Некромантка из болота (СИ)
— Вы все еще влюблены в Джеймса?
— Нет!
— Тогда не понимаю. Какая разница, любите вы меня или нет?
Пенек дубовый! А ведь он действительно не понимает… От этого на душе становилось тоскливо. Еще один дюйм свободы, и она сможет двигать рукой.
— Отпустите меня, лорд Фоллей. Вы же не собираетесь, я надеюсь, силой тащить меня под венец, верно? Поэтому вы попросту тратите мое и свое время на ненужные…
Он пересел к ней ближе, и она осеклась. Что он задумал? Понял, что она вот-вот освободит руку?
— Вы же не собираетесь?..
Он привлек ее к себе и поцеловал. От неожиданности Вирджиния не успела уклониться. В ушах зашумело, сердце зачастило. Неужели он поделился силой? Тогда она сейчас ему покажет!.. Сейчас натравит на него полчища мертвых крыс, пусть они затопчут этого пенька!.. Но зеленого цвета в поле восприятия не прибавилось.
— Знаете… — начал он, отстраняясь.
— А где?.. Где сила? — возмущенно перебила его Вирджиния.
— Мисс Сибрас, ну я же не идиот, чтоб делиться силой с сердитой некроманткой, у которой под рукой скальпели и другие острые инструменты.
— Ах вы!..
Она все-таки ухитрилась лягнуть его, и Питер поморщился от боли, растирая ногу.
— Мисс Сибрас, я не знаю, какие еще доводы вам привести, но отпускать вас не намерен.
— Почему? Вы же можете найти себе другую невесту!
— Могу. Но я не хочу другую.
Сердце Вирджинии забилось еще сильнее, дыхание перехватило. Неужели он?..
— Лорд Фоллей, вы влюбились в меня? — прямо спросила она.
Он пожал плечами и выглянул в окно:
— Не знаю, возможно. Кстати, мы приехали.
— Что значит «не знаете»? — возмутилась она. — Вы тут приводили столько доводов, почему я должна выйти за вас замуж, но не привели ни одного довода, почему вы хотите жениться на мне.
— Ну хорошо… Вы красивы и здоровы, что гарантирует хорошую наследственность для наших детей. Вы довольно разумны, относительно честны, у вас есть честолюбивые устремления, а значит, вы не замкнетесь только на доме и семье. У вас есть дар, пусть необычный и со вкусом плесени… ох!..
Она снова лягнула его. Питер отодвинулся, открыл дверцу и выбрался наружу, продолжая рассуждать уже снаружи, с безопасного расстояния.
— Да, у вас есть недостатки, например, повышенная раздражительность и драчливость, но… они мне тоже нравятся, как ни странно…
— Лорд Фоллей, еще раз сравните меня с плесенью, и я вас стукну!..
Рука была почти свободна, но что же делать дальше? Схватить скальпель? Питер опять выпустит лианы, и Вирджиния снова окажется в тисках.
— Ничего не могу с собой поделать, — признался он. — Вы прелестно сердитесь.
Она не сразу нашлась, что сказать.
— То есть вы специально меня подначиваете?
— Иногда.
— Вы невозможны, лорд Фоллей. Если бы я вышла за вас замуж, то колотила бы вас почем зря!..
— Что ж, придется и к этому привыкнуть, — со вздохом согласился он. — Так вы выйдете за меня замуж?..
Вопрос застал ее врасплох. Вирджиния уже освободила руки и понимала, что это не укрылось от внимания Питера. Она сидела в экипаже и смотрела на него, не зная, что ответить. Многое из того, что он сказал, было и разумно, и правильно, и даже отчасти совпадало с тем, что она сама думала. Но ей не хотелось признаваться себе в том, что она такая… честолюбивая, меркантильная, податливая на уговоры… А вот чего ей хотелось на самом деле, так это любви. Хотелось отчаянно, до слез, пусть не она, но хотя бы ее будут любить!..
— А вы, лорд Фоллей, вы любите меня?
Он подошел к ней и помог спуститься с подножки кареты. Они стояли друг напротив друга, и Вирджиния с замиранием сердца понимала, что если он скажет, что не любит, она должна будет сказать «нет»… и на этом все закончится.
Он привлек ее к себе, заглянул в глаза. Вирджиния могла бы дать ему пощечину и оттолкнуть. Она понимала, что он тоже это понимает и понимает, что она понимает… И это путало!
— Да целуйте уже! — не выдержала она.
