Попаданка для драконьего генерала (СИ)

Бриндан подошел ко мне и негромко спросил:
— У вас найдется комната для меня?
У меня защипало в носу и я поняла, что сейчас расплачусь от несправедливости. Но смогла сказать:
— Все комнаты свободны. Хоть весь дом снимайте.
— Мне нужна только одна, — ответил драконий генерал и, сунув руку в карман куртки, протянул мне сверток крупных купюр. — Идемте.
  
Глава 3 
   
Мы вошли в дом, в большую гостиную, которая служила залом для приема гостей. У стены была стойка, за которой я регистрировала постояльцев в толстой тетради, а на больших диванах гости могли проводить дождливые вечера, попивая горячее вино с пряностями. Драконий генерал со вздохом опустился на диван, и я вдруг заметила, что сейчас он намного бледнее, чем во дворе.
— Вам плохо, — сказала я, открывая тетрадь. Что бы там написать? «Драконий генерал Бриндан Валдер, чье внезапное появление разрушило репутацию Джины Охайр».
Посмотрела на купюры в руке. Да такой суммы мне до следующего года хватит. Спасибо, хоть какая-то хорошая новость.
— Удивительная догадливость, — дракон со вздохом принялся расстегивать рубашку, и я торопливо воскликнула:
— Только не здесь! Потерпите, я сейчас дам ключ от комнаты.
Разумеется, дракон меня не послушал. Он расстегнул рубашку, обнажая литые мышцы груди и кубики пресса на животе, и я отвела глаза и принялась шарить по стойке с ключами, стараясь снять хоть какой-нибудь. Но все же успела увидеть, как по груди змеится шрам, он наливался рыжим огнем, и я поняла, что была права, и драконий генерал болен.
Выбросить, выбросить скорее из головы то, что увидела!
— Джина, милая, как ты? — услышала я. — Что случилось-то? Ой…
В открытую дверь заглянула моя соседка миссис Линкастер, первейшая городская сплетница, и мне захотелось спрятаться в камин и никогда не вылезать оттуда. В моей гостиной мужчина без рубашки, значит, репутацию потаскушки теперь точно не восстановить. Весь город будет показывать на меня пальцем, бывшие хорошие знакомые станут отворачиваться, а те, кому мой гостевой дом был костью в горле, начнут плевать в лицо. И прикидывать, как отобрать имущество.
— Ой, простите, я уже… — пролепетала соседка, растаращившись на нас во все глаза.
Драконий генерал сбросил рубашку на диван, и миссис Линкастер как ветром сдуло. Полетела, небось, всем рассказывать, как застала меня в объятиях обнаженного мужчины и в каких именно позах мы занялись любовью, выкинув со двора жениха.
Только не плакать. Только не плакать. Я смогу оправдаться, я докажу, что ни в чем не виновата.
Бриндан провел ладонью по груди, и сияние шрама начало утихать. Я вдруг поняла, что смотрю на него во все глаза. Он поймал мой взгляд и произнес:
— Я навредил вам своим появлением.
— Навредили? — воскликнула я. — Да вы все разрушили! У меня была репутация, было место в городе, а теперь меня отсюда выживут. Потому что Пабло орал, что я потаскуха. А поверят мужчине, а не женщине.
Я замолчала. Ничего я не докажу. Дракону мои переживания безразличны. Он тут переночует и улетит, а я останусь.
Бриндан набросил рубашку на плечи. Поднялся с дивана, подошел к стойке. Не глядя, я протянула ему ключ, и драконий генерал взял его, задержав пальцы на моей ладони.
Это прикосновение присваивало. Обжигало не то что до костей, до самой глубины души. Я замерла, словно птичка перед змеей, не в силах поднять голову и посмотреть ему в лицо.
— Недавно я был ранен, — произнес Бриндан. — У меня была дуэль со старшим братом, и я проиграл. Отправлен в отставку, изгнан из столицы, улетел куда глаза глядят, ну и… не рассчитал. Я благодарен вам за помощь, Джина. Если кто-то будет вам мешать, скажите мне.
Я кивнула.
— Надолго вы здесь?
— На пару недель. Или пару месяцев, — ответил драконий генерал. — Пока не решу, что мне делать дальше. Сварите мне к завтраку кофе покрепче.
  
