. Для меня. Давай, конфетка… – звучит так властно, как приказ, что по рукам тут же бегут мурашки. В животе все узлом скручивается.