Лианы упали к ее ногам. Поцелуй был нежным и крепким одновременно, словно зеленый чай в жаркий солнечный день. И божественная зелень окружила ее, окутала, унесла куда-то далеко, в шумящую на ветру дубраву, где сердце замирает… замирает от осознания того, что…
— Мне мешает ваша шляпка, — заявил Питер и отцепил шляпку от ее волос, после чего по-хозяйски взял Вирджинию за подбородок, снова собираясь поцеловать, но она увернулась.
— А больше вам ничего не мешает? — съязвила она, но он не понял иронии.
— Да, было бы лучше избавить вас и от некоторых других элементов гардероба, но я пока воздержусь.
— Пока? Я еще не сказала вам «да»!
— Сказали.
И он снова ее поцеловал. Вирджиния ответила на поцелуй, прекратив упираться ладонями ему в грудь, а вместо этого обвив его за шею.
— И вам определенно надо попробовать сыр с плесенью, чтобы понять…
Она все-таки влепила ему пощечину, но его это ничуть не расстроило. Питер улыбнулся, потирая щеку, и заметил:
— Даже если вы меня не любите, я вас как минимум раздражаю…
— Не то слово! Вы меня бесите!..
— Как правильно заметил ваш наставник, это лучше, чем равнодушие, и со временем вы сможете полюбить.
— Да уж!.. Стоп. Откуда вы знаете, что мой наставник?..
— Он приехал вчера вечером и остановился у нас.
— Что? Но… И вы молчали?..
Она оттолкнула его, забрала из экипажа чемоданчик, подобрала подол платья и поспешила к дому.
— Мисс Сибрас!.. — окликнул ее Питер.
— Я еще ничего не решила, так и знайте!.. — крикнула она в ответ, не оборачиваясь.
— Мисс Сибрас! Лучше не тащить это в дом, иначе мама нас обоих выгонит из дома…
— Что тащить? — не поняла Вирджиния и оглянулась, стоя уже на лестнице перед домом.
Отовсюду к ней стекались мертвые зверьки, выбираясь из своих могил на ее зов.
— Дайд раздери!.. — выругалась Вирджиния, однако на душе стало светло и тепло от осознания собственной силы.
Леди Фоллей и мастер Симони сидели в гостиной и мило беседовали, причем сидели на диванчике подле друг друга, очень близко… рука в руке…
— Наставник!
Мастер Симони вздрогнул и виновато отодвинулся от леди Фоллей, после чего встал, раскрыл объятия и обнял Вирджинию.
— Джинни, какие у тебя глаза сияющие, — лукаво подмигнул ей наставник. — Я так понимаю, можно объявлять о помолвке?
— Я еще ничего не решила, — покачала головой некромантка. — Леди Фоллей, здравствуйте.
— Милая моя Джинни, — женщина тоже ее обняла. — Я так рада, что вы вернулись. Где ваши вещи?
— Я не… Я хотела увидеть наставника. Мастер Симони, почему вы не предупредили, что приедете?
— Когда я прочитал твое письмо, то схватился за голову и понял, что тебя надо спасать. Бес бы побрал этого дипломата!.. Джинни, прости меня, что впутал тебя во все это…
— Не надо, не извиняйтесь, все уже хорошо, я только…
— Но я нанесу визит герцогу Мюррею и похлопочу, чтобы тебя…
— Нет, Николя, — решительно возразила леди Фоллей, — если ты появишься перед Его Светлостью, то сделаешь только хуже. Кроме того, я уже была у него, и он согласился, что надо возрождать школу судебной некромантии…
Вирджиния с изумлением разглядывала этих двоих. Как они спелись!..
— Но…
— Тетя Джинни, — раздался радостный детский вопль.
Сэм бросился к ней, заливаясь смехом, за ним шла Рэйчел, а следом… еще одна девочка лет пяти… белокурая и удивительно хорошенькая.
— Ну вот, Сэмми, я же говорила, что твоя тетя Джинни вернется, — сказала Рэйчел сыну, а потом обратилась к некромантке. — Он мне уже все уши прожужжал, что хочет играть с вами в хряка, что бы это ни значило. Кстати, когда помолвка?
— Я не знаю.
— Значит, завтра, — решила Рэйчел в свойственной ей бесцеремонной манере. — Надо успеть подобрать платье, продумать меню, пригласить… А кого же мы успеем пригласить? Времени мало. Но тянуть тоже нельзя.