Некромантка из болота (СИ)

— Погодите-погодите!.. — взмолилась Вирджиния. — Так это вы разбили окно? Не грабитель?
— Никакого грабителя не было! Это он! Человек в лиловом плаще!..
— Вы его видели раньше?
— Да, пару раз… Он встречался с моим хозяином… в клубе…
— Каком клубе?
— Я не помню… — промямлил он.
— Так вспоминайте!
— «Пеликан»… — выдохнул он. — Да, кажется, это был клуб «Пеликан».
Вирджиния встала и в возбуждении заходила по гостиной.
— Почему вы не рассказали все полиции еще тогда, два года назад? Преступника могли задержать по горячим следам! А теперь… Кто вспомнит человека в лиловом плаще два года спустя? Придется опрашивать всех членов этого клуба!
— Это закрытый клуб. Меня никогда даже на порог не пускали, я приезжал за хозяином и всегда ждал его в экипаже. Вам никто ничего не скажет… — секретарь умолк.
— Пусть только попробуют не сказать! — воинственно заявила Вирджиния.
— Мне бы никто не поверил, мисс! Я всего лишь бедный секретарь, а они там все… джентльмены!.. — сказано это было с непередаваемым отвращением.
— Где-то я уже слышала про этот клуб… — задумчиво пробормотала леди Фоллей.
— Суперинтендант во всем разберется, — заверила ее Вирджиния и обернулась к секретарю. — Значит, вы не слышали разговор в библиотеке?
Секретарь помотал головой.
— А вино? Вы приготовили вино для хозяина и оставили его открытым?
— Да.
— Вы что-то туда добавляли?
— Нет, — удивился секретарь. — Конечно, нет!
— Сколько оно простояло открытым?
— Я приготовил все в половине десятого и отправился на кухню перекусить.
— Дверь библиотеки вы запирали?
— Нет.
— Так… То есть любой мог заглянуть в библиотеку… увидеть откупоренную бутылку вина… и добавить туда яд.
— Какой яд? — искренне поразился Вильям Кински. — Моего хозяина ударили по голове! При чем тут яд?
— Вашего хозяина отравили. Яд был в вине.
— Не может такого быть! Я лично принес бутылку из погреба, лично открыл ее и оставил все на столике… — он осекся.
— А вас не удивило, мистер Кински, что потом в библиотеке этой бутылки не оказалось?
— В смысле?
— На полицейских снимках другая бутылка — бутылка ликера «Сомсом». Кажется, этим же ликером вас отпаивала мисс Милстоун, верно?
— Не помню… мне так плохо было… я не знаю…
— Вспомните, пожалуйста, когда вы влезли через разбитое окно в библиотеку, какая бутылка была?
Он замотал головой и зажмурился.
— Не хочу… вспоминать!.. Это так страшно, вы не представляете, мисс! Когда твой… хозяин… умирает у тебя на руках!..
Вирджиния раздосадовано встала и прошлась по гостиной.
— А осколки? — пришла ей в голову идея. — Осколки у вас под ногами не скрипели? Когда вы прошлись по ковру?..
— Осколки? Скрипели? Не помню… что-то такое… может быть… не знаю!..
— Так, еще раз. Вы залезли через окно, бросились к хозяину… Человека в лиловом уже не было?
— Нет!
— А документы? Секретные документы?.. Это вы их взяли?
— Я ничего не брал, мисс!.. Я бросился к хозяину и стал звать на помощь!
— Сразу же?
— Да!
— А дверь?
— Что дверь?
— Вы же сказали, что дверь была закрыта на ключ? Как остальные домочадцы к вам попали? Вы им открыли? Тогда бы вас заподозрили первым!
Он нахмурился, подвигал светлыми бровями в мучительной работе мысли, потом пожал плечами.
— Я им не открывал… Я сидел на полу и держал хозяина… Пытался остановить кровь… умолял не умирать… Спрашивал, кто это был… Кто его ударил…
— Он вам отвечал?
— Он только стонал… так страшно стонал!..
И секретарь закачался на диване, закрыв уши ладонями.
— Джинни, милая, мне кажется, хватит… — шепотом сказала леди Фоллей. — Вам следует послать за полицейскими, пусть они запишут его слова.
— Да, вы правы, леди Фоллей.
— И я вспомнила, от кого слышала о клубе «Пеликан».
— От кого?
— От Питера.
Констебль Фэншоу вопросительно взглянул на некромантку, но та колебалась.
— Поезжайте, Джинни, вместе с ними, за нас не волнуйтесь, — успокоила ее леди Фоллей. — Мы с Рэйчел обсудим детали предстоящей помолвки.
 