Глава 4 
 
Ночью прошел дождь, прибил пыль, а я пошла в лавку Петерсона, которая открывалась на рассвете. Мистер Петерсон продавал самый лучший колониальный кофе, я покупала у него большие пачки для гостей. Когда я вошла в его лавку, то мистер Петерсон презрительно скривился и произнес, не давая мне и слова сказать:
— Уходи отсюда, Джина Охайр. Мой магазин не для потаскух.
— Я не потаскуха, как вы можете так говорить! — вспыхнула я.
Мистер Петерсон завел глаза к потолку.
— А то я ночью не видел, как твой жених со двора вылетел от твоего любовника.
— Мой жених прижил дитя от любовницы, а потаскуха я? — вспыхнула я.
Ну вот начинается.
— Я не видел ни дитя, ни любовницу, но я слышал, как он кричал «Позор», — важно ответил мистер Петерсон. — И весь город слышал. А миссис Линкастер видела этого мужчину без рубашки, и ты была рядом.
Отлично, теперь мне вообще от этого не отмыться. Я вздохнула, положила несколько монеток на блюдце у кассы и сказала:
— Этот мужчина драконий генерал Бриндан Валдер. Он снял у меня комнату на все лето, если вы не хотите, чтоб он сжег весь город, лучше дайте мне самого хорошего кофе.
Мистер Петерсон решил не проверять, беру я его на пушку или нет. Он прошел к витрине, выбрал пачку кофе и бросил ее на прилавок передо мной.
— Да, я продам тебе кофе, Джина Охайр, — сказал он. — Но я это делаю без уважения и без удовольствия.
— Тьфу сто раз на ваше уважение и удовольствие, — ответила я, забрала кофе и вышла из лавки.
Началось. Теперь весь городок будет меня срамить. А в чем я виновата? Да ни в чем. Я не изменяла жениху, это он мне изменил, но кто станет слушать? Пабло так громко орал «Позор», что весь Пелингар был в курсе.
А Бриндан Валдер еще и заступился за меня. Выкинул крикуна за ворота. Вот с чего бы ему быть на моей стороне, если он не мой любовник и вообще в первый раз меня видит?
Ладно, буду все валить на него. Драконий генерал велел да драконий генерал приказал, и дайте сюда все, что потребуется, да поживее. Бриндан не будет ничего жечь, зачем бы ему, но тут нет смельчаков, чтобы в этом убедиться.
Возле аптеки я увидела миссис Форестер с дочерьми, она была еще одной городской сплетницей, и мистера Брауна, портного. Время было раннее, но они выглядели бодрыми и оживленными. Увидев меня, миссис Форестер встала руки в боки и сказала:
— Не ожидали мы от тебя такого, Джина Охайр! Весь город считал тебя приличной девушкой, достойной, мы ставили тебя в пример дочерям, что ты тихо и спокойно ждешь жениха, а тут вот что!
Я хотела было сделать вид, что ничего не слышу, но потом решила не молчать. Я ни в чем не виновата, в конце-то концов.
— Он опорочил мое честное имя, чтобы разрушить помолвку. Все ругают меня, а про него никто и слова не говорит, — сказала я.
Миссис Форестер даже руки к небу подняла.
— И ты еще лаешься! — воскликнула она. — Нет бы смирением да скромностью восстановить репутацию, а ты споришь!
— Собаки лают, — парировала я, — а вы тут все защищаете изменника. Да я до короля дойду!
Нет, это и правда переходило все границы. Мне так скоро дом подожгут.
— Так прямо король и захотел с тобой говорить, — ответил мистер Браун и плюнул на дорогу. — Платья тебе я больше не шью, Джина Охайр! И не подходи к моей мастерской!
— Вы и раньше не шили, — сказала я. От злости даже голова заболела. — Я и так к вам не пойду, вы шьете криво.
Горожане дружно ахнули и на все лады принялись бранить мою гордыню, заносчивость и блудливость. Я не стала ни слушать, ни спорить, взяла пакет с кофе в другую руку и пошла к дому.
  
Ничего, прорвемся. Как-нибудь все наладится, вот только знать бы, как.
  
Глава 5 
 
Из почтового ящика торчали смятые газеты и несколько рекламных листков. Поперек передовицы красовалась размашистая надпись красными чернилами «Джина Охайр шлюха!»