«Вот это меня как раз и волнует!» — подумала Вирджиния.
— Послушайте, Питер даже не сделал предложение! Ну какая помолвка!..
— Сделает. Кстати, я надеюсь, вы не будете ему уподобляться и найдете время для того, чтобы заказать платье для торжества. Пожалуй, я договорюсь с мадам Марабу на первую примерку в четверг.
Вирджиния стиснула зубы. «Они меня не слышат!..»
— Помолвки не будет, примерки тоже, вместо этого в четверг я проведу следственный эксперимент, где все решится. После этого я сразу же сяду на поезд и вернусь в Болотный край, — твердо сказала она и забралась в экипаж, захлопнув за собой дверцу.
Констебль Фэншоу, сидевший рядом с задержанным, покосился на того, потом перегнулся и шепотом спросил у Вирджинии:
— Мисс, это ж вы теперь что… леди Фоллей станете?
Вирджиния сжала кулаки. «Еще один!»
— Нет, не стану, — процедила она.
Она в волнении расхаживала по известному до мелочей коридору в ожидании окончания допроса. Ей хотелось присутствовать на нем, но суперинтендант не позволил. Он разгневался, когда узнал, что его ослушались и встретились с подозреваемым без его ведома.
— Мисс Сибрас, я запретил вам заниматься самоуправством! Вам мало неприятностей с Дипломатическим корпусом? Что вы наговорили сэру Натаниэлю, что он потребовал вашего отстранения от дела?
— Я… не могу говорить об этом…
— Бесина-балбесина!.. Вот дать бы вам пару затрещин, чтоб впредь неповадно было!.. Аргх!..
И он захлопнул за собой дверь. И теперь все, что ей оставалось, это мерить шагами надоевший до бесов коридор и ждать.
«Нет, он прав. Никудышный из меня сыщик получился. Язык за зубами держать не умею, легко поддаюсь чужому влиянию, у меня из-под носа крадут мои сны, обманывают лже-клятвами и считают меркантильной особой, готовой выскочить замуж по расчету…» Почему-то последнее было особенно обидно. Она не такая!
Дверь открылась, из кабинета вышел бледный Вильям Кински, с несчастным видом вытирая вспотевший лоб. Суперинтендант выглянул следом, увидел Вирджинию и махнул ей рукой, чтоб заходила.
— Почему вы его отпускаете? Вам удалось узнать у него про человека в лиловом плаще? — с порога спросила она.
— Мисс Сибрас, сядьте, — недовольно сказал он.
Она послушно села и даже сложила руки на коленях, словно примерная ученица.
— Удалось?
— Откуда вы узнали о незнакомце? — вместо ответа спросил он.
Вирджиния вздохнула.
— Мне о нем сказала Нагизаза.
— Та-ак!.. А почему я об этом узнаю только сейчас?!? — грохнул он по столу кулаком.
Вирджиния вздрогнула и втянула голову в плечи. Нет, она не боялась суперинтенданта, ей было перед ним стыдно… Но и сказать всего она не могла. Фиолетовые сны — не то, о чем следует кричать на каждом углу, а с учетом того, что она некромантка, так и вовсе…
— Я забыла… переволновалась и забыла…
— Как ловко у вас получается! Забыла!.. — передразнил он ее и плюхнулся в кресло, после чего начал нервно шарить в бумагах.
Однако в этот раз его лисья охота в сугробах документов не увенчалась успехом.
— Бес раздери, где моя трубка? Ааргх!..
— Ой, я совсем забыла, что купила…
— Опять забыли?
— … купила вам в подарок трубку… вместо той, испорченной…
Рэйчел помогла ей выбрать трубку, но Вирджиния проносила ее в сумочке весь день, из-за волосатой бабочки и всего остального действительно напрочь позабыв о подарке.
— Вот, возьмите, пожалуйста, — положила она ее перед суперинтендантом.
 
— Не стоило, — проворчал он, однако смягчаясь.
— Стоило. Я виновата перед вами… — она осеклась, поймав себя на том, что повторяет слова и действия Питера.
«Эти Фоллеи плохо на меня влияют!»